Девочка не отозвалась.

Каэл сделал полшага к воротам.

Серый камень глухо завибрировал.

— Кто она? — спросил он.

Виона резко повернулась к нему.

— Ты приехал за девочками, не зная, кого должен забрать?

Он не посмотрел на неё.

Только на Миру.

— Кто она? — повторил он.

Мира начала дрожать.

Не вся.

Только пальцы.

Потом плечи.

Потом воздух вокруг неё словно стал тоньше.

Виона шагнула к девочке, но та подняла руку, останавливая.

— Не подходите.

Голос Миры был почти неслышным.

Каэл побледнел.

Теперь Виона видела точно.

Побледнел.

Генерал Арден, перед которым в зале склонялись старейшины, стоял у ворот и смотрел на девочку так, будто из прошлого вышло то, что он похоронил не своими руками.

— Мира, — сказала Виона мягко, — посмотри на меня.

Но девочка смотрела на Каэла.

Серебро в её глазах вспыхнуло.

Тихо.

Без света на руках.

Без зеркала.

Просто глаза стали ярче, глубже, старше.

— Он… — прошептала Мира.

Агата закрыла рот ладонью.

Рен шагнул к девочке, но остановился по взгляду Вионы.

— Он похож, — сказала Мира.

Каэл не дышал.

— На кого? — спросила Виона.

Мира медленно отступила назад, будто перед ней стоял не сам Каэл, а тень другого человека, наложенная на его лицо.

— На того, кто отдал меня сюда.

Глава 5. Пансион против Совета

После слов Миры даже Серые Ворота замолчали.

Не просто стихли.

Замерли.

Виона почувствовала это кожей: камень под ладонью перестал вибрировать, воздух над дорожкой стал неподвижным, ветви старых деревьев будто застынули в одном положении. Даже чиновник Совета с тубой в руках не решился сразу открыть рот.

Каэл смотрел на Миру.

Мира — на него.

А Виона вдруг поняла, что находится между двумя страхами.

Страхом девочки, которую когда-то привезли сюда и заставили забыть, кем она была.

И страхом мужчины, который впервые увидел, как прошлое его рода смотрит на него серебряными глазами.

— Мира, — тихо сказала Виона.

Девочка не отозвалась.

Она стояла на дорожке в нескольких шагах от ворот, тонкая, бледная, слишком маленькая для того, чтобы выдерживать взгляды взрослого дракона, двух чиновников Совета и собственной памяти. Перчатка на её правой руке дрожала. Серебро в глазах не гасло.

Каэл сделал движение, будто хотел шагнуть ближе.

Ворота ответили глухим ударом изнутри.

Не открылись.

Не впустили.

Просто напомнили: здесь не его дом.

Каэл остановился.

— Тот человек, — сказал он, и голос у него звучал иначе. Не как у генерала. Ни как у бывшего мужа. Жёстче и одновременно тише. — Ты помнишь его лицо?

Мира отступила ещё на шаг.

— Не спрашивай её, — сказала Виона.

Он перевёл на неё взгляд.

— Это важно.

— Для тебя?

— Для всех.

— Тогда начнём с того, что для неё сейчас важно не отвечать тебе.

Писарь Грай нервно кашлянул.

— Генерал Арден, это признание воспитанницы подтверждает необходимость немедленного перевода. Если она связывает род Арден со своим размещением, тем более…

— Замолчите, — сказал Каэл.

Не громко.

Но так, что Грай осёкся на полуслове.

Виона заметила: стражи Арденов у кареты напряглись, но не вмешались. Чиновники Совета переглянулись. Они привыкли, что генерал исполняет приказы. Не то, что он обрывает их перед бывшей женой и детьми у закрытых ворот.

Хорошо.

Пусть привыкают все.

— Мира, — Виона повернулась к девочке и шагнула не к ней, а вбок, закрывая её от прямого взгляда Каэла. — Посмотри на дом.

— Я не хочу обратно, — прошептала Мира.

— Я не говорю «обратно». Я говорю — к девочкам.

Слово сработало.

Не сразу.

Мира медленно повернула голову к крыльцу. Там стояли остальные. Илса была бледной, но держалась прямо. Эйра прижимала к себе лошадку так крепко, будто та могла стать щитом. Лира смотрела на всех сразу — на Каэла, на чиновников, на Виону, на Миру — и губы у неё были сжаты в тонкую линию.

— Они смотрят, — сказала Мира.

— Да, — ответила Виона. — И видят, что ты стоишь.

Девочка сглотнула.

— Я боюсь.

— И всё равно стоишь.

Мира закрыла глаза.

Серебро под её веками дрогнуло, будто свет пытался пробиться наружу. Потом она медленно выдохнула. Когда снова открыла глаза, они стали обычнее. Не совсем. Но уже не чужие, не древние, не слишком старые для тринадцати лет.

Виона протянула руку.

Не схватила.

Просто предложила.

Мира посмотрела на её ладонь так, будто не знала, что с ней делать.

Потом вложила свои пальцы.

Холодные.

Лёгкие.

В перчатке.

— Агата, — сказала Виона, не оборачиваясь, — отведите Миру в дом. Илса, помоги младшим вернуться в общий зал. Лира, сосчитай всех. Вслух.

— Зачем вслух? — тут же спросила Лира.

Голос у неё дрожал, но привычка спорить оказалась сильнее страха.

— Чтобы те, кто стоит за воротами, услышали имена.

Лира моргнула.

Потом поняла.

И улыбнулась.

Не весело.

Остро.

— Илса Рой, — крикнула она громко, почти вызывающе. — Лира Торн. Эйра. Нола Висс. Сана. Тиша. Марта. Пелла. Эвель. Рисса. Дана. Орли. Мира.

Каждое имя падало на дорожку, как маленький камень в стеклянную чашу.

Чиновники Совета морщились.

Каэл не отводил взгляда от Вионе.

А Виона вдруг почувствовала: это тоже защита.

Не купол.

Не печать.

Имя.

Если ребёнка назвать вслух, его труднее превратить в строку приказа.

Мира позволила Агате увести себя только после того, как Лира произнесла её имя последним. Девочки отступили в дом. Дверь не закрылась полностью — Виона заметила узкую тёмную щель.

Слушают.

Конечно.

— Теперь, — сказала она и снова повернулась к воротам, — мы закончили на сегодня.

Грай вскинулся.

— Леди Сайрен, это невозможно. Уполномоченные Совета не могут просто…

— Могут. И сейчас именно это сделают.

— Вы препятствуете.

— Я защищаю.

— От Совета?

— Если потребуется.

Второй чиновник резко побледнел от злости.

— Это будет внесено в протокол.

— Внесите. Только рядом напишите, что вы попытались забрать двенадцать девочек без поимённого акта, без описи, без судебного решения, при закрытых воротах и в присутствии свидетелей.

Грай сжал тубу.

— Свидетелей?

Виона коснулась ладонью серого камня ворот.

— Дом слышит.

Оба чиновника невольно посмотрели на ворота.

Именно в этот момент по камню прошла серебряная линия. Тонкая, почти незаметная. Она вспыхнула и погасла.

Рен, стоявший внутри, не улыбнулся.

Но уголок его рта всё же дрогнул.

Каэл это тоже увидел.

— Грай, — сказал он, — возвращайтесь в Совет.

— Генерал…

— Вы передадите, что пансион потребовал надлежащие документы. До их получения силовое исполнение нецелесообразно.

— Нецелесообразно? — повторил чиновник так, будто слово обожгло ему язык. — Лорд Вейр ожидает результата.

— Лорд Вейр получит отчёт.

— От вас?

— От меня.

Молчание стало острым.

Виона поняла: сейчас Каэл не просто отправлял писаря прочь. Он брал на себя задержку.

Не ради неё.

Не надо быть глупой.

Может, ради Миры. Может, ради Арденов. Может, ради того, чтобы первым разобраться в том, чего сам испугался у ворот.

Но результат был важнее мотива.

На сегодня девочки оставались в пансионе.

— А вы? — спросила она.

Каэл посмотрел на неё.

— Я остаюсь.

Виона тихо рассмеялась.

Слишком коротко, чтобы это было весельем.

— Нет.

— Я назначен ответственным за проверку защитного контура.

— Приказ о переводе я отклонила до надлежащих документов.

— А распоряжение о проверке — нет.