— Я уже взрослая!

— И четверка — Евдокия Кривотяпкина. Еще у нас есть Марина Миронова и Аня Чамдар. Мы все — «Стальные Птицы». — она повернулась к нему: — мы не такие крутые как вы. Вы — четвертые в национальном рейтинге. Бронза чемпионата, вы — легенды. Нам до такого расти и расти… мы только из области вышли в этом году. Это наш первый сезон в лиге… и пока мы идем без проигрышей. «Автомобилист», «Текстильщик», следующий матч с Новосибирским «Трудом»… а впереди «Радиотехник» и «ТТК».

— … понятно. — говорит Андрей. На самом деле ему непонятно. Он не в курсе за расклады в женском волейболе, особенно — в первой лиге, даже не в высшей. Но он чувствует, что это все — важно для нее. Почему-то ему неохота показывать этой девушке с упрямым взглядом что он не знает. Если бы это была мужская команда… ему, наверное, было бы все равно. Он бы просто махнул рукой, какое ему и его команде дело до неудачников из первой лиги? Но сказать это ей в лицо он не мог.

— … сильные команды. — говорит он: — особенно «Радиотехник».

— Вот именно! Сильные! Девушки из Прибалтики! Высокие блондинки! Настоящие белокурые бестии! Их называют «роботами» и «андроидами»! «Радиотехник» — это круто! — подпрыгивает рядом «восьмерка» или Лиля Бергштейн.

— Интересно то, что ты тоже белокурая, но маленькая. Не выйдет из тебя арийской бестии. — меланхолично замечает высокая «девятка» с длинными черными косичками и восточными чертами лица. Ее Мария представила как Салчакову Айгулю.

— Может она еще не выросла. Может она — личинка белокурой бестии? Пока только волосы вылезли? — предполагает либеро, шестой номер. Алена Маслова.

— А вблизи ты еще больше… — девушка с цифрой «восемь» подошла ближе, разглядывая Балашова в упор, задрав голову: — как будто башня! Тебе там наверху кислорода хватает? Голова не кружится от высоты? О! Так ты, наверное, можешь подглядывать в кабинках для переодевания на пляже? И что, тебя ни разу за этим не ловили? Подглядывать нехорошо! Как ты прячешься потом от милиции, ты же такой большой! Или ты просто ветки в кулаках сжимаешь и все думают, что ты дерево? Дуб? У нас в Колокамске дубов нет, только сосны…

— Ээ… — гигант Балашов оглянулся по сторонам, словно в поиске помощи от команды. А мелкая «восьмерка» тем временем — обошла его со всех сторон, со стороны это выглядело смешно, маленькая и непоседливая девушка теснила гиганта словно мангуст льва.

— Лилька! Хватит нас позорить! — одергивает свою доигровщицу капитан команды.

— … куда уж дальше. — меланхолично замечает Айлгуля Салчакова: — капитан, ты им скажи, что мы думаем, а то она же их в покое не оставит. Может все-таки Маслова права и ее к ветеринару надо сводить?

— Да. Лилька — к ноге! Фу!

— Я что, собака вам что ли⁈ Ай! Дуська! И ты, Брут! Брутильда, вот! Ты же не можешь быть Брутом, ты — девушка… хотя я порой сомневаюсь. Вот была бы я как Женька Балашов — я бы за тобой в душевой кабинке подглядела! Хотя… как сверху увидеть? Женька! Пошли за Дуськой подглядывать? Ай! И ты, Брутильда!

— Так вот что значит «беспорядки были подавлены», — говорит Айгуля Салчакова: — это когда Дуська тебя вот так скручивает… эта Бергштейн как будто гуттаперчевая. Кажется ее и правда можно узлом завязать.

— «Беспорядки были подавлены» — это когда в мешок сунули и сверху сели. — добавляет Алена Маслова: — у кого мешок есть?

— В этой команде царил бардак, колу и рома запей натощак, где-то в кустах не дремлет враг, молча сжимая свой кулак. Наш комсомольский печатая шаг мы не боимся будущих драк, пусть Дядя Сэм точит тесак, наш идеал не раб а Спартак! Как много рифм к слову «бардак»… — бормочет та, кого парни из команды прозвали «Училкой», девушка с длинными волосами, уложенными в конский хвост на затылке. Кажется ее зовут Юля Синицына.

— В общем я чего сказать хотела… — девушка-капитан поворачивается к Андрею: — весь этот вот бардак у меня за плечами — наша команда. И мы хотим стать лучше. Выиграть этот сезон в первой лиге, так девчата?

— Да!

— В точку.

— У нас нет шансов.

— Эй! Мы хотя бы попробуем!

— Мы выиграем. Точка.

— Ну вот. А вы — нас саботируете. Так что у меня просьба. Нет… — девушка снова обернулась к своей команде: — от нас всех. Пожалуйста, прекратите сдерживаться!

— Маша… — он посмотрел на нее. Упрямый, серьезный взгляд, темные волосы, бисеринки капелек пота на лбу, мокрая прядь прилипла к виску. Она была высокой — для девушки, но все равно он смотрел на нее сверху вниз. Девушки из колокамской команды были удивительны, они умели играть всей командой, выдавать поразительные комбинации, реагировать и выстраивать тактики прямо на поле. Некоторые команды и в высшей лиге не смогли бы реагировать так стремительно и так гибко выстраивать игру прямо по ходу матча. А их быстрая атака «молнией», дуэт «четверка» — «восьмерка»… одна эта пара уже могла играть на уровне национального чемпионата. Да, многие комбинации были сырыми, было видно, что команда не сыграна, что некоторые приемы они пробовали прямо на площадке, что их либеро едва справляется со своей ролью, что плоские подачи по дуге этой «училки» слишком часто уходили в аут… но свое место в первой лиге, а возможно и в высшей — они точно заслужили. Тем не менее…

— Маша, послушай. — говорит он серьезно: — если мы будем играть серьезно, то… возможно никакой тренировки уже не будет. Разница в… — он сглотнул. Обвел девушек взглядом. Ну как им объяснить, что они все это время сдерживались? Нет, в комбинации они играли серьезно, по крайней мере с начала, но никогда не позволяли себе бить в полную силу. Разница в уровне слишком большая. Если по части комбинаций «Птицы» еще могли составить им конкуренцию, то если они станут бить так как в рейтинговых матчах чемпионата — девчонки могут сломаться.

— Разница в силе? Мы знаем. И… никто не будет вас винить, если кто-то пострадает. — говорит Маша в ответ: — но нам нужен этот матч! Нужны ваши удары в полную силу! Нам нужно испытать на себе что значит противостоять бронзовому призеру! Даже если вы победите нас… нет, особенно если вы победите нас… нам это нужно! — она поднимает свой взгляд, и он невольно — отступает на шаг назад, пораженный тем, что увидел в них.

— Ну… если вам это нужно… — бормочет он.

— Девчонки, а как же… ну стоять на холме и майки задирать? — осторожно спрашивает откуда-то сбоку Костя Зуев.

— Бразильская система. — пожимает плечами Алена Маслова: — я вот замуж хочу выйти! Значит буду играть в полную силу! А давайте и с вами забьемся? Если вы выиграете, то…

— Не слушайте ее! — Валя Федосеева зажимает Алене рот и утаскивает куда-то назад.

— Пожалуй… это было своевременно. — кивает Маша: — спасибо, Валя. Так что, «медведи», дадите нам испробовать силушки богатырской?

— Только потом не жалуйтесь. — предупреждает он.

— Не будем. — кивает Маша. Из рядов ее команды вперед выходит высокая девушка с мрачным выражением на лице и шрамом через щеку, та самая «четверка» что вместе с «восьмеркой» доставила столько проблем.

— И пусть Князев играет. — добавляет она и упирается взглядом в Сергея Князева, стоящего тут же.

— Князь? — Андрей поворачивается к своему связующему, которого между собой иногда в шутку называют «Гроссмейстер». Тот встречается взглядом с этой мрачноватой девушкой и некоторое время они молча смотрят друг другу прямо в глаза. Потом Князев — кивает. Девушка так же молча — отступает назад.

— Что там между ними происходит? — задается вопросом Костя Зуев: — телепатия что ли?

— Дуля умеет взглядом говорить! — отвечает «восьмерка»: — она сказала «наконец-то я встретила достойного соперника! Я уничтожу тебя, Князев! Тебя, твою команду, твою семью и даже твою собаку закопаю!» У него есть собака? А то придется соседскую закапывать… ага! А вот и не попала! — девушка легко уворачивается от руки «четверки» и отскакивает в сторону.

— А… это… Лиля? Может мы могли бы… ну сходить в кино после матча? Ну не сразу, конечно, там надо же отдохнуть… вечером, а? Или… — мнется на месте Костя Зуев.