— Ну как? — я отошла чуть дальше, любуясь результатами двухчасового труда, и кивнула на стильную двухметровую красавицу в сине-белых шарах. Втянула в себя запах, идущий от представительницы семейства еловых. Лёша обнял меня и поцеловал в шею, от чего по телу ворохом пролетели мурашки и от легкого поцелуя тяжелеют конечности и кружится голова. Дико интересна эта моментальная реакция на его прикосновения.

— Шикарно. Ужинаем в «Бресте». Там классная кухня. Ночуем здесь.

— Два часа шарики развешивала. Конечно, шикарна, — и со смешком добавила. — Я уже поняла, что меня домой никто не отпустит. За пижамкой хоть заехать можно?

— Ты прекрасно смотришься в моей майке, — отшутился Алексей.

— Поверь, я смотрюсь прекрасно во всем.

— Бесспорно, — руки Алексея спустились на мою талию, предварительно прочертив по изгибам тела.

— А " Брест". Это что за место?

— Любимое кафе с вкусными немецкими сосисками и чешским пивом.

— Вот как.

— Тебе понравиться.

— Думаю, у меня нет выбора?

— Правильно думаешь.

Я надела свою симпатичную зимнюю курточку, приобретённую накануне, и мы вышли из квартиры на лестничную площадку. Лифт резво опустил нас с высоты десятого этажа. И я, прижавшись всем телом к Алексею, ловлю себя на мысли, что мне нравятся его внушительное тело. С ним я чувствую себя под мощной защитой, и со стороны мы смотримся как влюбленная парочка. Поймала на себе внимательный взгляд женщины средних лет, заходящей в наш подъезд.

Усмехнулась своей мысли, что подъезд, где находится Лёшина квартира, уже считаю нашим. Быстро же. Два дня назад даже слышать не хотела об Алексее, а сегодня уже в обнимку спускаюсь в лифте его дома.

«Брест» оказался достаточно просторным кафе, людным и оживленным. Мы прошли к забронированному столику у окна. Обстановка в светлых тонах и уютный зал мне понравились сразу. Посмотрим, что из себя представляет кухня в этом заведении.

— Ты любишь, чтобы столик был обязательно у окна, — присев, прокомментировала выбор места и листаю меню, которое тут же положили перед моим носом.

Кухня соответствует названию и интерьеру, острая и сытная, обилие копчёностей и колбасок различных видов.

— Айнтопф с копчеными крылышками и картофельный салат, — Алексей захлопнул меню и протянул официанту. — И чешское безалкогольное пиво.

Уфф! Я уже потерялась в названиях немецких блюд. Будем надеяться на хороший вкус моего партнера и блюдо, больше похожее на немецкое ругательство, мне придется по вкусу.

— Как долго продлится этот отпуск?

— Шесть недель. И у меня большие планы.

— Да? — Я удивленно подняла брови.

— Встретить новый год, познакомить тебя с моей матерью, перевезти твои вещи.

На словах «перевезти мои вещи», брови поднялись ещё выше.

— Хмм… А меня кто-нибудь спрашивал, готова ли я переехать в ваши холостяцкие пенаты?

— И ещё мы приглашены к моему другу на день рождение, — невозмутимым тоном продолжил Алексей.

— Надеюсь, друга зовут не Борис? — Спросила, откидывая на спинку мягкого диванчика.

— Нет, Борис, к счастью, не в категории друзей. Просто сослуживец.

Охх… Успокоил. Мерзкую рожу Бориса видеть не хотелось.

— Хорошо. Всё согласовано. Кроме вещичек моих. И добавь в список пару визитов в гости.

— К кому?

— Очень хорошим людям.

— Договорились.

— Ты даже не спросишь к кому именно?

— Мне хочется познакомиться абсолютно со всеми, куда ты меня приведешь.

Официант поднес айнтопф в глиняном горшочке, от которого поднимался аппетитный аромат. Я сглотнула слюну. Впрочем, я толком за сегодня ничего не ела. Холодный кофе на работе и бутерброд всё с тем же кофе из кофе-машины у Алексея в квартире. Официант выставил высокие бокалы со светлым чешским пивом.

— Может, что покрепче?

Я мотнула головой в ответ.

— Нет. Точно не хочу покрепче. А твоя мама в курсе, что ты приведешь меня к ней?

— Еще нет.

— Может быть, она не согласна.

— Поверь мне, согласна.

Я зачерпнула ложкой немецкий коктейль из овощей и мяса. Бесподобно вкусно и сытно, но Лешкин вкус я уже выучила. Много мяса, слегка приправленного овощами.

— Ба! Какие люди! — Я обернулась на громкий мужской возглас.

Возле нашего столика выросли две мужские фигуры ничуть не меньше, чем Лёшина, и своими взглядами тут же поползли по мне.

— Привет, честной компании, — поприветствовал Алексей, но большого энтузиазма не слышу в его голосе.

— Ты надолго? — Тут же осведомился один из мужчин.

— Планирую недель на шесть. Но ты знаешь сам знаешь, как скоро мой отдых заканчивается.

— Познакомишь нас с барышней? — Деловито спросил блондин с холодным взглядом голубых глаз, которыми он пробежался по мне с интересом.

— Алина, — сухо представил Алексей. — Это Игорь и Эдик.

— Очень приятно, — ответила любезностью на чересчур внимательные взгляды. Чуть с вызовом посмотрела на Игоря в ответ на уже выводящий из себя оценивающий взгляд. Впрочем, помню абсолютно все взгляды, которыми обласкали меня сослуживцы в «Амели» при первом знакомстве с Лёшей. Эти двое тоже присутствовали в тот вечер.

— Не будем мешать вашему отдыху. Можно на пару слов, — Эдик вытянул Лёшу на разговор.

Алексей поднялся и отправился вслед за мужчинами. Я проводила взглядом мужчин и осталась в полном одиночестве ковырять картофельный салат и айнтопф.

Алексей вернулся через минуту. Вытянув руку, негромко произнес: 'Пойдем со мной?

Я удивленно подняла брови.

— Зачем? — спросила Алексея, но руку в его ладонь вложила.

У входа, недалеко от гардеробной, крутился Борис. Увидев меня, спрятал виноватый взгляд в пол. Я сразу же инстинктивно сжала руку Алексея и тихонько прошептала: «Я его видеть не хочу».

— У него горячее желание извиниться перед тобой.

— Привет, — Борис поздоровался и тут же затих. Замялся. Под правым глазом большой фингал ярко-фиолетового цвета. Хорошо припухлый глаз с трудом просматривался на лице Бориса.

— Алина, простите моё поведение, — добавил Борис.

На лице Бориса полная растерянность и нет нахального и блуждающего взгляда. Я, конечно, внутренне попыхтела. Сразу накатили не самые лучшие воспоминания о не самых лучших временах, но, увидев внимательные взгляды всех четверых мужчин, обняла Алексея за талию и, всматриваясь в бегающие глаза Бориса, произнесла: «Прощаю».

— Хорошо ты ему приложил, — прокомментировала всё представление с извинениями уже за столиком в кафе.

— Заслужил. Пусть теперь хозяин холостяцкой квартиры покрасуется.

Мы вышли на улицу, и Лёша тут же взял мою руку в свою. Вечерний город подсвечен новогодними огнями. И с неба, кружась, падает мелкий снежок. Картина просто завораживает.

— Прогуляемся?

Мне захотелось пройтись по улице с Лёшей под ручку и подышать морозным воздухом.

— Угу. Как только замёрзнешь, говори, мы вернёмся к машине.

— Ты, похоже, часто бываешь в Бресте? — Я задала вопрос и ещё ближе прильнула к Алексею.

— Угу. Готовить не люблю. И ребятам не сильно понравилось, что я провожу свободное время или в погоне за тобой, или просто с тобой.

— Пусть привыкают, — бросила я и прикусила губу. Амплуа гордячки, не решившей до конца вопрос, нужны ли мне отношения сама же потихоньку и разрушаю.

Почему-то нравились и его сильные объятия, и тёплая рука на морозе. А ещё горячие губы и приходящаяся по венам страсть, как только его руки пробегаются по моему телу.

Я влюбляюсь? Я смогу вычеркнуть Руслана и его завораживающие зелёные глаза? Раздражение на саму себя тут же тронуло душу. Надеюсь, лекарство из Алексея медленно и верно вылечит больную душу. Я столько раз с остервенением говорила, «нет», даже не позволив себе начать отношения с кем-либо.

Я взглянула на небо, стряхнув с капюшона, отороченного мехом, снег, и тихонько сказала: «Я замёрзла».

— Почему молчишь? — Алексей завернул меня в свои объятия и натянул на голову капюшон куртки.