— Чего тебе? — раздался из трубки недовольный голос.

— Ничего, — ответил я оглядываясь. — Просто хотел узнать, где ты.

— Домой иду с Катей. — Чуть удивленно ответила Тень. — А тебе зачем?

— Доброй ночи хотел пожелать.

— Ага, — Яна отключилась.

— А ловко ты это придумал, — оценил мой маневр дядя. — Я сначала и не понял.

— Адаптируюсь, — я улыбнулся. — Так о чем ты поговорить хотел.

— Тут такое дело, — дядя подошел ближе и, оглядевшись, понизил голос. — Все может серьезно обернуться, а ты… Ну, ты же понимаешь? — он посмотрел на меня с надеждой, что я догадаюсь, о чем речь.

Ожидания я оправдал.

— Хочешь сказать, что бездарному мне лучше сидеть в своей норе?

— Ну чего ты так сразу? — дядя хлопнул меня по плечу и ободряюще улыбнулся. — Сгоняй в отпуск. Я деньжат подброшу. Вернешься через месяцок, а мы тут, может, разрулим все, а?

— Нет. — Мой голос прозвучал резче, чем следовало. Слова дяди меня порядком задели. — Я, по-твоему, кто?

— Умный парень со сложным характером и проблемами с даром, — рубанул правду-матку дядя. — Но главное — живой. Если что случится, я как твоей матери в глаза смотреть буду?

— Это будут уже не мои проблемы. — Холодно отозвался я.

— Злой ты, Максимка, — пожаловался дядя, убирая руку с моего плеча. — А что скажешь, если я с Кирой поговорю. — Он хитро улыбнулся. — Ты ей вроде нравишься. Вдруг, она тебе в отпуске компанию составит?

На миг я пожалел, что не взял предложенную сигарету.

— Грязно играешь, дядь Миш.

— Как умею.

— Хреново умеешь. Отдохнем-то мы хорошо, но по приезду брат Киры меня наизнанку вывернет.

— А вы разве с Димкой не подружились?

— А с ним можно подружиться? — вопросом на вопрос ответил я.

— Что верно — то верно, — дядя вздохнул. — Но ты строго его не суди. У парня жизнь-то не сахар: отец бросил, люди до сих пор шарахаются, а в школе травили, вот парень и озлобился.

— Настолько, что срок получил?

— Там история паршивая. В старших классах кучка отморозков решила Киру изнасиловать, но Димка вовремя подоспел. Убить он их не убил, но покалечил сильно, вот и сел. Ненадолго, но все же. Кира, кстати, поэтому на юриста и отучилась, чтобы с несправедливостью бороться.

Я мрачно кивнул. История, действительно, паршивая. Но она заставила меня взглянуть на напарника под другим углом. Конечно, это не полностью оправдывает его отношение к окружающим, но хотя бы проясняет его причины.

Пока я обдумывал услышанное, дядя вернулся к изначальной теме:

— Значит, не станешь отсиживаться?

Я покачал головой.

— Нет. Часть команды — часть корабля.

— Ни на секунду в тебе не сомневался, — дядя полез за пазуху. В свете фонарей холодно сверкнул металл. — Травмат, — сказал он, отдавая мне кобуру с пистолетом. Бьет хорошо. Только в голову никому не стреляй, а то мало ли.

— Думаешь, пригодится? — отказываться я не стал.

Дядя задумчиво посмотрел на темное небо, затянулся и, выпустив сигаретный дым через ноздри, сказал:

— Уверен.

— Дядь Миш, — я достал из кобуры пистолет. — А у тебя дара точно нет?

— М? — он опустил на меня задумчивый взгляд.

Я кивком головы указал в сторону дворов, откуда к нам приближалась толпа ребят в черных куртках с черепами.

Одной рукой сжимая травматический пистолет, другой я взял телефон — помощь сейчас нам не помешает. Оставалось лишь решить, куда звонить сначала: в полицию или, скажем, Демону. А может Зиминой, чтобы она устроила общий сбор?

— Телефончик убери, пока клешни целы, — нахально бросил мне один из приближающихся бандитов. — И волыной не свети. Мы поговорить пришли.

— Макс, — шепнул Дядя, — не усложняй.

Я мрачно поглядел на родственника, после чего все же убрал и телефон, и травмат. Веры этим бандитам у меня не было, но прибегнуть к насилию всегда успеется. Хотя расклад сейчас совсем не в нашу пользу: с десяток Черепов, а нас с дядей только двое, причем оба без дара.

Хреновые дела…

Между тем бандиты подошли ближе, и мне удалось их рассмотреть. В этот раз к нам пожаловали одаренные первой волны: серьезные, настороженные и весьма неприятные, они глядели на нас, как хищники смотрят на жертв.

— Мы с приветом от старшего, — прогнусавил один из Черепов. — Он хочет узнать, чего ты надумал, старый.

Дядя Миша расправил плечи и спокойно произнес:

— Ответ я должен дать завтра.

— А старшо́й хочет услышать его сегодня, — невозмутимо продолжил бандит и подошел к дяде вплотную, глядя на него сверху вниз.

— Значит, придется ему подождать, — мой родственник выпустил сигаретный дым прямо в лицо собеседнику.

— Ты быковать решил что ли, старпер? — пробасил другой Череп, тоже сокращая дистанцию. Его подельники начали обходить нас слева и справа.

Моя рука снова потянулась к пистолету.

— Я не быкую, — голос дяди звучал ровно. Выслуга лет и опыт общения с разного рода личностями закалили его нервную систему. — Я излагаю факты. С вашим старшим мы договаривались поговорить завтра. Завтра и поговорим. Лично.

— Х*ично, — огрызнулся высокий бандит. — Ответ нужен здесь и сейчас.

— Нужен кому, вам? — дядя Миша и глазом не моргнул. — Так это, ребятки, ваши проблемы.

— Сейчас проблемы будут у тебя, старик, — пообещал высокий.

— И что скажет ваш старший, когда узнает о самоуправстве?

— Скажет «спасибо», — осклабился один из Черепов, отводя руку назад.

Я действовал на рефлексах. Быстро шагнув вперед и влево, я оттолкнул дядю как раз в тот момент, когда светящаяся зеленым рука долговязого должна была коснуться его груди. Светящиеся пальцы едва зацепили мой локоть, и конечность на миг отнялась. Выхватив пистолет, я ударил стволом точно в горло бандита, и быстро отступив назад, передернул затвор. Пальцы левой руки слушались плохо, но с задачей справились.

В темноте зазвучали выстрелы, больше походящие на приглушенные щелчки — новый травматический пистолет оказался куда тише своих смертоносных собратьев.

Прежде чем Черепа опомнились и бросились на нас, четверо из них со стоном повалились на землю. Вопреки предупреждению дяди, целился я в наименее защищенные участки тел. Несмотря на дар, на службе я никогда не пропускал занятия по стрельбе, так что дело свое знал на отлично, не забывая при этом еще и двигаться, чтобы самому не стать легкой мишенью.

Чуть растерявшие уверенность в себе Черепа замешкались. Они не ожидали отпора. Некоторые потянулись за ингаляторами с «Благодатью». Это позволило мне выстрелить еще несколько раз. Один травматический патрон угодил самому расторопному противнику в скулу и повалил его на землю. Другой попал очередному Черепу точно в лоб. Парень пошатнулся и рухнул на спину.

Вместо очередного выстрела мой пистолет сухо щелкнул. Все. Отстрелялся.

В тот же миг руки одного из нападавших удлинились и вцепились мне в шею. Я ткнул урода горячим после стрельбы стволом в тыльную сторону ладони и, едва хватка ослабла, запустил уже бесполезным травматом ему же в голову.

Дядя Миша тоже времени даром не терял и прыснул газовым баллончиком в морду оклемавшегося долговязого, после чего добавил тому шокером. Но годы все же взяли свое, и налетевший со спины бандит повалил бывшего участкового на землю. На меня тоже налетели со всех сторон.

Но, не успел я и глазом моргнуть, как одного из Черепов, будто ветром сдуло. Потом второго. Подоспевший Движ успел повалить и третьего, прежде чем пришедший в себя длиннорукий смог его схватить.

— Гнида! — сдавленно прохрипел Движ, когда пальцы противника сжали его спортивные штаны в области паха.

В темноте промелькнул рыжий ком, и огромный мейн-кун впился когтями в лицо схватившему меня бандиту. Следом раздался треск шокеров, и сразу пять Зиминых накинулись на Черепов. В процессе из каждой копии диспетчера появилось еще по одной копии: новые Зимины просто выходили из-за старых и бросались в бой. На одну из них бандит плюнул шипящей жижей, но пораженная копия просто исчезла, а ее «сестра» появилась сзади и ткнула шокером обидчику в шею.