Оборотень так и смотрел на брата, а тот отвернулся.

— Если бы Станислав был жив, он сделал бы то же самое, — сказал Рир.

— Да… — Димка мрачно усмехнулся не оборачиваясь, — если бы…

Склоны гор под брюхом дракона спускались всё ниже к земле. Начали появляться кусты и деревца, тонкие речки в каменистых берегах. Впереди огромным зелёным покрывалом лежал лес, и у самой его кромки несколько человек, одетых в тёмно-зелёную одежду под цвет листвы, вышли из тени деревьев.

— Снижайся, — обратился Симаргл к дракону, — это за нами.

Серебряная рептилия опустилась перед встречающими, и люди, конечно удивились — высматривали ведь крылатых псов, а не алавийский патруль.

— Вы опоздали. Мы уже начали волноваться, — произнёс один из мужчин вместо приветствия, когда псы и оборотни спрыгнули со спины дракона. — Я Матей, командир следопытов Вограда. Князь приказал встретить вас и спрятать до прихода ворлаков.

— А где он сам? — полюбопытствовал Симаргл.

— Даже не знаю, — покачал головой Матей. — Тут всё задумано не нами. Мне приказано обеспечить вам отдых и укрытие, а князь, наверное, проверяет, нет ли незваных гостей. Особенно гандарвов.

Новые проводники торопили, так что Симаргл поблагодарил дракона за помощь, и все вошли в лес. Небо исчезло под плотным покрывалом листвы, и лишь кое-где над головой угадывались его голубые кусочки.

Матей окинул взглядом раненых.

— Где это вас так? — спросил он Симаргла.

— В Спальне Туманов, — ответил тот.

— Да ну, вас заметили?

Пёс улыбнулся.

— И вы выбрались? — поразился Матей.

— Как видишь.

— Легко отделались!

— И не говори, — согласился Симаргл.

Они вышли на поляну. Сразу было понятно, что сверху этого места не видно. Здесь стояло всего лишь несколько деревьев — низких, с толстыми стволами и невероятно раскидистыми кронами. Между деревьями расстояние было большое, а вот между кронами не оставалось вообще. Это место надёжно защищал плотный навес листвы.

Часть картинки вдруг поднялась — несколько человек встали и зашагали навстречу прибывшим. Зелёная одежда была невероятной маскировкой. Людей стало видно, только когда они скинули капюшоны и оказались девушками с оленьими рожками. Никита сразу вспомнил Фаровля. У них было много общего в чертах лица, но, конечно, красота женщин-целительниц была более утончённой.

Девушки немедленно занялись ранеными. Сначала раздали всем бутылки с янтарного цвета жидкостью — настоем от ядов, потом приступили к перевязке.

— Стань человеком, — попросила Рира целительница, — так легче промыть раны.

Но оборотень несогласно покачал головой:

— Не могу.

— А это что такое? — одна из девушек вытащила из раны Партана иголку. — Чем это вы его зашили?..

Но тут она поняла и засмеялась.

— Ясно, — целительница Рира сняла свой плащ, — давай, я тебя закрою.

Рир обратился, и девушка обернула плащ вокруг его голых бёдер, а Велехов вздрогнул, увидев оборотня без шерсти. Кожа и мышцы были искромсаны. Всё это время Рир терпел молча и сохранял сознание, но, превратившись в человека, рухнул целительнице в объятия. Несмотря на хрупкую фигуру, она удержала его и уложила на траву.

— Это не смертельные раны, — сказал Симаргл, заметив выражение лица Никиты.

— Для оборотня не смертельные, — подтвердила целительница, — яд растворится нашим настоем, а после этого нужно только время, пока его тело восстановится.

Димку уложили неподалёку, он не шевелился и тяжело дышал. Зато Лютик пришёл уже весь обмотанный полосками марлевой ткани, допивая жёлтый сок противоядия.

Никите тоже дали бутылку, и он молча осушил её, чтобы не нарываться на лишние расспросы. Ведь девушек очень удивило, что одному из оборотней яд обитателей тумана не причинил никакого вреда.

Вклехов понял, что ни следопытов, ни целительниц не предупредили о том, кого они встречают. Иначе, наверное, расспросов было бы много. А белая голова его не выдала, потому что после схватки с драконами на коже и волосах осела гарь, и они стали тёмно-серыми. Что и было очень кстати.

После перевязки все раненые быстро заснули. Целительницы специально усыпили их зельем, чтобы быстрее восстановить силы. И Никита задремал рядом с Димкой и Риром.

На охране остались следопыты Матея и Симаргл. Время на отдых у оборотней было, а путь крылатых псов заканчивался здесь. Иван просил их проводить хранителя только до этого места. Дальше охрану возьмут на себя ворлаки и князь Владимир.

Симаргл обошёл спящих, слушая, как выравнивается их дыхание, и остановился возле Никиты. Хранитель крепко спал.

— Ночью придётся нам с тобой попрощаться, — тихо произнёс пёс.

Река Дакайта несла свои кристальные воды с высоких гор в долину Ведявы. В низине она была спокойной и широкой, а у своего истока — бурной и со множеством водопадов. Именно здесь облака брызг искрили защитным заклятием берегинь, и поэтому даже ночью от воды исходил мерцающий свет.

Высокие каменные берега внезапно дрогнули от глухого подземного удара, и на минуту всё стихло. Чуть дальше в лесу раздался треск, и несколько деревьев вдруг провалились вниз. Земля осыпалась в огромную яму, в которой блеснула серая спина огромного змея. Полоз ударил ещё раз и, наконец, вырвался наружу. Фонтаны чёрной жижи последовали за ним, растекаясь в разные стороны. Из леса на берег сверкающей реки вышли отряды сурвак.

— Бери пониже! — раздались голоса. — Ко дну!

Полоз вернулся в яму, его мощное тело сжалось и, как бойцовская груша на пружине, ударило в землю. Он пробился ещё на пару метров, но потом снова вышел на поверхность.

Старший сурвак выругался. У берега каменная порода была крепкой, как и на самом дне. Мера предосторожности, когда-то удачно предпринятая берегинями против земляных драконов. Здесь придётся повозиться.

— Руби деревья! — крикнул сурвак. — Сделаем русло по верху!

Чёрная жижа поднималось из ямы всё больше.

— Она и так дотечёт, — недовольно зарычали остальные.

Но старший сурвак только раздал подзатыльники. У них была вполне конкретная задача, и она состояла не в том, чтобы сделать здесь болото.

— За работу!

Никита открыл глаза. Поляну охватила ночь. Фонари преобразили её в зелёный зал, образовав арки света под кронами деревьев. Рядом сидел Рир. Бледный, обмотанный повязками, но всё равно с улыбкой на лице.

— Уже полночь, Симаргл собирается, — сказал он. — Пошли.

— Как Димка? — спросил Велехов, поднимаясь.

— На ногах, — ответил Рир.

— А Лютик?

— А этому вообще ничего не будет.

На поляне у костра оборотни и псы стояли все вместе. Даже Партан. В перевязке, но вполне бодрый.

— Лететь могу, — усмехнулся он на вопросительный взгляд хранителя. — А до Алавии уже недалеко.

— Вы в Алавию? — удивился Никита.

Этого он не ждал, думал, что псы отправятся домой, но Симаргл подтвердил:

— По всем княжествам послан клич. Битва надвигается неотвратимо. Так что и мы в стороне не останемся. Если даст судьба, то свидимся с тобой на поле боя, а если уж святые духи помогут, то может, и после него. Ну, нам пора.

Симаргл расправил крылья:

— Мы не могли улететь, не попрощавшись.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Велехов, — вы свою работу выполнили отлично.

Симаргл кивнул:

— Рад слышать, хранитель. Надеюсь, и ты выполнишь свою.

Никита не нашёл что ответить, а псы, расправив крылья, не задерживаясь взмыли в ночь.

— И теперь нам идти своими ногами, — вздохнул Рир.

Димка сел перед костром и подбросил в огонь сухих веток.

— Надо поспать, — сказал он. — Особенно тебе.

— Мне? — Рир вопросительно вскинул бровь.

— Кровь сочится, — тихо произнёс Димка.

— А…

Рир затянул промокшую повязку потуже и сел рядом с братом:

— Ну, как скажешь.

Никита и Лютик расположились напротив. От костра шло тепло, и в полном безветрии огненные язычки ровно тянулись вверх.