— Повелитель подарил мне украшение, — решила признаться Оля.

Хасеки хмыкнула.

— Значит… навиляла. Этими своими… бёдрами.

— Как вы и просили, госпожа, — Оля не решалась взглянуть в лицо разгневанной женщине.

Ведь та могла интерпретировать это как дерзость и неуважение.

Всю следующую неделю главные женщины гарема готовились к свадьбе таинственной счастливицы, которой достался хоть и старый, но очень богатый и влиятельный муж. Даже Хюррем участвовала в процессе. Тогда Олю старательно прятали и не позволяли выходить из комнаты служанок. Какая несправедливость! Ведь именно она — Оля-Алие, одна из фавориток — должна была жить как принцесса, в отдельной комнате и иметь прислугу. Но оставалось только вздыхать от тоски, глядя в окошко на цветущий сад. Где-то там, в его спасительной тени, султанши примеряли новые наряды. Там же был и ОН — Али, её ниточка, связующая с прошлой жизнью.

Наконец процессия женщин Топкапы показалась на тропинке. Оля с трепетом приметила среди них и Айше-хатун, сестру торговца тканями. Как же быстро забилось сердце, когда их взгляды встретились, и швея махнула рукой.

Минуты потянулись бесконечно. Оля чуть не сошла с ума от ожидания, прежде чем двери покоев валиде распахнулись, и вся процессия вошла внутрь. Женщины бурно обсуждали предстоящее торжество. После ритуальной части планировался шикарный пир, но… уже без невесты. Ведь она должна будет навсегда покинуть Топкапы.

— Алие, — в комнатку для служанок юркнула Айше-хатун, — у меня есть для тебя кое-что.

Женщина протянула лёгкий шёлковый платок.

— Какая красота! Когда-то я мечтала о таком, — призналась Оля.

— Я сказала этим грымзам, — женщина кивнула в сторону комнаты валиде, — что это от меня за заказ. Но на самом деле, — Айше перешла на шёпот, — это свадебный подарок от Али.

— От Али? Свадебный? Но…

— Наша тётушка водит дружбу с Хюррем. Поэтому нам известно, чья свадьба пройдёт во дворце через пару недель.

— Так и знала, — расстроилась Оля. — Что же делать?

— Так ты не хочешь? — женщина засияла радостью.

— Конечно, нет. Я… не знаю. Не так я себе это всё представляла. Почему я не могу выйти замуж за… Али?

— К сожалению, сейчас это невозможно. Но брат сказал, что как только ты станешь свободной… ни для кого не секрет, сколько лет Байрам-бею…

— Он пережил двух жён, — вздохнула Оля. — Я слышала от валиде.

— Айше! — позвал властный голос.

— Спрячь это, — шепнула швея, вкладывая в ладонь Оли записку. — Если они узнают…

Женщина провела ребром ладони по шее и выбежала прочь.

Оля сунула записку за пояс, а платок повязала на шею и ощутила лёгкий лавандовый аромат. Прикрыв глаза, она вспомнила торговца тканями, его полный огня взгляд, каждый жест, каждое движение и голос. Тут же картинка в голове сменилась. Жёлтая шестёрка и ящик то ли абрикосов, то ли персиков. И тот же голос: “Эй, красавица, куда спешим? Садись, подвэзу”. Олю обычно передёргивало от подобных мыслей, но… не в этот раз. К собственному удивлению, она с тёплой грустью вспомнила сочинского соседа. Как знать, согласись Оля в тот день на его предложение, может, и не попала бы в Османскую империю времён Сулеймана Великолепного. Но сейчас она здесь, и нужно что-то решать. До свадьбы оставалось не более двух недель, судя по разговорам султанш. А это значило, что скорее надо возвращаться в свой мир. Но как? Как найти то самое спасение у ног султана?

— Госпожа, могу ли я проводить Айше-хатун до калитки в знак благодарности за столь приятный подарок? — Оля склонилась перед валиде максимально покорно.

— Иди, — устало отмахнулась та. — А на обратном пути срежь для меня букет белых роз.

— Да, госпожа, — Оля присела ещё ниже.

Выйдя вместе с гостьей из покоев валиде, девушка свободно выдохнула.

— Тебе тоже показалось, что госпожа не в духе? — спросила Айше.

— Переживает, чтобы всё прошло гладко, но неужели она до сих пор не знает, кто невеста?

— Конечно, нет. Никто не знает, кроме госпожи Хюррем, — Айше подмигнула, а когда они зашли за угол, шепнула. — Разве мы не должны взять кого-то из евнухов?

— Должны. Но… ты видишь здесь хотя бы одного?

Швея хихикнула.

— И хорошо. Я всегда мечтала рассмотреть дворец, а они… вечно путаются под ногами.

Оле вдруг пришла в голову интересная мысль.

— Помоги мне, — попросила она Айше.

— Зачем тебе факел?

— Устрою небольшую экскурсию.

— Неужели? — восторженно прошептала женщина.

— Просто следуй за мной. И пожалуйста, тихо.

Девушки свернули в коридор, затем на лестницу и вскоре оказались в подземной части дворца.

— Бр-р, как тут холодно, — поёжилась гостья. — И жутко.

— Поверь, это ещё не все сюрпризы подземелья Топкапы.

Вот и темницы с железными решетчатыми дверями. Оля с лёгкостью узнала ту, в которой её уже запирали. Замок был открыт. От прикосновения тонкой девичьей руки дверь заскрипела, приглашая внутрь.

— Хатун, ты здесь? — негромко спросила в темноту Оля.

— Ты пришла не одна, чужестранка, — голос зазвучал будто в голове.

— Меня хотят выдать замуж за какого-то бея. Говорят, он старый и… впрочем, это не важно. Важно то, что меня вышлют из дворца и… я не знаю, что мне делать. Что с моей миссией? Что с моим спасением у ног султана? Повелитель подарил мне драгоценный кулон, — Оля взялась за украшение и оттянула цепочку, показывая его в темноту.

Айше с факелом стояла позади.

— Ты с кем разговариваешь? — спросила швея.

— Здесь женщина, пленница, — объяснила Оля и крикнула в темноту: — Дверь открыта. Ты можешь выйти!

Ответа не последовало. Тогда Айше с факелом медленно стала продвигаться вглубь.

— Останови её, — голос пленницы прохрипел у самого уха.

— Айше, вернись! Туда нельзя! — Оля кинулась следом и схватила женщину за руку.

— Не бойся, здесь никого нет, — улыбнулась та, и Оля отпрянула, увидев на её лице звериный оскал.

Любопытство взяло верх над страхом. К тому же Айше не собиралась отступать.

— Эй, кто здесь? Отзовись! — вытянув руку с факелом вперёд, проговорила гостья.

А в голове настойчиво звучало: “Уходите. Останови её”.

— Айше, пожалуйста, — умоляюще протянула Оля. — Уйдём скорее. Нас могут…

— Тише, — шепнула швея. — Я что-то слышу.

Оля выдохнула. Наконец-то можно не чувствовать себя сумасшедшей, раз голос из темноты слышит кто-то ещё. Айше медленно, но верно тянула за собой, и вот наконец стало возможным различить каменную кладку дальней стены. А в углу… Оля даже закрыла ладонями рот, чтобы не закричать.

— Аллах, что это? — только и промолвила Айше.

Определённо, она тоже увидела истлевшее тело, прикованное цепями к стене в углу. Рядом миска с землёй. Что бы это значило?

— Зачем ты привела меня сюда? — Айше попятились, и тьма вновь спрятала под своим покровом прикованную пленницу в наряде, расшитом драгоценными камнями.

— Я хотела посоветоваться, — пикнула Оля.

— С ней? — кивнула в угол Айше.

— Угу.

— Да уж. При жизни она славилась своими предсказаниями. Вся империя гудела в своё время. Она предсказала даже точную дату смерти султана Селима. Предугадала появление в гареме Хюррем и рождение всех шехзаде вместе с их именами, но… это её уже не спасло, — тихонько говорила Айше, продолжая пятиться к выходу. — Дело в том, что незадолго до этого она наворожила смерть сына Сулеймана Мехмеда.

— Сын Гюльфем-хатун? — не удержалась от вопроса Оля.

— Да, вижу, ты тоже в курсе. Но как она могла это знать? Всё, что говорила, сбывалось. Всё! Даже то, чего не должно было случиться. Представляешь, наговорила, что рабыня станет величайшей женой повелителя.

— Ничего смешного, такое… да, действительно, смешно, — очнулась Оля, опасаясь разделить судьбу несчастной пророчицы.

— Смешно, да не совсем. Потому моя семья и не принимает ни одну из сторон. Мы не отказываемся от дружбы с Хюррем. И тебе советую сблизиться с ней, а не с Махидевран. Чувствую я, что права была бедная Софие.