— Ставлю десять, что у Гардеи перо на шляпе превратится в живого страуса! — размахивая моим телефоном как судейским флажком, азартно подхватил Дарр.

Митр меланхолично добавил:

— А я ставлю на то, что у них получится… Но только если они закроют глаза. А лучше — рты.

На кухне послышался грохот — это Грок, оценив масштаб надвигающегося магического резонанса, нырнул под огромный медный котёл. Русалка, не растерявшись, плюхнулась следом, обдав орка каскадом брызг. Водяной, увидев эту «подтёчную» идиллию, обиженно забулькал и начал яростно засасывать пыль у входа, периодически бросая ревнивые взгляды в сторону кухни.

— Давай! Жми, чета злодейская! — закричал Сарг, и гастарбайтеры дружно поддержали его глухим уханьем, ритмично помахивая лопатами, как фанатскими шарфами.

Но ничего не происходило, и мордашки мальчишек стали кислыми от разочарования.

— Эй, подождите! — взвился в воздух Сарг и развернулся к молодожёнам хвостом. — Сейчас я их колдовство своей волшебной струёй сдобрю — для стабильности эфира и блеска чешуи! Резонанс будет — закачаешься!

— Сарг, нет! — прикрикнула я, но было поздно.

Золотистая дуга «магического катализатора» коснулась камня, и в ту же секунду Гардея с Фенриксом вскрикнули. Между их ладонями вспыхнула ослепительная искра — не фиолетово-чёрная, как раньше, а странного, жемчужно-опалового цвета.

Воздух вокруг них задрожал. Треснувший фундамент старой беседки на глазах начал затягиваться, превращаясь в чистейший белый мрамор. Шляпа Гардеи на мгновение засветилась, и страусиное перо приобрело стальной блеск, став прочным, как клинок.

— Ого… — выдохнул Фенрикс, глядя, как из его пальцев вылетают не искры, а маленькие золотистые строительные уровни и призрачные мастерки. — Гардея… я чувствую! Я чувствую твой пятый размер… то есть твой резерв! Он течёт через меня!

— А я чувствую твою занудность! — выдохнула Гардея, но в её голосе не было злости. — Но она такая… структурированная! Фенрикс, мы… мы строим!

Над садом начал подниматься призрачный контур будущей башни, плавно переходящей в анфиладу с колоннами. Это был архитектурный винегрет, от которого у любого дизайнера случился бы инфаркт, но магия работала!

— Получилось! — завопили мальчишки, выпрыгивая из окна.

— Моя работа, — гордо заявил Сарг.

Я прислонилась к плечу Рейгара, наблюдая за этим безумием.

— Кажется, Ава, — прошептал генерал, приобнимая меня, — нам всё-таки придётся выделять им участок под застройку. Иначе они нам весь огород во дворец превратят.

В этот момент воздух прямо перед моим носом внезапно задрожал. Внезапно раздался нежный звон хрусталя, и прямо в пространстве вспыхнули огромные, пульсирующие сиянием буквы. Они висели в воздухе, переливаясь всеми цветами радуги:

«ВНИМАНИЕ! Зафиксирован первый в истории случай успешного применения „Супружеской Магии“ под воздействием демонического уретрального катализатора. Начислено 15 000 баллов „Дикой Гармонии“. Статус повышен до: „Главный Прораб Мироздания“».

Я едва успела дочитать последнюю строчку, как буквы с весёлым хлопком лопнули. Они не исчезли бесследно, а осыпались на меня дождём из сверкающих золотых искр. Сад мгновенно заполнился густым, пьянящим ароматом свежей мимозы, будто весна решила наступить здесь и сейчас, лично для меня.

— Кажется, система Оракула перешла в режим спецэффектов, — рассмеялась я.

— Ого, — Рейгар осторожно снял с моих ресниц прилипшую золотую пылинку. — Если Оракул начнёт дарить тебе букеты, боюсь, у меня возникнут проблемы.

— Судя по запаху мимозы, он просто пытается подлизаться, — я чихнула от избытка золотой пыльцы и улыбнулась. — Но «Главный Прораб» — это уже серьёзно. Пора выписывать каску.

Молодожёны, не поддаваясь на уговоры отправиться в земли Гардеи и продолжать эксперименты с магией там, пыхтели до самого заката. Я уже покормила домашних, отобрала телефон у детей, уложила мальчишек спать и сделала мужу нежный массаж, а они всё корпели под светом звёзд.

Утро в поместье началось не с пения птиц, а с коллективного «Ой!», когда мы вышли на крыльцо. То, что Гардея и Фенрикс «настроили» под воздействием супружеской магии и специфического катализатора Сарга, не поддавалось никакому логическому описанию. Это был архитектурный экстаз, в котором классика встретилась с готикой и закусила это всё тяжёлым люксом.

На месте скромного пустыря за огородом возвышалось нечто, напоминающее гибрид Эйфелевой башни, Парфенона и очень дорогого торта. Тонкая башня-шпиль из обсидиана, уходящая в облака. На самой вершине вместо флюгера крутилось гигантское золотое перо страуса, которое указывало не направление ветра, а сторону, где в данный момент находилась ближайшая распродажа шляпок.

К башне примыкало крыло с белоснежными колоннами. Но так как Фенрикс в процессе стройки всё же разозлился на Гардею за «старого пня», колонны периодически меняли форму: то они были стройными и ионическими, то внезапно превращались в пузатые бочки.

Прямо над входом нависал огромный полукруглый балкон из розового мрамора, который поддерживали атланты с лицами… Рейгара. Бедный генерал, увидев это, поперхнулся утренним кофе и молча ушёл в конюшню — проверять, не выросли ли у лошадей рога.

Благодаря магии Сарга, кусты вокруг дома не просто росли, а светились золотистым светом и имели странную привычку метить территорию, если к ним приближался кто-то чужой.

— Фенрикс! Ты зачем в моей спальне сделал потолок в виде звёздного неба с твоим лицом⁈ — донёсся из новостройки визг Гардеи.

— Это для вдохновения! — огрызнулся колдун, высунувшись из окна башни. — А ты зачем в моей лаборатории повесила зеркала в золотых рамах⁈ Мне там демонов вызывать надо, а не марафет наводить!

— Работает! — восхищённо прошептал Горр, подталкивая Дарра. — Видишь, ругаются, и башня начинает слегка вибрировать и розоветь! Значит, связь есть!

Я стояла, прислонившись к косяку, и медленно потягивала чай.

— Грок, — позвала я орка, который с опаской тыкал пальцем в мраморную колонну. — Готовь завтрак в двойном размере. Кажется, у нас появились соседи. Причём очень шумные.

В этот момент мой телефон, лежащий в кармане фартука, просто взорвался уведомлениями.

«КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА МИРОЗДАНИЯ! Зафиксировано строительство объекта, нарушающего все законы гравитации, эстетики и здравого смысла. Начислено 50 000 баллов „Трэш-Архитектуры“.»

«ДОПОЛНИТЕЛЬНО: Оракул подал заявление на бессрочный отпуск по состоянию психического здоровья. Текущий статус пользователя Ава: „Единственный адекватный в этом цирке“.»

Я хмыкнула и посмотрела на Рейгара, который как раз вернулся из конюшни, выглядя так, будто он только что пережил второе падение империи.

— Ава, — он подошёл и обнял меня сзади, утыкаясь носом в шею. — Скажи мне, что мы не будем там обедать. Я не смогу смотреть в глаза этим атлантам с моим лицом.

— Не переживай, дорогой, — я похлопала его по руке. — Мы оставим молодожёнов отмечать новоселье, а сами отправимся в город. Надо же выкупить твой дом?

Я решительно подхватила самую большую кастрюлю с дымящимся бульоном, вооружилась половником как церемониальным жезлом и направилась к этому архитектурному недоразумению. Рейгар, вздохнув с покорностью приговорённого, поплёлся следом, прихватив стопку тарелок и буханку свежего хлеба.

Дети, Сарг и водяной (который катился следом, старательно засасывая выбитую из ковра пыль) образовали торжественную процессию.

— Внимание! — провозгласила я, остановившись перед розовым балконом, на котором атланты с лицами моего мужа игриво демонстрировали каменные мускуламы. — Входим в зону повышенного гламура. Рейгар, не смотри на них, это просто… авторское видение Фенрикса.

Мы переступили порог. Внутри пахло дорогой кожей, магическим озоном и почему-то клубничным освежителем воздуха.

— А-а-ава! Заходи! — Гардея сбежала к нам по винтовой лестнице, которая при каждом её шаге издавала звук арфы. — Оцени масштаб! Мы с супругом решили, что кухня должна быть в стиле «минимализм эпохи Возрождения», но Фенрикс настоял на автоматической мешалке для зелий, встроенной в плиту!