Я взяла его за руку и повела в гостиную. Усадила на диван, поставила чайник и стала шуршать пакетами и скрипеть дверцами в поисках заварки. Вода быстро закипела и вскоре чай уже окрашивал горячие струи в красновато-черные оттенки.

- Ты есть хочешь? - он помотал головой, и я приготовила лишь чашки.

Наконец я могла с любовью рассмотреть вымотанного друга. Он выглядел старше, в его глазах читалась мудрость. Серебряная челка, которую я заметила на погребении Джиа, теперь скрывалась среди других мелированных прядей. Новый имидж ему настолько шел, что я не могла отвести глаз. Меня привлекало все – новые морщинки, признаки зрелости, - но я все еще не смела его поцеловать. Казалось, я испорчу этот прекрасный момент воссоединения.

Я разлила заварку по чашкам и протянула Риану. Так многое хотелось сказать, но я не понимала, с чего начать. Спросить, где он жил это время? Спросить, чем он занимался? Спросить, насколько он приехал и что собирается делать? Сказать, что я скучала? Сказать, что зачеркивала дни на календаре? Но у меня вырвалось:

- Ужасно выглядишь.

- Спасибо, я всегда могу рассчитывать, что услышу от тебя только правду.

Он отставил кружку, и я притянула его к себе. Нет, не для поцелуя. Я положила его голову себе на ключицу и нежно обняла, как провинившегося ребенка.

- Не хочу говорить, - призналась я. – Хочу просто обнимать тебя.

Я облокотилась на боковую спинку, подложив под голову декоративную подушку. Риан закинул ноги на диван и подогнул в коленях, чтобы поместиться. Его руки оказались в районе моей талии и аккуратно ее обвили. Я слышала его ровное дыхание и чувствовала жар его тела, - только сейчас я осознала, насколько мне его не хватало. Просто иметь возможность поболтать с ним о буднях, увидеть вживую его улыбку, почувствовать его прикосновения. И все это свалилось на меня праздничным конфетти в единственный день, когда я планировала ничего не делать. Так лениться, мне нравилось еще больше.

Наверное, мы уснули, потому что когда я открыла глаза и потянулась за чаем – он уже остыл. Ли тоже сел прямо и потер лицо ладонями.

- Сбылась моя мечта, - довольно заявил он.

- Какая? – поинтересовалась я.

- Засыпать и просыпаться рядом с тобой.

Я рассмеялась.

- Я скучал по твоему смеху.

Он сказал это радостно, но эмоции вновь подошли комом к горлу. Я поняла, что если он выдавит из себя хоть слово, то снова заплачет, потому старается сдержаться.

- Знаешь, а я не скучала, - дерзко выдала я. И дождалась, пока на его лице появится тень обиды. – Да, мне было чем заняться! – я задумалась, вспоминая, куда я могла положить нужную вещь. – И даже покажу тебе чем.

Я сбегала в свою комнату и вскоре вернулась с картиной в руках. На квадрате пятьдесят на пятьдесят сантиметров был его портрет. Мне понравилась арт-терапия с Жанной и портрет покойного мужа, что я решила продолжить рисовать. Мне приходили разные образы, но чаще всего я рисовала того, кого мне не хватало больше всего. Эта картина мне удалась лучше остальных, поэтому я ее забрала с собой. Другие эскизы Жанна категорически отказалась отдавать и выставила в галерее своих учеников. За последний месяц ее занятия набирали обороты, и я шутила, что это именно мои картины приманили людей.

Да, это была моя лучшая попытка, но я нервничала, когда передавала ее в руки своего вдохновителя. Это был мой взгляд на него со стороны, и я не знала, насколько ему понравится.

- Уа-а. Какая красота! – он взял в руки холст и с милой улыбкой рассматривал каждый мазок. – Интересный стиль! Чем ты рисовала?

Я хитро улыбнулась и села рядом.

- Пальцами.

Он открыл рот и посмотрел на меня, а потом вернул взгляд к картине. Он провел пальцами по линиям, чтобы почувствовать неровности краски.

- Это потрясающе. У тебя золотые руки! Можно я его заберу себе?

- Конечно. Хотя этот портрет мне нравится больше всех. Ну ладно в ближайшие месяцы соберусь и нарисую себе еще один.

- «В ближайшие месяцы»? О чем ты? – удивился он.

- Ты же не думал, что я не заставлю тебя отбывать весь срок траура? – пояснила я.

- Полгода? Ты с ума сошла! Никто в современной Корее уже так не делает.

Я строго на него посмотрела.

- Мне найти этих людей, чтобы доказать тебе обратное?

Он сник и тихо произнес:

- Не понимаю, зачем нам так долго ждать?

Я смягчилась и положила руку на плечо.

- Для видимости! Ты должен соблюсти все правила. Ты знаешь, что с тобой сделают, если догадаются, что брак был заведомо провальным? Тебя разорвут на кусочки – а уж эти ваши несознательные девочки умеют подпортить жизнь. Поэтому прежде чем ты покажешь им меня, ты втиснешь все в рамки приличия.

- А я буду тебя ждать здесь. Время пролетит быстро – ты даже не заметишь. Кстати! Там и Рождество рядом.

- О, Рождество – наше золотое время.

- Наше любимое время, - подтвердила я. – Время счастья.

- Скорей бы, - он наклонился в мою сторону и поцеловал.

Под жаром его поцелуев я тысячу раз спросила себя, почему этого не произошло раньше. Почему мы так долго ждали близости, а не накинулись друг на друга на пороге? Признаю, что у меня был осадок от нашей последней встречи, да и было утро – я еще не успела толком проснуться. Но что остановило его? Неприятные мысли хлынули в голову, и мне было не справиться с их потоком. Я отстранилась и нехотя открыла глаза:

- Почему ты осмелел только сейчас?

Он опять застонал, а потом и вовсе вскочил с дивана.

- Да потому что! Я не знал, примешь ли ты меня вообще.

- Почему я не должна была тебя впускать?

- Может, потому что ты уже нашла кого-то другого. Я же вижу, какая ты: яркая, сильная, мудрая. А здесь столько богатых одиноких людей, что я удивляюсь, что ты еще не завалена подарками.

Я не сдержалась и посмеялась над его праведным гневом.

- Хочешь знать мой секрет?

Он кивнул.

- Я надеваю обручальное кольцо. Самые близкие знают, что это обман. А остальные видят лишь то, что я замужем, и мгновенно теряют интерес, - я подмигнула. Но потом радость сошла с лица. – Ты ведь, знаешь, что значит потерять дорогого человека. Представь, как мне больно было смотреть на других мужчин. Ты – другое дело. Ты из прошлого, ты давно стал частью меня. Но новым знакомым я всегда сразу показывала границы дозволенного. Мне даже пришлось ходить на терапию, чтобы как-то прийти в себя. От того я пошла на танцы, на рисование, меня лечили расслабляющими массажами и вибрирующими звуками. Я провела огромную работу над собой, чтобы просто смотреть на окружающих меня мужчин. А ты говоришь, чтобы я кому-то что-то обещала? Категорически нет. Ты исключение.

Я разнервничалась. Раскрывая душу, я почувствовала, как наливаются слезы и дрожат руки. Мне захотелось вина. Я порылась в шкафах и нашла бутылку красного.

- Ты будешь?

- Нет, спасибо, я напился за эти два месяца.

- Оу, точно. Прости. Я тогда тоже не буду.

Я поставила все обратно и наполнила тарелку финиками. Лакомство пришлось Ли по вкусу, а мне удалось немного расслабиться.

- Я уже не помню времена, когда не было тебя, - разоткровенничался он после долгой паузы. – Очень хочется скорее забыть этот кошмар и прошлую жизнь и начать просто жить. Только сейчас я понимаю, как много не хватало в моей жизни. Влюбленности помогали испытывать обновление чувств и снова писать песни о любви. Но наши отношения просто переворачивают все с ног на голову. Старые слова обретают новый смысл, и мне хочется переписать половину песен, оставив лишь настоящее чувство.

- Ты как всегда строг к себе. Ты можешь только увидеть собственный путь, но не должен его осуждать.

- Почему?

- Потому что именно он привел тебя ко мне, - сказала я и поцеловала его в лоб. – Именно он привел меня к тебе. Все твои песни мгновенно западали в душу, и твоя улыбка заставляла сердце биться чаще. Так что можешь думать что угодно, но при мне о себе ты можешь говорить только положительное. Иначе ты выставляешь мой выбор мужчины в нелестном свете.