Вероятно, она подходила к своим жертвам, мило улыбалась, а затем убивала их прежде, чем они успевали понять, что происходит.

— Спасибо, мисс Сноу, — сказала Ли’Ес своим официальным голосом. У неё был акцент, который я не могла точно определить. Возможно, русский. — Дальше я справлюсь сама.

Миа вышла из комнаты.

Я направилась к одному из пустых столов, но Ли'Ес остановила меня.

— Пока нет, Феникс. Во-первых, у меня есть для тебя тест.

Нахмурившись, я замерла на месте. Похоже, новый учитель уже придирался ко мне.

Киттен попытался обойти меня.

— Нет. Ты тоже, Киттен. Повернись лицом к стене, — безжалостно сказала Ли'Ес.

Прошло несколько секунд, и мы ничего не предпринимали. Просто оставались на месте. Что за испытание она собиралась нам устроить, чтобы мы повернулись лицом к стене? Она планировала выпороть нас, чтобы посмотреть, сколько мы сможем терпеть? Ударить сзади? Или это было настоящим испытанием? Возможно, мы должны были знать, что повернуться к ней спиной — значит дать ей власть над нами.

Черт, это сбивало с толку. Я представила, как делаю неправильный выбор и меня выгоняют сегодня.

— Повернитесь. К стене, — резко скомандовала Ли'Ес. Очевидно, она не привыкла к неповиновению.

Меня охватили тревога и лёгкое негодование от того, что со мной снова обращаются как с ребёнком. Я сжала челюсть, наконец развернувшись. Сейчас было не время бунтовать. Киттен быстро последовала моему примеру.

— Хорошо, — сказала Ли’Ес. Она подошла к нам, её красные каблуки застучали по кафелю. — Вы расскажете мне всё, что помните о комнате и её обитателях. Каждую деталь. Феникс, ты первая. Расскажи мне о девочках.

Я вздохнула с облегчением. Значит, развернуться не было испытанием. Мне нужно было всего лишь… ах, черт. Помнила ли я хоть одну деталь о девушках? Я так нервничала, что даже не посмотрела на них.

— Я не помню.

— Ты должна что-то помнить. — я стояла к ней спиной, но чувствовала исходящее от нее осуждение. — Сосредоточься, — рявкнула она, как военный генерал. — Подумай.

Я закрыла глаза и отключила свой разум. Сосредоточившись, как она велела, я прокрутила свою запись в голове, стараясь вспомнить каждую деталь. Я не увидела… ничего.

— У тебя не будет столько времени в полевых условиях, — сказала Ли’Ес. — Если бы это была миссия, ты бы уже была мертва.

Несколько девушек усмехнулись. Мои щеки снова покраснели.

— Скажи мне, что ты видела, — приказала она.

«Думай. Ты должна что-то была запомнить».

— За партами сидят восемь девочек, и все они одеты в белое. Прямо как я. — как тебе такая констатация очевидного и попытка выиграть немного времени? — Две из них чернокожие. — «Да!» — подумала я с удовлетворением. Это было правдой, я знала, что это так.

Внезапно в моем сознании возник образ, детали, которые, как мне казалось, я упустила из виду, были так же ясны, как если бы я действительно смотрела на них.

— Одна из девушек — азиатка. У другой, той, что с белыми волосами, татуировка на лице. — я так гордилась собой, что хотела похлопать.

— Что за татуировка? — последовал равнодушный ответ.

Мои плечи напряглись, когда я сосредоточилась на девушке в своем воображении. Я мысленно убрала белые пряди волос, закрывающие ее щеку, открывая все больше и больше ее лица… татуировку…

— Она голубая. — и она была… нет. Неправильная. Что это было? — Края неровные, но… я не разглядела ее отчетливо, — призналась я.

— Разглядела. Подумай лучше. — Ли’Ес похлопала меня по спине, и это был удивительно сильный удар. Силы было больше, чем я могла бы предположить, что такая красавица способна проявить.

Мои кулаки сжались, и я зажмурилась так сильно, как только могла. Я снова представила себе ту беловолосую девушку. Ее парта была в третьем ряду. У нее были длинные прямые волосы и… о! В волосах у нее были голубые пряди. Пряди, совпадающие с цветом татуировки. Я рассказала все Ли'Ес.

— Верно, — сказала она, — но это не то, что я хотела знать.

Очевидно, эта женщина была мастером своего дела. «Сосредоточься! Татуировка. Синий. Заостренные концы. Точнее, три заостренных конца». Я широко раскрыла глаза, когда ответ обрушился на меня.

— Это трезубец, — уверенно сказала я.

— Хорошо. Медленно, но хорошо. — Ли'Ес снова похлопала меня по спине, и этот удар чуть не сбил меня с ног. Должно быть, она не осознавала своей силы. А может, знала, но ей было все равно. — Не забывай изучать комнату и ее обитателей каждый раз, когда попадаешь в новое место.

Ее одобрение согрело меня, и я поймала себя на том, что улыбаюсь.

— Киттен, — сказала она, — теперь твоя очередь. Расскажи мне о самой комнате.

Я повернулась, чтобы увидеть девушек, о которых только что говорила. Они были именно такими, какими я их себе представляла, хотя бросила на них всего несколько взглядов. Гордость переполняла меня. В прошлом я изучала окрестности, чтобы убедиться, что поблизости нет полицейских, и могла «парить». На этот раз у меня была веская причина.

Мои учителя часто говорили, что я убила так много клеток мозга, принимая Онадин, что никогда не буду сообразительной, никогда не буду считаться умной. Эти комментарии причиняли боль, на самом деле, все еще причиняют боль, когда я позволяю себе думать о них. Мне нравилось думать, что они рассказали мне все это, чтобы заставить меня бросить употреблять наркотики, а не потому, что считали меня глупой.

— Стены светло-коричневые, — начала Киттен.

Когда она больше ничего не сказала, Ли'Ес спросила:

— Это единственный цвет?

Последовала долгая пауза. Я скрестила пальцы за спиной. «Ты можешь это сделать, Киттен».

— Да? — сказала Киттен, хотя это слово прозвучало как вопрос.

— Ты уверена?

— Нет. Да. Да, я уверена.

— Хорошо. Но не позволяй чьему-либо вопросу сбить тебя с толку и не давай ответа, пока не будешь уверена. Итак, что еще ты помнишь? У тебя было достаточно времени, чтобы подумать об этом.

— Над центральной платформой есть голографический экран, а пол выложен серебристой плиткой.

— Ты можешь видеть пол, — сухо сказала Ли'Ес. — Это не считается. А как насчет столов? Стульев? Сколько их?

— Я не знаю, — ответила Киттен, и в ее голосе слышалась мука.

— Подумай.

— Я думаю! — прошипела она.

— Подумай, — сказала Ли'Ес все тем же тихим, четким голосом.

Еще одна пауза.

Киттен пожала плечами.

— Двадцать?

Ли'Ес сделала глубокий вдох.

— Неправильно. Повернись и посчитай. Если бы эти столы были Чужими, ты была бы мертва.

Казалось, если бы это был реальный мир, мы бы погибли от множества вещей.

Киттен обернулась, и ее щеки залились румянцем.

— Двадцать один. — она топнула ногой. — Я была близка!

— То, что ты была близка — не спасёт тебе жизнь. Наоборот, это отправит тебя в могилу преждевременно.

Плечи Киттен поникли.

— В следующий раз у меня получится лучше.

— Надеюсь, что так. Даже если бы ты сказала «двадцать один», ты бы просто гадала, а этого недостаточно. Я же просила тебя не гадать. Детали важны. Каждая деталь. Одна-единственная деталь может спасти твою жизнь или разрушить ее. Ты должна быть в курсе всего и всегда.

— Это невозможно, — сказала я. То, что она говорила, было невозможно. Невозможно, чтобы человек мог знать так много деталей так быстро.

— В какой-то момент ты скрестила пальцы. — она выгнула идеально очерченную бровь. — Я знаю, хотя смотрела не на тебя.

Я сжала губы и постаралась не выдавать своего удивления.

— Но ты удивлена, — сказала она, словно прочитав мои мысли. Может, и прочитала. Возможно ли это? Я сглотнула. Всё больше и больше я понимала, как мало знаю о мире и его обитателях. — Присаживайтесь, девочки. Уделите несколько минут, чтобы познакомиться с остальными.

— Но она же одна из Чужих, — сказала блондинка, указывая на Киттен. — Я не хочу с ней знакомиться.

Киттен зашипела.

Ли’Ес нахмурилась.