Как только они закончат здесь, перейдут в другое место, от которого не останется и следа. Лишь голые пустоши. Они не умеют чтить природу, они знают только разрушение. И пора им всем познакомится с последствиями. Сила и ярость заструились в теле, а тьма, вырвавшаяся из моего тела, медленно поползла вниз. Мгновение, и я оказалась внизу. Я слышала мысли каждого из присутствующих.

— Кто ты??? Как ты оказалась тут??? — прокричал один из людей в униформе, как только заметил меня.

— Неправильный вопрос, сладкий, — повернулась к нему. — Почему вы здесь? Это не ваши земли, не ваша территория. И это не восьмой сектор, — он направил на меня оружие, но выстрелить так и не смог, потому как замер, оказавшись парализованным моим взглядом. Как и все, кто пытался к нам приблизиться. — Зря вы пришли сюда. Это место станет вашей могилой, — топнула ногой, и по земле прошлась дрожь. Земля стала трескаться, огромные разломы расходились под ногами людей, являя им залежи самого настоящего золота. Крики провалившихся под землю людей заполонили воздух. — Наслаждайтесь своим последним представлением, — сняла оцепенение со всех. Взглянула на блестевшие куски руды. И как это может стоить жизни? Перенеслась вновь на край обрыва и стала наблюдать на скрывающуюся под землю технику, здания и людей. Кто-то кричал, кто-то пытался убежать. Что ж… у них был мизерный шанс это сделать. Прошептала слова на древнем языке и посмотрела в небо. Низкие темные грозовые тучи тотчас же наплыли на безмятежное небо, накрывая все собой. Раздался рокот грома, сверкнула молния и ударила в табличку с цифрой восемь, разбивая ее на части. Небо разверзлось, ливень обрушился на их головы, смывая все вокруг. Хоть и ненадолго, но я ощутила удовлетворение. Дождавшись, когда карьер затопит и останется один единственный человек, я материализовалась прямо перед ним. Он в ужасе попытался убежать, но не смог.

— Как тебя зовут, солдат?

— Карл. Пожалуйста, не убивайте меня, не нужно… Я… — нырнула в его мысли, и увидела столько всего, что он сделал в своей недолгой жизни. Видения мертвых телепатов ожесточили меня.

— Довольно, — его рот захлопнулся. — Тебе повезло, что именно ты находился выше всех и смог сбежать. У тебя будет миссия, Карл. И я надеюсь, что ты ее выполнишь. Но не думай, что ты избежишь наказания. Все, кого ты мучил и презирал, теперь будут являться тебе во снах. Полагаю, это будет честно. Однако, мне нужно, чтобы ты пришел к своим людям, к своей стране и правительству и сказал, что будет, если они вновь потревожат эти места. Тебе ясно? — он быстро кивнул. — Можешь быть свободен. Остерегайся одичавших. Они чертовски голодны. Я чувствую это, — отпустила сковывающую его тьму, и он ринулся от меня без оглядки.

Я же повернулась к глади образовавшегося озера и еще некоторое время наблюдала за ним. Недолгое удовлетворение сменилось опустошением и новым желанием разрушать. Боже, кого они создали? Кого пробудил вулкан? Я чудовище. Позади меня раздалось низкое сопение, и я повернулась. Из леса выступили одичавшие. Их серые лица и тупой голодный взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Не время, сладкие. Дайте ему уйти. Он должен доложить обо всем Аларику. Но вы можете его преследовать и проследить, чтобы он точно оказался у ворот Иридии, — они кивнули и скрылись в чащобе леса.

Еще некоторое время постояв в одиночестве, исчезла следом за ними.

Карл был плохим человеком. И таким его сделала не система, таким он уродился. Его восхищала идеология его государства, он готов был ради него на все. Он считал, что он стоит на вершине пищевой цепи. Пробиваясь на руководящую должность, он не гнушался предавать и убивать ради своих целей. И всегда предполагал, что так все и останется. Так и было до встречи со странной девушкой, разрушившей карьер, который работал уже как год, меньше чем за полчаса. Его охватил ужас, когда он понял, что земля ушла из под его ног, а развернувшийся ливень стал затапливать все вокруг.

Он узнал ее. Непокоренный и самый сильный эксперимент человека, которым он всегда восхищался и которому заглядывал в рот. Только вот она уже совсем не походила на себя, превратившись в какое-то неземное божество. Символы покрывали ее кожу, а острые когти могли вонзиться в его плоть. Прекрасный жестокий монстр. Он бежал вперед изо всех сил, острые ветки впивались в его костюм, разрывая его, а жуткое сопение преследовало его всю дорогу. Он ощущал, что его преследуют, и не мог остановиться. Знал, что как только позволит себе передышку, умрет. Крики одичавших, дышащих ему в затылок, ужасали и подгоняли.

Он не знал, сколько времени прошло, когда он добрался до Стены. Ночь сменила день несколько раз. У главных ворот он упал на колени, сердце выпрыгивало из грудной клетки. Желчь подступила к горлу. Не сдержав рвотный порыв, он начал блевать. Казалось, что его внутренности попросились наружу. Обернувшись, он увидел десятки одичавших, замерших у границы леса. И как только его окружили его люди, они пропали, словно их не существовало. Он не помнил, как его подхватили за руки и доставили в самое сердце лабораторного комплекса. Очнулся уже на койке, подключенный к аппаратам и капельницам, а рядом с ним сидели двое. Его идейный вдохновитель и его любовница. Аларик и Мари перестали разговаривать, как только он открыл глаза.

— Что случилось? — хмуро потребовал от него ответа мужчина. Он попылся что-то сказать, но не смог, только замычал в ответ. — Что за черт?

— Кажется, он запер в своем разуме, — пробормотала Мари, вызывая кого-то по внутренней связи.

Карл не знал, что отпустив его, Амара оставила ему кое-что напоследок. Теперь он никогда в своей жизни не сможет заговорить. Теперь его разум стал его тюрьмой. И каждый раз, когда он будет закрывать глаза, лица измученных им телепатов будут преследовать его до конца жизни. На задворках своего разума, он услышал, как дверь в палату распахнулась и появился еще один человек.

— Седрик, сможешь посмотреть, что произошло? — обратилась к вошедшему мужчине Мари.

— Конечно, — парень приблизился к его койке и коснулся его руки. Карл заметался по постели, а потом резко замер.

Седрик же прикрыл глаза, ныряя в разум лежащего Карла. Его окружила непроглядная темнота. Он искал хоть что-то, однако находил только пустоту. Где же побывал этот человек? Что с ним случилось? Казалось, что его разум был прочно заперт. Уже отчаявшись что-либо рассмотреть, он услышал тихий шелест и пошел прямиком на него.

— Какая приятная встреча, — раздался знакомый ему мелодичный голос. — Скучал по мне, красавчик? — внезапно сквозь тьму стали проявляться черты женского тела. Девушка была одета в длинное черное платье, ее длинные черно-бордовые волосы каскадом спускались на голую спину.

— Амара? — недоверчиво уставился на девушку. — Что случилось? Ты же умерла. Аларик убил тебя.

— Убил, — согласно кивнула. — Но с тех пор многое случилось, красавчик. Хочешь узнать, что с ним? Всего лишь воздаяние по его заслугам.

— Ты заперла его в его же разуме?

— Ага… Хотя по мне, слишком мягко для такого, как он. Скоро все изменится, Седрик. Стоит выбрать сторону, на которой окажешься. Прежде чем я кое-что скажу тебе, передай привет Аларику. Восьмой сектор уничтожен, как и его люди. Погребены под своей жадностью и разрушением. И так будет с каждым, кто посмеет повторить это снова. Они разрушают все к чему прикасаются. Больше никаких секторов. Я серьезно. И очень скоро я приду под ваши стены и принесу за собой всю ту боль, которую мне причинили. И будет лучше, чтобы каждый из тех, кто не причастен, отошел в сторону. Ведь я не пожалею никого.

— Амара, о чем ты говоришь?

— Грядет кровавая жатва, и лучше бы всем выбрать сторону. Я не хочу и не жду, чтобы выбирали мою. Выберите себя хотя бы раз в жизни. Перестаньте прогибаться под теми, кто уничтожает подобных вам ежедневно. За тобой стоит выбор, что именно передавать Аларику. Приятно было поболтать, Седрик. А теперь, кыш отсюда, — она повела рукой, и его выбросило наружу так быстро, что он не успел опомниться. А напоследок он увидел, что случилось в восьмом секторе, про который говорила девушка. Холодный пот стекал по его спине, и он повернулся к ожидающим его Аларику и Мари.