— Что изменилось? — задумчиво произнес. — Я познакомился с тобой. Увидел, что есть что-то, достойное спасения и второго шанса. Ты показала мне это, Амара. Ты, — ярость охватила его. — Ты. Это была ты. Хотел бы я никогда не встречаться? Возможно. Тогда бы мне было легче. Уничтожив Медею и Иридию, я продолжил бы жить и править своим царством. Но появилась ты и нарушила все мои планы, — он подошел вплотную к клетке. — Ты, блядь, нарушила все, Амара. Теперь я хочу не только разрушения и хаоса. Я хочу тебя. Всю без остатка. Хочу твой разум, твое сердце, твое тело, твой хаос, твою боль. Отгони голоса прочь и услышь свои истинные желания. Неотравленные влиянием древних божеств. А твои, — его лицо мерцало, и он с трудом удерживал себя от превращения. — Заслуживающие наказания должны быть наказаны, а невиновные — спасены. Твое место рядом со мной, а не против меня.

— Быть может позже, но не сейчас, — один из прутьев клетки не выдержал и лопнул. И в тот же самый миг она выкинула ладонь вперед, смыкая ее на его шее. Окровавленная рука сжала его горло, и притянула ближе.

— И что ты будешь делать? — не обращая внимания на силу давления, он замер прямо напротив ее лица. — Ты не только не сможешь, ты не хочешь причинять мне вред.

— Откуда ты знаешь? — она сощурила свои багровые глаза.

— Мы связаны кровью, детка, уже давным давно. С богом нельзя заключать кровавые сделки. А ты сделала это, не ведая, на что подписалась. Дважды.

— Ненавижу тебя.

— Я знаю. Ненависть — слишком сильное чувство. Сильное настолько, что в любой момент может обернутся чем-то иным, — он коснулся прутьев клетки, и под его натиском они рассыпались. Шагнул на постамент, возвышаясь над ней своим мощным телом. Когтистая рука обхватила ее горло, второй же рукой он обхватил ее талию и приподнял над камнем так, чтобы их лица находились друг напротив друга. Ноги Амары обхватили его талию, устроившись удобнее, а свободной рукой девушка ухватилась за его плечо.

— Ненавижу тебя.

— Знаю. Продемонстрируй мне, как сильно ты ненавидишь меня. Я жажду это, как ничего другого. Покажи…

— Я еще буду жалеть об этом, — сощурила свои прекрасные глаза. В них было столько огня и страсти. В них стоял такой всепоглощающий голод. И он был готов воспользоваться этим в своих интересах. Он не мог потерять ее снова.

— Будешь. Но ты не будешь собой, если не поддашься своим желаниям, — прошептал, едва касаясь ее губ. Их разделяли миллиметры.

— К черту, — с вызовом произнесла девушка и впилась в его губы поцелуем.

Он обжигал, словно пламя преисподней. Она наказывала его и клеймила, кусая губы в кровь. Жадно ловила носом воздух, не силясь оторваться от него. Ее ненависть возбуждала и пленила разум. Тьма окружила их, пожирая оставшуюся одежду, оставляя тела обнаженными. Кожа к коже, разум к разуму. Они упали на постамент, часть свечей были опрокинуты на пол. Магический огонь вокруг вспыхнул ярче, наслаждаясь энергией, выбрасываемой ими двумя. Губы Деймоса сместились на подбородок Амары, оставляя дорожку поцелуев, после чего проследовали на изгиб шеи. Не удержавшись, с силой укусил сладкую кожу, вырвав у девушки протяжный стон. Они были двумя оголенными проводами, готовыми вспыхнуть в любой момент. Страсть охватила их с такой силой, что было попросту трудно дышать. Зажав ее запястья у нее за головой, опустился поцелуями на ее грудь. Сомкнул губы на одном соске, после чего зализал укус. Чередовал жалящие укусы с поцелуями, доводя ее до исступления. Ее тело охватила дрожь, а символ под грудью, связавший их когда-то впервые, загорелся. Рукой скользнул вниз, проводя кончиками когтей по внутренней стороне бедра.

— Посмотри на меня, — не просьба, а приказ. Она распахнула свои прекрасные глаза. Цвет багрянца утонул в янтаре. — Ты так прекрасна, моя королева, — пальцы мучительно медленно проследовали по бедру, касаясь клитора. Ласкающими движениями, он обвел его и надавил, вырвав у девушки очередной стон. — Ты так прекрасна. Я — твоя жизнь и смерть, Амара. Прими это, ведь иного пути у нас нет. Мы связаны навеки. Хочешь ты этого или нет. Ты — моя жизнь и смерть, Амара. Я не потеряю тебя снова. Ты моя, и быть не может иначе. Может судьба и привела меня к тебе когда-то, но я буду тем, кто удержит тебя в своих объятиях навеки, — пара движений заставили ее задрожать сильнее, и она кончила, выкрикнув его имя. Разбиваясь на тысячи осколков, она сияла в буквальном смысле. Символы на коже переливались так ярко, и жар от них передавался его телу. — Ты так прекрасна, вороненок. Скажи, чего ты хочешь, Амара.

— Тебя, — выдохнула девушка в ответ. — Я хочу тебя, — и он с радостью дал ей себя. Возможно, потом она еще сильнее возненавидит его. Но об этом он будет думать позже. Хотел бы он, чтобы это было при других обстоятельствах, однако они уже давно играли не по правилам. Слишком много переменных пришло в их жизни. Для них нет другого пути. Так или иначе они были созданы друг для друга. Он чувствовал это. Призвал тьму, которая тотчас же окутала их. Он знал, что будет первым и будет единственным.

— Ты только посмотри на это, — нырнул пальцем нее. — Ты такая мокрая, детка. И все для меня. Для нас, — присоединил к нему второй, начиная аккуратно двигаться. Он не хотел причинить ей боль. Она застонала сильнее, глаза непроизвольно закрылись. — О, нет, смотри на меня, — он наклонился к ее губам, облизав нижнюю и мягко укусив за нее. — Смотри. На. Меня, — взгляд Амары был затуманен вожделением. — Ты — моя, ты понимаешь?

— Да, — ее тело извивалось под ним, а дыхание сбилось. — Я — твоя, повелитель мертвых, — она вновь ухватила его горло и жарко поцеловала. — Я так ненавижу тебя, Деймос. Но ты только мой, слышишь? — вспышка наслаждения вырвала у нее очередной стон. — Мой… Мой… Мой… Ничто не сможет разлучить нас, Бог Смерти. Ни жизнь, ни смерть, ни чертовы божества. Ничто. Я уничтожу всякого, кто станет между нами. Утоплю в боли, превращу в прах, — он переместил большой палец на сосредоточение ее возбуждения, и согнув пальцы внутри нее, начал ритмично двигать ими. Спустя мгновение новая волна экстаза накрыла ее, вынуждая вновь выкрикивать его имя. Он больше не мог ждать. После того, что он сделает, они достигнут точки невозврата. И он не знал, что будет ждать их дальше. — Чего ты ждешь? — томно прошептала Амара. — Я знаю, что ты хочешь сделать, — улыбка коснулась ее губ. — Вряд ли я смогу ненавидеть тебя еще больше. Не после того наслаждения и той свободы, которую ты подарил мне. Ты сказал, что кровь связала нас дважды. Ты привяжешь меня к себе сейчас. Кровь свяжет нас третий раз, и эта связь обретет устойчивость и нерушимость, не так ли? Ритуал завершит свой полный цикл.

— Ты знаешь? — удивленно замер мужчина.

— Я ничего не понимаю в ваших ритуалах, но число три всегда имело сакральный смысл. Пытаясь найти о тебе и твоей силе хоть что-то, нашла множество интересных сведений, — она легко улыбнулась, и в этой улыбке было столько той Амары, которая была до среднего мира и лавы вулкана. — Мне вот только интересно, а если бы я с кем-то перепихнулась до встречи с тобой? — она рассмеялась.

— Я везучий ублюдок, — он ухмыльнулся. — Предпочту считать, что ты ждала только меня, — он обхватил ее бедро и закинул себе на спину. — А теперь, детка, хочу услышать твои стоны еще раз. Спой для меня, — он рывком наполнил ее, и девушка вскрикнула, ощутив боль. Магия окружила их, прогоняя ее и оставляя вместо нее лишь безграничное блаженство. Огонь вокруг них вспыхнул с новой силой. И остались только движения их разгоряченных тел и стоны. Головокружительный оргазм накрыл их одновременно. Время и пространство перестали существовать. Остались только они. Деймос прошептал древнее заклинание, и связь между ними стала нерушимой. Они ощутили это.

— Злишься? — с интересом спросил, заключая ее в крепкие объятия. Они сидели на постаменте, прижавшись друг к другу. Она расслабленно перебирала его волосы, смотря на огонь.

— Очень, — призналась девушка. — Но удовольствие притупляет злобу, знаешь ли, — легкая улыбка коснулась ее губ. — Что будет дальше?