Возле границы было очень мало еды и много менял. Курс 1000 tz. sh. на 3 замбийские квача. За один доллар предлагают 3000 квача. Но я хотел потратить оставшиеся деньги на еду, ибо в Замбии обещали подорожание продуктов, а значит и ужинов. В ранний час было открыто всего одно кафе, где произошел такой случай: Я знал английский намного хуже продавца.

Захотел жареной курицы. Заказываю «chicken», показывая в меню, написанное мелом на черной доске. Удобно тем, что продавец не будет пытаться завысить цену — покупаешь по тем же расценкам, что и местные жители. Но этот продавец стал у меня еще что-то просить про курицу, какое-то уточнение. Я недоуменно слушаю, но не понимаю.

Видя мое замешательство, мужчина-повар вывел в центр кафе молодую женщину- официантку и показывает ножом сначала на ее грудь, а потом на бедра. «Какую часть курицы ты хочешь? Отсюда, или отсюда?» — Расшифровал я наконец его вопрос! Все остальные посетители в кафе весело смеются, а официантка даже не обиделась на мужчин, и вскоре принесла мне горячие «куриные бедра» и холодную «фанту».

Удивительное влияние оказывает граница на советского человека, впервые пересекающего ее. Я вспоминаю свою первую таможню, турецкую. Все для меня было знакомо только по рассказам товарищей, все пугало чуждостью и неизвестностью. Я нервно оглядывался назад, на просторы бывшего СССР, где люди еще говорили по-русски, на «родную» Грузию. Тогда даже грузинские таможенники видели мое волнение, пытались меня надуть и выманить как можно больше долларов.

И вот, сегодня вхожу в страну, где еще не бывал никто из моих товарищей. На этот раз чувствую себя настоящим «первооткрывателем» страны, «неведомой» Замбии. С какими же эмоциями в душе встречаю девятую в моей жизни границу?

… так, я русский путешественник. Еду в Лусаку, да, вот моя виза. Какая квитанция? Об уплате консульского сбора? Зачем? Ну, надо — значит надо. Вот она завалялась. Давайте поживее штамп мне въездной ставьте… где буду жить? Да в посольстве, где же еще … так и записываю «embassy of Russia», довольны?! Что, тебе еще и рюкзак открывать? Что тебя там интересует? Какой «медикал»?! Лекарства что ли? Вот, пожалуйста, смотри мою аптечку. Только все равно ничего не поймешь, на них все по-русски написано. Досмотр окончен? ОК. Счастливо!

25 минут на две таможни — неплохой результат.

Первая тысяча замбийских километров. — Первая ночь в Замбии.

— Первые знакомства в Лусаке. — Дальнейшая судьба восходителей на Килиманджаро.

— В храме у Сикхов.

11-00, 24-го ноября 2000-го года, я зашагал пешком по земле Замбии. Интересно, как здесь с автостопом?

Через два километра меня нагоняет «тойота»-пикап с брезентовым кузовом. Уже везет четырех англо-разговорчивых пассажиров. Можно по дороге? ОК. Залезаю в кузов.

Дорога замечательного качества, скорость больше ста — никто не обгоняет, нет и встречных машин. По сторонам — бесконечный континентальный лес из колючих деревьев с плоской кроной на одинаковой высоте. Иногда переезжаем по высокому мосту ручей в глубоко скалистой лощине. Национальных парков нет, а значит нет и следа зверей — больше смотреть нечего, пытаюсь спать на рюкзаке.

Первая замбийская деревня Isok в стороне от дороги, но мы заезжаем заправиться и отдохнуть. На центральной улице одноэтажные прямоугольные коробки каменных домов, покрашенных краской. Электричество, водопровод. Никаких «ю-юкал» — дети продолжают гонять мяч и не обращают не меня почти никакого внимания — хорошие признаки.

Куда же едет эта машина? Начинаю осторожно выяснять у пассажиров их пункт назначения, говорят, что высадят меня в деревне Kaprivi Mposhi — Вот эта да! Это в 1015-ти километрах от границы с Танзанией! Несомненно, это мой самый длинный подвоз на всем африканском континенте. Если бы дело было в Эфиопии, то путь занял бы дней пять (не считая поломок), а по такой дороге можно еще засветло успеть. Когда остановились долить масла в мотор, водитель объяснил, что он возвращается домой в город Ndola на севере страны, только поэтому он не сможет подвезти меня оставшиеся 140 километров до столицы.

Когда в маленькой деревушке угощали обедом из вкусно отваренного мяса и булок, я узнал причину такого моего сегодняшнего «везения»: в родном городе у водителя, год назад, тяжело заболела жена. Русский доктор в госпитале спас ее от смерти, и теперь вся семья очень благодарна ему (а так же всему СССР) за то, что мы присылали в Африку таких замечательных докторов. Надо будет навестить героического земляка и пообщаться, водитель утверждает, что этот доктор живет в Ндоле уже больше 20-ти лет.

В 21–45 распрощался с этой дальноездящей машиной. Мне подарили еще и бутылку воды и две пачки печенья.

Голова раскалывалась от долгой езды в кузове, даже аппетита совсем нет — нужно срочно отоспаться. «Ну, если здесь такие замечательные водители, то вписку я найду без проблем» — рассуждал я самоуверенно, надеясь на то, что и остальные замбийцы будут подобны водителю из Ндолы.

Огнями светится огромный, но одноэтажный HOTEL. Это даже не гостиница, а скорее большой «караван-сарай» с вместительной стоянкой, большим садом и несколькими спальными корпусами — дверь каждого номера выходит в сад, вместо коридоров — открытые веранды. Из ресторана доноситься громкая африканская музыка. Охранник, «сама любезность», проводил меня к стойке администратора. Я попросил разрешения поставить палатку в каком-нибудь дальнем углу территории, но сколько не рассказывал о методах и дальности своего путешествия, дешевле чем за 25 000 квача мне ночевать не разрешили. Я сообщил, что за восемь долларов можно снять комнату в более дешевой гостинице, и спать в комнате с накомарником, а не в палатке. Распрощался с «хотелем» и пошел по ночной деревне на юг.

Вскоре меня догнал «хелпер» — местный житель, вызвавшийся помочь в решении моих проблем. Но к себе домой не повел, а познакомил с двумя охранниками, охраняющих какой-то склад. Охранники открыли мне пустую комнату в одном из новых зданий. Я обрадовался и уже укладывался в палатку, когда охранники пришли снова. Без стыда и совести они стали просить у меня «хоть что-нибудь, хоть сколько-нибудь денег» в «благодарность» за ночлег. Но, поскольку, еще при хелпере, им было сказано, что денег на ночлег у меня нет, то идти на уступки я не собирался. Охранники не выгоняли меня, но и не давали спать — все стояли в дверях и просили то, что в Египте называют словом «бакшиш». В конце концов, я разозлился, собрал палатку и ушел от придурковатых ночных вымогателей.

Через два километра, за деревней, нашел сухой овраг и поставил платку. После целого дня езды в кузове так хотелось спать, что заснул даже на камнях. К счастью, дождя в эту ночь не было.

Утром простоял на трассе целый час, и за это время прошло всего две машины, которые показали жестами, что скоро сворачивают. Наконец появилась третья машина, шикарная «Мазда» с кондиционером. Два богатых замбийца остановились сами, прежде, чем я успел поднять руку. «До Лусаки довезем, но по пути нам нужно заехать за сыном в Кабве. Согласен?»

Так я попал в второй по величине город Замбии. На улицах Kabwe довольно оживленное движение машин. Современная реклама, шикарные по африканским меркам магазины, рекламные щиты с освещением, подобно московским. Школа находилась на задворках магазинов. Но меня оставили в машине, и рассмотреть удалось только ворота с табличкой.

Заехали в кафе на трассе — вагончик-кухня и пластиковые столики под открытым небом.

Цены в меню меня неприятно удивили (хотя ведь и предупреждали!): хотдог — 3000, чипсы — 3000, чай — 2000 квача. Чай за полдоллара я не пил еще ни разу в жизни! Оставалось утешать себя тем, что, судя по ассортименту, это кафе явно рассчитано не на местную публику. У нас в России «на трассе» тоже вся еда дорога.