Я прошла на кухню. Там действительно стоял огромный чан, в котором серебряная ложка сама собой ритмично помешивала какую-то подозрительно блестящую бурду.

— Это суп? — с надеждой спросил Горр.

— Это омолаживающая маска для лица объёмом в сорок литров! — гордо ответила Гардея, поправляя шляпу, перо на которой теперь светилось неоновым светом.

— Так, стоп, — я решительно отодвинула серебряную ложку и водрузила свою кастрюлю в центр стола. — Освящение начинается с нормальной еды. Садитесь. Все! Фенрикс, слезай со своей башни, пока я не пошла и не объяснила твоим горгульям правила внутреннего распорядка дня!

Колдун материализовался в кресле через секунду, всё ещё сжимая в руке магический чертёж.

— Ава, ты не представляешь! — затараторил он, жадно вдыхая аромат моего бульона. — Как только мы перестаём спорить о том, чья очередь мыть полы, магия начинает просто… петь! Мы вчера случайно создали гардеробную, которая сама подбирает носки по цвету мантии. Это же прорыв!

Я начала разливать бульон по тарелкам. Стоило первой капле коснуться дна, как замок мелко задрожал, и розовые стены гостиной сменили оттенок на более спокойный, кремовый.

— Видите? — я подняла половник. — Дом чувствует уют. Если будете кормить его нормальной едой и добрыми словами, он перестанет пугать прохожих своим видом.

В этот момент в центре стола, прямо между хлебом и солонкой, воздух начал скручиваться в воронку. Звук был такой, будто кто-то очень старый и очень грустный пытается высморкаться в шёлковый платок.

Из воронки на стол выпал конверт, запечатанный сургучом, на котором вместо герба был изображён… белый флаг.

— Опаньки, — Дарр потянулся к письму. — От Оракула?

— Похоже на то, — я вытерла руки о фартук и вскрыла конверт.

Внутри была записка, написанная дрожащим почерком на бумаге, которая на глазах рассыпалась в пыль:

«Ухожу. Не поминайте лихом. Ключи от Реальности оставил под ковриком в Пустоте. Ава, если решишь достроить второй этаж Мироздания — пожалуйста, выбери обои без кабачков. p.s. Рейгар, мужик, сочувствую насчёт атлантов. Я пытался это стереть, но их „супружеская магия“ сильнее моих админских прав. Прощайте».

Наступила тишина. Даже орк перестал грызть ножку стола.

— Оракул что… уволился? — Фенрикс испуганно икнул.

— Он дезертировал, — констатировала я, глядя на пустую записку. — Кажется, этот мир теперь официально остался без присмотра.

Рейгар медленно поднял тарелку с бульоном.

— За новый мир? — предложил он, глядя на меня с такой любовью, что никакие Оракулы были больше не нужны.

— За мир, в котором главный закон — это вовремя съеденный суп, — улыбнулась я.

p. s.

Вот тут Оракул и решил выкинуть свой последний козырь. Пока в поместье пахло мимозой и звенело золото, в небесных чертогах, сотрясаемых трещинами, старый интриган судорожно листал призрачные страницы самого первого контракта Авы.

Его глаза, налитые красным от бессонницы, победно блеснули.

— Попалась! — взвизгнул он, тыча пальцем в пунктирную линию подписей. — Юридический капкан захлопнулся!

Оракул жадно впился взглядом в мелкий шрифт. Условия были прописаны чётко: Ава зарабатывает на магических растениях, выкупает родовое гнездо дракона и возвращает долг Фенриксу. Как только последняя монета коснётся стола, Рейгар обязан дать ей развод. А развод в этом мире был не просто бумажкой — это был магический акт разрыва душ, закреплённый клятвой на крови.

— Не видать тебе вечности с чешуйчатым генералом, — прошипел Оракул, злорадно потирая прозрачные ладони. — Либо ты исполняешь договор и теряешь любовь, либо нарушаешь клятву и теряешь всё: баллы Абсолюта, тело и саму жизнь.

Он взмахнул рукой, и в небе над поместьем Авы начал разворачиваться багровый свиток древнего контракта, заслоняя собой солнце.

Багровый свиток в небе продолжал пульсировать, нависая над поместьем как гильотина, но я не собиралась падать в обморок. В конце концов, я женщина, которая выжила в очереди за сапогами, хотя мой номер был одна тысяча восемьсот тридцать второй. И проносила те сапоги два года несмотря на то, что они были малы на полтора размера! Меня какими-то небесными контрактами не запугаешь.

— Так, все на кухню! Живо! — сурово скомандовала, сворачивая внезапно прилетевший второй свиток (тот самый, с отпечатком лапки бегемота-стрекозы).

Через пять минут за огромным дубовым столом Грока было не протолкнуться. Рейгар сидел по правую руку, мрачнее тучи, сжимая мою ладонь так, будто боялся, что я испарюсь прямо сейчас. Гардея в своей новой широкополой шляпе и Фенрикс в ультрамариновой мантии устроились напротив. Мальчишки замерли в дверях, а Сарг и крылатый хомяк-беженец заняли стратегическую позицию на мешке с мукой.

Я бахнула на стол собранные документы, включая свежий «дезертирский» отчет.

— Слушайте внимательно, — медленно обвела присутствующих строгим взглядом. — Оракул решил сыграть в бюрократа. Он требует развода, основываясь на нашем первом договоре с Рейгаром. Условия выполнены: деньги есть, дом выкуплен, долги прощены. Если не подпишу развод, мои баллы Абсолюта обнуляются, а меня выкидывает в Пустоту.

Гардея ахнула, прикрыв рот ладонью:

— Но это же несправедливо! Мы только начали строить замок!

— В этом мире справедливость — это то, что написано мелким шрифтом, — сухо отрезала я. — Фенрикс, ты у нас самый могущественный колдун. Скажи, как именно работает магический развод?

Фенрикс поправил очки и замялся:

— Ну… это ритуал добровольного расторжения союза перед лицом высших сил. Оба супруга должны подтвердить, что «цель брака исчерпана».

Я победно улыбнулась и постучала пальцем по столешнице.

— Именно! «Цель брака исчерпана». Оракул считает, что цель была — деньги и дом. Но у меня готов встречный иск.

Я развернула второй свиток — тот, что принес бегемотик.

— Смотрите сюда. Внизу, рядом с отпечатком лапки, есть системная пометка о моем новом статусе: «Главный Прораб Мироздания» и «Мать-Настоятельница Кабачкового Картеля». Эти статусы были получены мною в браке и благодаря совместным действиям с мужем и его… кхм… персоналом.

Рейгар поднял голову, в его глазах блеснула искра надежды.

— Оракул допустил юридическую ошибку, — со значением продолжала я. — Он не зафиксировал «точку отсечения». В договоре сказано, что Рейгар дает развод, когда я накоплю денег. Но там не сказано, что я не могу выставить новые претензии как законная супруга, чьи интересы теперь неразрывно связаны с развитием данного региона!

— Ава, ты клонишь к тому, что… — начал Рейгар.

— Я клоню к тому, что развод не может быть осуществлен, пока не произведен раздел совместно нажитого имущества! — я торжественно указала половником на окно, за которым сияла нелепая обсидиановая башня. — А также пока не решен вопрос об опеке над магическими питомцами и гастарбайтерами. Поскольку Оракул сам признал меня «Главным Прорабом», любая попытка расторгнуть брак сейчас приведет к мгновенному банкротству всего сектора мироздания, за который я теперь отвечаю.

На кухне воцарилась тишина. Грок перестал помешивать суп.

— То есть, — подал голос смышлёный Митр, — ты требуешь раздела имущества… с богом?

— Именно. Если Оракул хочет развода — пусть сначала выделит мне в личную собственность этот кусок реальности, подтвердит права на всех беженцев и выплатит моральный ущерб от кабачковых штрафов.

В небе над поместьем багровый свиток вдруг нервно дернулся и пошел рябью. Кажется, Оракул на том конце «провода» начал икать.

— Рейгар, — я повернулась к мужу. — Ты согласен начать бракоразводный процесс длиной в пару-тройку столетий, пока мы не согласуем каждый гвоздь в этой части реальности?

Генерал впервые за утро широко улыбнулся. Он перехватил мою руку и запечатлел на ней долгий поцелуй.