– Ладно, иди выбирай себе, мне не принципиально, – он мотнул головой в сторону толпы. – Ну и из наших кого‑нибудь заберу, копать там много придётся и рубить. Но это если к тебе достаточно наберется.

– Зато телеги в моём распоряжении, – подметил я. – Кстати, надо южные ворота уже строить, стену лучше делать с учётом этого.

– Да, давно пора. Оттуда и идти ближе к реке и мосту, – согласился Хорг. – Всё, оглашай требования свои и забирай людей, остальные ко мне пойдут в бригаду.

Он подтолкнул меня вперёд, и я покашлял, дожидаясь, когда бедолаги обратят на меня внимание. Обратили не сразу, пришлось покашлять ещё раз и помахать рукой.

– Так… – посмотрел на них, но народ продолжал переговариваться и особо интереса не проявлял. – Кральд сообщил, что ваша деревня подверглась нападению. Это грустно, но этого уже не изменить, хотя я вам сочувствую.

Это я говорил от чистого сердца, правда жаль этих людей. Когда у тебя есть дом и привычное место, а потом тебя оттуда выгоняют, как минимум обидно. А когда при этом ещё и половину знакомых убивают, становится совсем не до шуток. Только вот сочувствие сочувствием, а работать всё равно придётся, потому что жалость стен не строит.

– Также Кральд поручил мне обеспечить вас работой. Так вот, есть ли среди вас мастера? – проговорил я куда громче.

– Я каменщик! – поднял руку крупный мужик из первого ряда.

– Я плотник! – вышел из толпы второй, пониже ростом, но пошире в плечах. И тут же добавил: – Но на такого щенка работать не буду! У вас тут есть нормальные мастера вообще?

Вышло ещё несколько человек, и поднялся шум. Люди высказывали недовольство и требовали предоставить им нормального мастера, а не чумазого мелкого и ещё какого‑то, в общем гуле не разобрал. Если коротко, они посчитали меня недостаточно старым для руководящей должности. Ну, не первый раз, честно говоря, и вряд ли последний.

– А ну ряхи свои свернули, утырки неблагодарные! – рыкнул Хорг так, что из двери выглянул Гундар и вопросительно посмотрел на нас.

– Всё нормально, договариваемся, – спокойно кивнул ему. Гундар ещё некоторое время изучал нас взглядом, потом положил ладонь на дверной косяк и медленно закрыл дверь. Видимо, решил, что пока никто никого не убил, вмешиваться необязательно.

– Так вот, – продолжил я, стараясь сохранять невозмутимость, – я вас заставлять не буду. Кто хочет работать в моей бригаде, выходите вперёд. Кто не хочет, будете работать в бригаде уважаемого Хорга, – я продемонстрировал здоровяка, который при упоминании своего имени расправил плечи и заложил руки за пояс. – Вот и всё.

Пожал плечами и принялся ждать. Поначалу люди обсуждали варианты, но почти единогласно сходились в том, что лучше работать с настоящим мастером. Один взгляд на Хорга и один взгляд на меня, и выбор, видимо, казался очевидным. Не обидно, нет, просто констатация факта: здоровенный бородатый мужик с кулаками размером с мою голову выглядит убедительнее худого подростка в заляпанной бетоном одежде. Тут и спорить не о чем.

Кральд, судя по всему, уже успел им популярно объяснить, что отлынивать от работы не получится, причём даже женщинам. Исключения только для тех, у кого достаточно много детей, но и они, по всей видимости, будут выполнять роль воспитательниц для получившегося детского сада. В общем, всем дела найдутся, и я не завидую тем, кто сейчас отказывается от работы в моей бригаде. У Хорга копать от рассвета до заката и слушать его рёв без перерывов, и только дурак думает, что это легче, чем таскать вёдра с раствором на второй этаж. Тем более, я выступаю за механизацию, а значит с каждым днем физического труда будет только меньше. Ну, если в идеале, а по факту потаскать тяжести все равно придется.

Люди продолжили переговариваться, но тут из толпы вышла женщина лет сорока на вид. Волосы убраны в тугой пучок, плечи довольно широкие для её роста, а ростом она была примерно с меня. Ладони крупные, с мозолями на подушечках пальцев, и предплечья жилистые, будто она всю жизнь ворочала что‑то тяжёлое. Я уже открыл рот, собираясь объяснить, что у меня в бригаде только мужики, но она меня опередила.

– Я кузнец, – проговорила она. Голос низкий, ровный, без просительных ноток. – Инструмента нет, но навык имеется.

Рот я закрыл, а мысль, которую собирался озвучить, осталась невысказанной и скоропостижно скончалась, потому что кузнец – это кузнец. Нет, ну серьёзно, кузнец мне действительно нужен, тут не поспоришь. Правда, скорее в далёком будущем, а точно не сейчас, когда горят все сроки и каждая пара рук нужна на стройке. Борн, конечно, хорош, но одного кузнеца на такой объём работ маловато, да и договариваться с ним каждый раз отдельная песня, потому что у Борна своих заказов хватает, и каждый гвоздь для моей стройки он делает как одолжение.

А тут свой кузнец в бригаде. Мне бы участвовать в процессе, обсуждать сплавы и формы, экспериментировать с железным углём. Плюс давно в голове крутились мыслишки о том, чего мне железного не хватает в этом мире. Скобы нестандартных размеров, крепёж для опалубки, хомуты для арматуры, инструмент получше того, чем мы сейчас работаем, да мало ли что ещё. И мастерскую со временем можно построить на моём участке, а там пусть работает спокойно, без оглядки на чужие очереди.

– Отлично, буду рад видеть в своей бригаде. Всё, больше никто не хочет? – поинтересовался у остальных, но те потянулись к Хоргу. Ну и ладно, количество меня не расстраивает, качество важнее.

– Ну и славно! – Хорг оскалился и потёр ладони. – Тогда, Рей, забирай свою мастерицу, а мы, – он обвёл остальных собравшихся взглядом, – идём копать! Дохрена копать, пока спина не лопнет! А как лопнет, я сам вылечу!

Прорычал и двинул широким шагом к воротам. Народ замешкался, переглядываясь, и Хорг обернулся.

– Чего встали, лентяи? Работать! Зверьё ждать не будет!

Беженцы зашевелились и побрели следом, тихо переговариваясь между собой о том, как несправедлив мир. А он несправедлив, увы, с этим никто спорить не станет.

По уму дать бы этим людям хотя бы отдохнуть с дороги, прийти в себя. Многие из них могли потерять близких, и прямо сейчас за спокойными лицами прячется такое, о чём не расскажешь незнакомцу на деревенской площади. Но и Кральда можно понять, его задача сохранить как можно больше жизней, чтобы его лорд и дальше мог эти жизни облагать налогами. Циничный мир, но честный хотя бы в своём цинизме.

– Хорг, – одёрнул мастера, так чтобы никто не слышал. – Ты только помни, что сегодня из них работяги так себе. Столько всего пережили.

– Ты думаешь, я дебил? – тихо пробасил он, не оборачиваясь. – Сейчас покажу им фронт работ, кто захочет, останется, а кто нет, ну пусть идут отдыхают, заставлять никого не буду. Да и те, кто захочет, покопают немного, пар выпустят и пусть тоже отлёживаются. А вот завтра… Завтра будет другой разговор.

Хорг не дебил, это я знаю точно. Грубый, громкий, иногда невыносимый, но не дебил, и людей чувствует получше многих, просто показывать это считает ниже своего достоинства. Копать, кстати, дело полезное не только для стройки. Когда у тебя в голове всё вверх дном и земля из‑под ног уехала, монотонная физическая работа помогает собрать мозги обратно в кучу, по себе знаю.

Ну а мне тоже надо много чего делать, так что махнул рукой своему новому кузнецу.

– Пойдём что ли, будем думать, куда тебя пристроить.

Шагал и думал, что делать с этим приобретением. Кузнец без кузницы, это примерно как лодка без воды. Красиво, многообещающе, но толку прямо сейчас никакого. Ни горна, ни наковальни, ни даже завалящего молота, а просить инструмент у Борна для чужого кузнеца совесть не позволяет, да и вряд ли у него есть лишний инструмент.

Ладно, пусть пока кирпичи лепит, например, руки у неё рабочие, справится, а там разберёмся.

Хотя нет, сначала надо разобраться с более насущным вопросом, в частности с местом жительства. Не ко мне же, у меня и так Рект с Улем под одной крышей, спим как селёдки в бочке, и добавлять туда ещё женщину – это уже не теснота, а издевательство. Плюс неловко как‑то.