— Да, скорее всего так, — снова не стала я перечить, понимая, что наверняка так и было.

Эйлин мало что знала о конфликте Драконов и Волков. Её мир разрушился, когда погибли её родные, но затем будто бы воскрес, когда появился Бертрам. Она наивно полагала, что сможет и дальше оставаться в стороне, даже будучи женой риардана О’Драйка. Но тут она сильно ошибалась. Любая взрослая женщина на её месте давно бы поняла, к чему обяжет её такой союз. К тому же у Бертрама, как выяснилось, были свои планы на природный дар банфилии.

Он не то чтобы обманывал Эйлин. Скорее просто не упоминал, не акцентировал на этом внимания. Покуда Эйлин не узнала о его измене. И вот тогда вскрылись все карты — вся истинная суть Бертрама О’Драйка, его настоящая цель и мотивы. Я тоже не сразу осознала всё коварство этого положения, и тоже совершила ошибку.

Впрочем, не впервой. Я-то уж знала, каково это быть влюблённой преданной женщиной, которая не замечает за своим избранником опасных «звоночков». Но, если рассудить здраво, в наших отношениях с Димой они тоже были, но я была уверена, что это лишь временные трудности, кризис отношений. Свою настоящую личину он продемонстрировал, когда не стало нашего сына. Страшно сказать такое, но, похоже, для моего мужа это было скорее радостным событием.

Как такое может быть? Не знаю. Но сразу после похорон, вместо слов поддержки и участия, вместо слёз скорби и апатии, которая накрыла меня, он тут же собрал вещи и ушёл в другую жизнь — лучшую жизнь, где, кажется, был счастлив. Вот как бывает… Кому расскажешь — не поверят ведь…

— Значит, ты будешь мстить Бертраму? — вырвала меня из моих воспоминаний Люсин.

— Что?.. — очнулась я и быстро-быстро заморгала. — Нет, конечно, нет.

— Как это?.. — изумилась она.

— Так, что я не хочу больше никаких конфликтов и боли, — пояснила я. — Нам разрешили поселиться здесь, подальше от клана Драконов. Нам дали возможность начать всё сначала. И я хочу воспользоваться этой возможностью, отставить позади всё плохое и построить счастливую жизнь. Разве ты не хочешь жить счастливо?

Люсин задумалась. Долго молчала, а потом ответила:

— Хочу.

— Ну, вот, — улыбнулась я. — Теперь ты со мной. Я позабочусь о тебе, Люсин. Здесь нам ничего не угрожает. Мы под защитой клана О’Кранн. Они не пустят на свою территорию Бертрама О’Драйка.

Она посмотрела на меня, её взгляд был полон сомнения.

— Ты правда думаешь, что мы здесь в безопасности? — спросила она, её голос дрогнул.

— Насколько это возможно, — ответила я. — Ты сама слышала, гриан Мойра не желает вступать ни с кем в конфронтацию. Она выглядит мудрой и сильной женщиной, для которой важнее всего безопасность людей в её клане.

Люсин увела взгляд. Я догадывалась, о чём она думала. И вскоре мои догадки подтвердились, когда девочка произнесла:

— Я хочу вернуться к своим, — сказала она упрямо. — Хочу вернуться в свой клан. Когда выздоровею, я уйду к ним.

Я вздохнула, не зная, что тут ответить. Затем завязала последний узел на повязке. Сейчас было не время спорить на подобные темы, Люсин нужен был отдых. Я поднялась, чтобы осмотреть дом, и заметила старую глиняную кружку в углу. Подняв её, я обнаружила, что она цела, хотя покрыта трещинами. Наполнила её водой и поднесла кружку к губам Люсин.

— Выпей воды — сказала я. — А потом я найду что-нибудь, чтобы согреть нас. Этот дом старый, но мы сможем его привести в порядок.

Она сделала маленький глоток, её руки дрожали, когда она держала кружку.

— А если они придут за мной? — спросила она, её глаза расширились от страха. — Клан О’Драйк… они не остановятся.

— Я не дам им тебя забрать, — ответила я твёрдо, убирая мокрые волосы с её лица. — Мы здесь, под защитой клана Древа. Никто не посмеет нас тронуть.

— Обещаешь?

— Обещаю.

В этот момент дверь скрипнула, и в дом вошла женщина из поселения. Её лицо было худощавым, с высокими скулами, а волосы, переплетённые с листьями и перьями, ниспадали до плеч. В руках она несла корзину, полную сушёных трав, хлеба и кувшина с каким-то настоем. Она поставила корзину на пол рядом с нами.

— Я Аила, — представилась она, её голос был мягким, но с ноткой любопытства. — Владычица Мойра велела принести вам еду и помощь. Вы обе выглядите измученными.

— Спасибо, Аила, — сказала я, вставая, чтобы принять корзину. — Мы очень признательны.

Она кивнула, её взгляд скользнул по Люсин, и она нахмурилась, заметив повязки.

— Раны свежие, — заметила она. — У вас есть мазь? Если нет, я могу дать целебные травы. Нужно будет сделать отвар из ромашки и зверобоя, он хорошо заживляет.

— Мне кое-что дали, — ответила я, показывая лоскут с мазью. — Но, если у вас есть ещё что-нибудь действенное, буду признательна. Боюсь, понадобиться ещё несколько перевязок.

Аила вытащила небольшой мешочек с сушёными листьями.

— Вот, возьмите. Это поможет, — сказала она, протягивая его мне. — Залейте горячей водой и дайте настояться. А потом… — она замолчала, её лицо стало серьёзным. — Вы ведь банфилия, правда?

— Да, так и есть, — согласилась я, неосознанно коснувшись амулета на своей шее.

— Значит, с вашей дочерью всё будет в порядке. Вы знаете древние заклинания.

Я кивнула, но вряд ли это выглядело уверенно. В моей голове и правда жили какие-то слова, и прежняя Эйлин наверняка знала их значение. Однако это знание оставалось мне недоступным, словно всё это было лишь формой без содержания — я попросту не знала, когда и что можно применять.

Возможно, проблема крылась в том, что кроме знаний о заклинаниях и ритуалах настоящей банфилии давалось ещё что-то — какая-то инициация… Не знаю, как точно это назвать. Я ведь вообще ещё сутки назад не подозревала, что магия существует. Я жила в другом мире, в другом времени, среди абсолютно других людей, и мои представления о природе мироздания сильно отличались о того, каким видела всё сущее здесь.

Сила жила во мне — я это чувствовала. Но, как управлять ею, как её призывать и использовать, я не имела ни малейшего понятия.

Внезапно Аила произнесла:

— Жрецы узрели новое знамение.

Я нахмурилась:

— Какое же?..

— Говорят, клан Фаэль обезглавлен. Их риардан пал, — сказала женщина.

И у меня по спине пробежал холодок. Кровь отхлынула от лица. Люсин за моей спиной замерла. Я буквально кожей ощутила её напряжение и повернулась к ней. Она осталась сидеть молча, с силой стиснув зубы. Её руки сжали кружку так сильно, что костяшки побелели, а глаза наполнились слезами, и она отвернулась, пытаясь скрыть их.

— Даррен… — прошептала она, её голос дрогнул. — Он не мог…

Аила посмотрела на неё с беспокойством:

— Вы оказались в эпицентре битвы?

— Да, — сказала я, стараясь сдержать свои чувства. — Наш дом находился рядом с кланом Драконов. Когда началась бойня, это коснулось и нас. Поэтому нам пришлось бежать.

— Но вы теперь с нами, — заверила Аила. — Мы позаботимся о вас.

— Спасибо вам.

Женщина кивнула и ушла. А я опустилась рядом с Люсин, обняла её за плечи. Её тело дрожало, и я почувствовала, как слёзы капнули на мою руку.

— Люсин, — сказала я мягко. — Я знаю, как тебе больно. Но ты не одна.

— Даррен… — прошептала девочка. — Его больше нет…

Я постаралась собраться с духом, чтобы самой не разрыдаться. Меня тоже больно ударила эта новость, хотя я совсем не знала того Волка. Возможно, он даже убил бы меня, будь у него такая возможность. Но всё же он не причинил мне вреда. А теперь он погиб… И, конечно, мои терзания не шли ни в какое сравнение с трагедией маленькой Люсин.

— Даррен хотел, чтобы ты жила, — сказала я, гладя малышку по голове. — И я обещаю, что позабочусь о тебе. Мы обустроим этот дом, сделаем его тёплым и уютным. Всё будет хорошо.

Она подняла глаза, слёзы текли по её щекам.

— Но у меня больше нет дома, — прошептала она. — Мой клан… он был всем, что у меня осталось.