- Ты же знаешь, что папарацци преследуют всех знаменитостей. Даже в других странах. Я помню твои видео с концерта в зеленом платье. И было нетрудно узнать твой наряд и прическу. К счастью, ты даже в профиль не повернулась. Я помню суету в рядах фандома, которую ты навела. Все очень долго обсуждали незнакомку. Кто-то радовался, кто-то злился. Но разгадать так и не смогли. Никто. Кроме меня.

- Господи, как стыдно, – зарылась я лицом в ладони. – Не представляю, что ты чувствовала.

- Сначала я удивилась и возгордилась, что моя мама знает знаменитость такого масштаба. Я ждала твоего возвращения. С нетерпением ждала, что ты расскажешь, как вы познакомились, как пообщались. Но ты молчала, и я испугалась, что ты не зря скрываешь. Значит, у вас отношения. Если честно, я думала, что ты разведешься с отцом и уедешь. Я почти ждала такого поворота, а может даже в тайне надеялась. Но ты была так мила с папой, и потом ваши свидания и выходные за городом. Мы стали чаще выходить в свет, смотрели кино в кинотеатрах, а не дома. И за этот потрясающе теплый год с папой я безумно тебе благодарна, - по моим щекам текли слезы. – А еще я давно хотела сказать, что ты не виновата в его смерти. Я терроризировала врачей и полицейских по поводу аварии, и ни на долю секунды не усомнилась в тебе. Более того, увидев твое горе, поняла, что и чувства к папе были настоящими. А значит, я жила с прекрасными любящими и заботливыми родителями. И большего просить не могу. Но смотреть, как ты, молодая и красивая женщина, чахнешь, я тоже не могу. Поэтому вот тебе еще один шанс.

Она достала платок и аккуратно вытерла мои слезы. А затем вручила фанатский лайтстик и сделала шаг назад. Я наконец совладала с эмоциями и помотала головой.

- Ну уж нет! Ты будешь стоять рядом.

- Хорошо-хорошо, только повернись уже – они идут!

Мы прильнули к ограде и, услышав лозунги, поддержали фанатов своими выкриками. Четверо участников группы в окружении охраны подошли ближе и наконец нас заметили. Клавишник показал на меня пальцем и улыбнулся. Он помахал в нашу сторону и сообщил остальным.

- Он действительно тебя помнит! – громко шепнула пораженная дочка.

А затем он толкнул Ли Риана и тот, оставив автограф счастливой фанатке посмотрел в нужную сторону. Мои глаза вновь наполнились слезами, но я сумела их сдержать. А улыбку сдерживать не надо было. Ева раздала всем фотографий и маркеры. Пока другие участники подписывали свои портреты, Ли Риан смотрел на меня. Я протянула ему маркер. Постер был глянцевым и тонким, и Ли придержал уголок, на котором стал выводить аккуратные завитки. Уголок, который держали и мои пальцы. От его прикосновения волна мурашек прошлась по телу.

Он дописал, я поблагодарила и накрыла плакат правой рукой, чтобы показать пустой безымянный палец и широко улыбнулась. Я ожидала удивление, облегчение, радость, наконец, но это его только расстроило. Он вложил в мою руку маркер, и мой взгляд тяжело упал вниз. На безымянном пальце оказалась та самая татуировка с особенным символом, нарисованным в пустыне, но его закрывало обручальное кольцо.

Нет, мое сердце не разбилось на мелкие осколки. Я не упала и не разрыдалась. Желудок сжался в комок. И среди паники мыслей внутренний голос громко сказал: «Вот и кармическая месть». Я вернулась к тому, с чего начинала: никто не должен меня любить. Я этого не заслуживала. И это было ярким подтверждением тому.

Дочка силой выпихнула меня из толпы, когда группа скрылась из виду. Она протянула мне воду. Со стороны могло показаться, что мне стало плохо на жаре и взгляды скользили мимо. Хотя мне было все равно, что обо мне подумают в тот момент.

- Пойдем, - и Ева потянула меня в ближайшее кафе. До начала концерта оставалось еще несколько часов, и мы могли спокойно отдохнуть, прежде чем пойти внутрь.

- Что произошло?! Между вами такое напряжение было!

Я все еще не могла говорить и спряталась в меню. Мы сошлись на травяном чае и кнафе, хотя я не была уверена, что хоть кусочек пролезет в горло.

- Мам, - Ева накрыла своей ладошкой мою руку. – Поговори со мной. Что там было?

- Ничего не было – он женат. Боже, какая ирония, - из меня вырвался нервный смешок.

- Почему я об этом ничего не слышала? Не помню, чтобы поднималась тема свадьбы. Хм… А может запостить? Я буду первой, кто об этом расскажет! Мой аккаунт тут же наберет тысячи новых подписчиков…

- Не смей, - твердо сказала я. – Есть причины, по которым он никому не говорил.

- Мне жаль, - сказала она после долгой паузы.

Я пожала плечами. Адреналин отпускал, и хотелось лечь и уснуть.

- Мне тоже, - горько улыбнулась я. – Я всегда говорила ему, что у нас ничего не получится. И в тот момент, когда я освободилась, я узнаю, что он все-таки послушал меня.

- Прости, у вас что-то было?

Я смутилась. Хотя Ева и была уже тринадцатилетней, но разговаривать об интимных отношениях было странно.

- Было, - призналась я.

- Расскажешь?

- Ни в коем случае! – возмутилась я. – Ты возненавидишь меня потом.

- Мам, я уже все тебе сказала. Сейчас уже ничего не изменить. Я просто хотела узнать, как вы познакомились.

Ева положила сжала мои ладони и немного потрясла, а потом хитро улыбнулась. Тогда я решилась.

- Помнишь концерт я скидывала? – она кивнула. – Он заметил меня со сцены. Я была в том самом зеленом платье.

- Ты поэтому не хотела его надевать?

- Ага. Такие воспоминания. Я же не знала, что ты ведешь меня к нему. Может и сработало бы. Опять, - я грустно усмехнулась. – В общем, потом оказалось, что мы не только живем в одном отеле, но еще и соседи. Нас сразу же потянуло друг к другу. В первую командировку я сопротивлялась этим чувствам. Он когда уезжал, сказал, что мы обязательно встретимся вновь. В принципе, так и получилось.

- И что вы делали? – не унималась дочка.

- Мы притворились, что мы вместе. Мы посещали разные достопримечательности, вместе завтракали, танцевали. Было мило.

- Стоп. Ты слушала последний альбом?

Дочка схватила свой телефон и активно задвигала пальцами по экрану.

- Нет. Ни одну песню после нашей встречи. Я просто не могла возвращаться в воспоминания, ведь я чувствовала вину перед вами, - я отпила принесенный официантом чай. У меня вдруг загорелось любопытство. – А что там?

- Тебе надо обязательно послушать! Я читала перевод и смогла понять лишь образы. Но послушай: солнечный город, мы под одним небом, песочная буря, ближе к звездам, далеко от земли, - перечисляла дочка, а мое сердце напомнило о себе нервным перестукиванием. – Там много намеков, которые ты поймешь лучше других. Мне кажется, Анриэл написал их про вас.

- Какое это имеет значение сейчас? – задала я риторический вопрос. – Он потерян для меня.

- Не говори так! Думаю, ты права, что есть какая-то особенная причина, по которой он не объявил о своей женитьбе.

Я пошла на попятную.

- Просто не хотел массовой истерии фанаток, особенно этих психов – сасенов.

- Нет, здесь что-то другое. Я узнаю.

Мы еще посидели, Ева постаралась перевести тему, и мы хорошо провели остаток времени. Мы решили перекусить и заказали макбус для меня и пасту карбонару для нее. Теперь мы были уверены, что сил хватит на всю музыкальную программу. Ко мне вернулось настроение, и я уже не сопротивлялась походу на концерт. У нас были сидячие места, поэтому мы не торопились внутрь. Центр танцпола скорей всего уже кишел фанатками, которые старались протиснуться поближе к сцене. Но я не готова была несколько часов стоять и смотреть на сцену, и была рада, что Ева догадалась об этом.

Неожиданно нас остановили на входе. Мы прошли через турникеты, и к нам подлетела охрана. Ева испугалась, что купила контрафактные билеты и чуть не расплакалась от переживаний. Но я обняла ее и предложила сначала узнать, что от нас хотели. Девушка с планшеткой и торчащим из уха микрофоном четко позвала нас и просила последовать за ней. Охрана отступила и пропустила нас – Ева немного успокоилась. Я взяла ее за руку. По вывескам мы следили, что прошли мимо своей трибуны. Мы переглянулись с дочкой и остались заинтригованы.