Дважды пробежав глазами по файлу, я подумал, что можно организовать слежку, но потом покачал головой, сам отказываясь от своих мыслей. Айболит прав: это уже не мое дело. Чуть помедлив, я все же нажал на кнопку «переслать» и выбрал нужный адрес электронной почты. Как только пришло оповещение, что файл доставлен, я набрал номер.

– Привет, Макс, – спустя несколько секунд зазвучал из динамика голос Захара.

– Привет, – поздоровался я с сослуживцем. – Тебе сейчас файл придет. В нем на фото одна мадам. Девушка хотела расслабиться и смогла где‑то раздобыть переделанную «Благодать». Сама вроде положительная, но вдруг через нее получится выйти на поставщика.

Захар немного помолчал, видимо, проверял почту.

– Принял, – произнес он. – Спасибо за наводку. Передам ребятам, пусть проверят.

– Пожалуйста, – отозвался я, размышляя, правильно ли поступил.

– Ты молодец, что сам не полез, – видимо, Захар смог уловить сомнения в моем голосе. – Компетентные люди во всем разберутся.

– Очень на это надеюсь.

– Ты как сам‑то?

– Помаленьку, – неопределенно отозвался я.

– Надо бы как‑нибудь пересечься, пивка попить, – предложил Захар. – Как в старые добрые, а?

Теперь с ответом помедлил уже я.

– Можно.

– Тогда давай созвонимся ближе к концу недели. Сейчас я в запаре, сам понимаешь, если новости читаешь.

– Читаю. – Невольно я вспомнил былые времена. Если бы не один инцидент, то сейчас я мог бы быть вместе с отрядом.

Но теперь у меня другая жизнь. Другая команда.

– Тогда на связи. – Сказал Захар.

– На связи. – Я отключился, отложив телефон.

Не успел гаджет покинуть мою ладонь, как вновь зазвонил. Я принял вызов и сразу же услышал из динамка возмущенный голос Флоры.

– Долго тебя ждать?

Я поглядел на часы и выругался сквозь зубы.

Проспал!

– Уже бегу, – заверил я Флору, надеясь, что опоздание будет моей самой значимой проблемой на этом дежурстве.

Флора сидела в машине с самым недовольным видом, на который только была способна. Она глядела на меня так, словно я устроил пожар в лесу, затем сел на пассажирское сидение с дымящимся говяжьим стейком в зубах, вытер губы хомячком и принялся рассказывать, что место женщины на кухне.

Разумеется, я так не думал, да и ничего подобного не делал. Разве что от стейка бы не отказался. Средней прожарки. Но не могла же Флора прочитать мои мысли или понять что‑то по выражению лица. Скорее всего, ей просто не нравился напарник на ближайшую смену.

Ну, хотя бы в чем‑то мы сходились.

– Она сегодня не в духе, – раздался у меня в голове голос Кота. – Так что осторожнее.

Тот лежал на заднем сидении и сочувственно смотрел на меня.

Я кивнул ему и улыбнулся.

– Привет. Извиняюсь за опоздание.

– А извиняться не надо, – Флора сдвинула брови, – надо становиться лучше.

– Завтра обязательно посажу дерево, – я пристегнул ремень, чувствуя, как начинаю закипать. Видимо, неравная система тоже пострадала от перенапряжения при использовании дара.

Или же у меня просто связанная со стрессом работа.

– Буратино, ты сам себе враг, – печально выдал Котов.

Руль автомобиля жалобно скрипнул под пухлыми пальцами Антонины. Медленно, словно в фильмах ужасов, она повернула голову и впилась в меня свирепым взглядом.

– Думаешь, это смешно?

– Какие шутки? – мой взгляд был не менее колким, чем у девушки. – Я вполне серьезно говорю. Утром заедем в магазин, куплю там лопату, саженец, выберу местечко поспокойнее и все сделаю. Буду поливать деревце и ждать, когда оно вырастет и окрепнет достаточно, чтобы я вздернул на нем самого себя, ведь только так получится искупить вину за опоздание на семь минут.

Котов заржал в моем сознании. Флора же засопела, раздувая ноздри, но потом чуть успокоилась и лишь покачала головой:

– Ты плохой человек, Максим.

– Можешь вступить в клуб тех, кто тоже так считает. Будете собираться по субботам и рассказывать друг другу о моих прегрешениях.

– Дружба с Димой на тебя плохо влияет.

– Дружба? – я вскинул бровь. – Да в клубе моих ненавистников он занимает должность почетного председателя.

Флора собиралась сказать что‑то еще, но замерла с открытым ртом и нахмурилась.

– Наушник, – подсказал мне голос Котова.

Я достал из кармана вкладыш и вставил его в ухо как раз в тот момент, когда Зимина отключилась. Флора же нажала на педаль газа, и машина покатилась по ночным улицам. Водила девушка неуверенно и пару раз заехала на бордюр, пытаясь объехать припаркованные во дворах автомобили, хотя места было достаточно и без подобных маневров.

– У меня хотя бы девять жизней, – сообщил мне Котов с заднего сидения.

Проигнорировав его мысли, я посмотрел на Флору.

– Все в порядке?

– В полном, – отозвалась она, смахивая со лба выступивший пот.

Мы выехали со двора на шоссе. Двигатель натужно гудел, но автомобиль катился по дороге со скоростью тридцать четыре километра в час. Другие машины гневно бибикали, объезжая нас через сплошную или с правой стороны, так как Флора заняла крайний левый ряд.

– Уверена?

– Уверена, – прорычала Флора, сильнее стискивая руль. Она заерзала на сидении, задела педали, и авто дернулось, едва не заглохнув.

– Ты когда права получила?

– Права у меня от рождения. Они гарантированы мне Конституцией Российской Федерации. Слышал о такой?

Разговор у нас категорически не клеился. Впрочем, мой настрой этому и не способствовал.

– Какая такая Конституция? Я всю жизнь живу по законам джунглей. Каменных.

– Оно и видно, – Флора заскрипела зубами и поджала губы.

– Она получила водительское удостоверение , – Котов выделил это словосочетание, – пять дней назад. И сейчас – первый ее опыт вождения. Она надеялась, что ты сам поведешь, но ты опоздал, так что хотя бы будь снисходительнее.

Я открыл было рот, чтобы предложить самому сесть за руль, но оставил это предложение при себе, вместо него спросив:

– Вызов срочный?

Флора успокоилась настолько, насколько могла

– Нет, – сообщила она, включая поворотник и перестраиваясь в крайний правый ряд задолго до нужного поворота. – Он от Надежды Сергеевны. Снова Васька куда‑то подевался.

– Васька, – Котов оскалил клыки. – Ненавижу этого ублюдка!

Мы с Флорой одновременно повернули головы на третьего члена команды, отчего едва не въехали на обочину. Бок колеса зашелестел о бордюр. Девушка встрепенулась и выровняла руль.

– Ты дышать‑то не забывай, – посоветовал я.

– Не говори под руку!

– Я помочь пытаюсь. Ты слишком напряжена. Не нервничай.

– А, так вот в чем секрет, – скривилась Флора, – не нервничать! Ну раз ты просишь, тогда ладно. Сейчас успокоюсь. – Она слишком резко выкрутила руль, и мы проехали по газону. – Это все из‑за тебя! – тут же обвинила меня Флора, путая тормоз и газ.

Котов тут же юркнул под сиденье.

– Думаю, травка как‑нибудь переживет, – я подался в сторону и подкрутил руль, чтобы избежать столкновения со столбом и вернуться на дорогу. – А вот нам может и не повезти. Притормози немного.

Флора бросила педали, и машина тут же начала замедляться.

– Лучше нажать на тормоз, – спокойно подсказал я, отпуская руль. – Контроль автомобиля начинается с самоконтроля.

Временная напарница ничего не ответила, но до пункта назначения доехала без проблем. Стоило нам остановиться у нужного подъезда, как к машине весьма бодро для своих лет подскочила Надежда Сергеевна.

– Вы почему так долго⁈ – сходу выпалила она.

Флора потупилась и хотела что‑то сказать, но я ее опередил.

– Пробки, Надежда Сергеевна. Просто ужасные. Что у вас стряслось?

– Васенька! – пожилая женщина разом позабыла обо всем на свете, кроме проблем любимого кота. – Он снова на дерево залез!

– Там ему, дебилу, и место, – проворчал из машины Котов.