— Он поймёт. Дай ему время.

Рилевский согласно кивнул и продолжил для племянника:

— Я послал соколов совету Алавии и верховной берегине Браде, попросил её помощи. Именно она отправит за тобой ворлаков. Командовать ими будет Вурда — глава клана и мой хороший друг. Если я всё правильно рассчитал, вы встретитесь с ними в землях князя Владимира на вторые сутки пути.

— Ты хочешь так быстро добраться до Вограда? — удивился Рир. — Самолёт заказал? Или дракона?

Князь усмехнулся:

— Ну, почти. Симаргл ответит на зов хранителя.

— Да он не поверит!

— А куда денется? — пожал плечами Иван и добавил: — Безопаснее всего доставить Никиту по воздуху к Вограду, а от него с ворлаками в Алавию. Ждать три дня и дать время наставить нам засад на всех дорогах нельзя. Что скажешь?

Последнее относилось уже к Велехову.

Софья внезапно встала из-за стола и зашагала из зала. Никита, проводив её глазами, спросил:

— Кто такой Симаргл?

— Глава клана летающих псов, — ответил Иван.

— Летающих псов? — поразился Велехов.

Оборотни тихо засмеялись:

— Но на собак-то они не очень похожи…

— Они многие годы были опорой хранителям, — объяснил Иван. — Сейчас, конечно, эта функция во многом забыта, но я всё же надеюсь на них.

— Когда соколы прилетят с нашим посланием, их пошлют обратно с ответом: «Князь Рилевы, если ты с ума сходишь, то мы при чём?» — засмеялся Лютик.

На лице Ивана появилась улыбка. Он ведь тоже об этом подумал. Но сокола уже отправил.

— Надеюсь, я всё правильно понял, — в сомнениях произнёс Никита. — Спокойное ожидание в стенах твоего города отменяется. И ты со мной не идёшь.

Рилевский утвердительно кивнул:

— Не могу при всём желании. Чтобы довести тебя живым, придётся несколько раз сменить охранные группы и маршруты. Люди слишком заметны, и там, где оборотни пройдут, человек не сможет. Я тебя догоню уже в Алавии.

— А кто выйдет с хранителем отсюда? — спросил Лютик.

Князь усмехнулся:

— Ты точно пойдёшь.

Оборотни начали улыбаться, даже серьёзная Дарья.

— Он удачу приносит, — сказала она Никите. — Тринадцатый волчонок в семье, ещё ни разу не подвёл. На любое дело с собой берёшь, и точно всё сладится.

— Тринадцатый… — Велехов покачал головой.

Повисло молчание.

— У меня нет права просить тебя, — подытожил Иван, — но я прошу. Нужно пройти этот путь и доставить талисман в Алавию. Мы здесь не сможем извлечь его без вреда тебе. Моя Софья — волшебница от рождения и многое умеет, но даже ей это не под силу. И вылечить твою кровь мы тоже не сможем. Только старшие берегини совета владеют магией талисманов.

— Всё решено, — ответил Никита. — Когда отбываем?

Рилевский удивлённо вскинул бровь, потому что таких слов он ждал меньше всего, а потом кивнул:

— Симаргл скоро будет. Как только явится, сразу отправитесь.

В зал вернулась Софья с толстыми книгами в руках и положила их на стол. На богатой обложке первой книги золотом было вышито название: «Навийцы».

Иван с укором взглянул на жену:

— Софь… решила парня до конца напугать?

Софья только махнула рукой в ответ и подняла тяжёлую обложку. С приоткрывшейся страницы заструился свет, а в воздухе над столом засияло объёмное изображение какого-то существа.

— Погоди-ка… — княгиня взяла перо и написала что-то прямо на странице.

И следом за этим небольшое изображение увеличилось до двух с половиной метров в высоту.

— Это реальный рост, — пояснила Софья.

Никита слегка опешил:

— Да ну?

Было похоже, что мощная фигура облачена в доспехи, но это оказалось не железом. Прямо из-под бордово-коричневой кожи наружу выходили ребра, кости таза, рук и ног.

— Это аркаиды, тридцать процентов от предполагаемой численности войска Навии, у них два скелета, — познакомила княгиня, — один под кожей, другой над ней, что-либо им сломать чрезвычайно сложно.

Голова аркаида была похожа на человеческую, только лицевые кости выходили наружу на лбу и скулах, а рот больше напоминал клыкастую пасть. Красные глаза и мощные рога завершали портрет.

Велехов наконец выдавил:

— Ну… ладно. Давай остальных.

Софья продолжила листать. Она торопилась, так что быстро рассказывала, кто есть кто.

Сурваки запомнились Никите сразу. Он уже видел их во сне, подаренном княгиней. Эти существа явно не страдали от недостатка физической силы. Сгорбленное тело покрывали наросты мышц, на длинных когтях блестели металлические насадки, и лицо с глубоко посаженными глазами было в кожных складках, как у шарпея.

Отдельно остановились на гандарвах. Довольно малочисленных существах. В основном из-за того, что их перебили в успешных военных действиях на территории Рилевы. Особенность была в том, что их способность телепортироваться зависела от общей родовой памяти. Туда, где побывал хоть один из них, мог перейти и любой другой, но там, где никто не был, оказаться они не могли.

— Рилева им доступна, — объяснял Иван. — Воград тоже. Но горы Турала — нет. Там вы их не встретите. Именно потому путь через них по воздуху более безопасен. Пролетите над головами всех гандарвов, что рыщут сейчас по нашим лесам.

Софья открыла последнюю книгу. Осталось показать карты.

— Ваш путь, — говорила она: — от Рилевы через горы Турала до земель Вограда.

Картинка над столом вспыхивала точками и очертаниями. Линии гор Турала прорисовались синим зигзагом, за ними почти идеальной окружностью Воградское княжество и его главный город Воград на реке Палалива, которая синей лентой входила в скопление множества ярких огней на карте.

— Алавия, — улыбнулась Софья, — вот сюда тебе и нужно.

— Далеко, — задумался Велехов.

Княгиня внезапно захлопнула книгу и встала.

— Ну, вы ждите, а мы с Никитой пройдёмся, — наигранно весело сказала она и поманила его за собой: — Пойдём.

В темноте леса перед Рилевой сгустился туман. Остановился, клубясь и прячась за стволами деревьев. Невдалеке сверкали огни города, освещая ночь. Туман разбился на несколько потоков и, стелясь по земле, потёк в высокую траву. Раздвигая колоски, белая пелена незаметно вошла на возделанные земли и устремилась к стенам города. В нескольких сотнях метров от них было светло — и от множества сторожевых огней, и от неба, сегодня такого звёздного.

Кто-то шёл через пшеницу, и туман, остановившись, притаился у корней. Мальчик лет пяти, пробираясь через колосья, его и не заметил. Да и шёл весь в радостных мыслях. Ведь пройти мимо городской стражи ничего не стоило. Они только и смотрят в поле да вокруг, а под ноги никто не заглянул. Правда, пришлось потрудиться с корзиной, но это ничего.

Ребёнок старательно тащил её за собой к полянке, где обычно росло множество полевых цветов. Облако тумана, крадучись, поплыло следом и вдруг прилегло к земле, исчезая. Мальчик обернулся, но увидел только, как высокие колосья качаются на ветру. Показалось? Наверняка.

Мальчик добрался до полянки и обрадовался: она прямо расцвела, будто днём раскрылись цветочные бутоны, и лепестки играли яркими манящими красками. Ребёнок набрал полную корзинку, так много, что цветы выпирали через все края, и, взявшись за неё обеими руками, потащил за собой. Он уже вышел на протоптанную тропинку, когда рядом внезапно мелькнула тень и из стены колосьев выпрыгнула большая собака.

Мальчик остановился, увидев стража. Но мелькнувший в глазах ребёнка страх быстро исчез, и он заулыбался. Лаюна тоже улыбнулся и махнул хвостом:

— Ты чего, малыш, бродишь один в такой час?

Мальчик приподнял повыше свою огромную корзину:

— Я за цветами ходил.

Из поля пшеницы выпрыгнул ещё один лаюна, почти весь чёрный, только с белыми лапами и пятном на морде, и тоже весело улыбнулся:

— Для мамы собирал или для подружки?

Мальчик ответил серьёзно:

— Для моей подружки. У неё завтра праздник.

При этом оглядел лаюну с головы до лап и спросил: