– Внутри, – тут же ответила диспетчер. – Они вырубили камеры, так что ничего не могу сказать. Получила доступ к полицейскому дрону, но он пока на подлете. Последний контакт был меньше минуты назад в северном крыле. Преступников шестеро. Все одаренные. Судя по всему, они ищут кого‑то конкретного, но Движ отвлекает их по мере сил. Не знаю, сколько он продержится – связь прервалась.

– Принял. – Я посмотрел на бегущих рядом коллег. Каждый из них слышал слова диспетчера, но нам требовалась дополнительная организация для успеха операции. – Флора, – крикнул я. – Действуешь снаружи. Не подставляешься. Вадим, прикрываешь ее и контролируешь территорию.

– Поняла, – Антонина, которая уже успела запыхаться, свернула к ближайшему дереву, ветви которого уже устремились в сторону здания детского сада.

Вадим коротко кивнул и бросился за девушкой.

– Яна – устроишь им сюрприз, – сказал я Тени, и та тут же исчезла.

– А мы? – Кира чуть сбавила темп, чтобы двигаться рядом со мной.

– Идем напролом, – сказал я, указывая вперед. – Отвлечем внимание на себя.

– О, да, – Кира ускорилась.

В это время впереди на втором этаже промелькнул человеческий силуэт. Мне в глаза тут же бросилась черная маска с прорезью для глаз. Едва ли такую носил кто‑нибудь из воспитателей. Кира тоже заметила бандита и, оттолкнувшись от земли так, что асфальт под ее ногами треснул, прыгнула вперед и вверх. Я и глазом моргнуть не успел, как она разбила стекло, проломила кусок стены и скрылась в проделанной дыре. Пробудив дар и уничтожив очередную пару кроссовок, я полетел следом.

На втором этаже обнаружилась еще одна сломанная стена, сквозь которую Кира протащила кого‑то из нападавших. Я же сразу отвлекся на второго, а точнее вторую – женщину со скрытым под балаклавой лицом. В ее удлинившихся, словно жгуты руках, беспомощно трепыхался Движ.

– Пусти, сука! – кричал он, пытаясь укусить одаренную.

Заметив меня, женщина швырнула Движа в стену и тут же обвила мои плечи своими руками. Я не сопротивлялся, позволив ей вцепиться, как следует, после чего с кривой ухмылкой сообщил:

– Хера с два ты угадала, подруга.

В тот же миг женщина взвыла от боли, когда голубое пламя обожгло ей руки. Я не хотел полностью лишать ее конечностей, поэтому сдержался. Но хватило и этого. В истерике она забила руками по стенам. Подскочивший Движ одним точным ударом в челюсть отправил бандитку в глубокий нокаут.

– Больше не будешь рукоблудить, – он презрительно сплюнул на дымящееся тело.

– Найди остальных, – велел ему я.

– Ща, – бодро отозвался Движ и в миг стал удаляющимся размытым пятном.

В это время снаружи в помещения вползли ветки дерева, обвили лишенную сознания нападавшую и потащили наружу.

– И этого забери, – из коридора вышла Кира, волочившая за шкирку здоровенного мужика в маске. Тот не сопротивлялся и лишь тихонько поскуливал. – Мельчают нынче самцы, – пожаловалась мне девушка и легким движением выкинула пленника со второго этажа.

Снаружи послышался короткий крик, сменившийся глухим звуком удара и стоном.

Но нам до этого урода уже не было дела.

– Северное крыло, второй этаж, – сказала Зимина. – Воспитательница забаррикадировалась с детьми в одной из групп. Дверь почти выломали. Яна разбирается, но ей потребуется помощь.

Мы с Кирой побежали по коридору. Точнее побежал я, а девушка собиралась проложить путь напрямик, через стены.

– Можешь кого‑то задеть! – крикнул я ей.

– Блин, точно, – с сожалением цокнув языком, Кира догнала меня.

Нужное место мы нашли по гвалту боя. Из‑за ближайшего поворота с протяжным криком «Су‑у‑у‑у‑ука‑а‑а‑а!» вылетел Движ, врезался в стену второй раз за день и свалился на пол, как мешок с картошкой. При этом его нога подвернулась под неестественным углом.

– Б*я! – вскрикнул он, сквозь стиснутые зубы. – Мне нужен отпуск, – Движ вскинул руки, пытаясь защититься.

Из того же коридора выскочил двухметровый верзила, чья кожа блестела сталью. Он замахнулся, но ударить не успел – Кира перехватила его запястье за миг до того, как голова Движа превратилась в лопнувший арбуз.

– Разберусь! – прохрипела девушка, напрягая внушительные мышцы.

Пробегая мимо, я все же не отказал себе в удовольствие обжечь уроду опорную ногу. Металл оплавился, и громила с воплем завалился на бок. Дальше я уже не смотрел, но слышал звуки ударов.

В конце коридор расширялся. Здесь трое оставшихся одаренных в масках выломали дверь, но на их пути встала Тень. Яна исчезала и появлялась то тут, то там, ловко орудуя окровавленным ножом. За ее спиной ветви дерева формировали новый заслон, отделяющий дерущихся от визжащих от страха детей и бледной, как мел, воспитательницы.

Один из нападавших телепортировался за преграду, выскочив рядом с детьми из облака черного дыма. Но ему на голову прыгнул взъерошенный Котов и принялся остервенело царапать лицо ублюдка. Орущий тип стал хаотично телепортироваться и исчез из виду.

Яна в это время отбивалась от одаренной. Та умела скручивать длинные волосы в жгуты, оставляющие на стене вполне глубокие борозды. Увернувшись от очередного удара, Яна полоснула ножом по горлу второму бандиту. Тот запрокинул голову, но, вместо того чтобы упасть на пол и помереть, принялся заливаться булькающим смехом.

– Он регенерирует! – предупредила меня Яна, уходя от очередного удара жгутов.

– А? – тип со вспоротым горлом как раз повернулся ко мне. Стянув маску, он нахально оскалился накрашенным ртом. – Давай, сладкий, удиви меня, – предложил он и тупо уставился на мою охваченную огнем руку, которая пробила насквозь его грудь.

– Ну что, удивлен? – положив ладонь на искаженное гримасой боли лицо, я отпихнул дергающегося бандита назад.

Он упал, но вновь не умер. По телу пошли судороги, а выжженная дыра в груди начала затягиваться прямо на моих глазах. К счастью, Флора уже направила ветви и корни и по его душу. Они оплели извивающееся тело, закрутив его в импровизированный кокон.

Тень промелькнула слева. Она прыгнула на стену, оттолкнулась от нее, исчезла, разминувшись с созданными из волос жгутами, и оказалась за спиной их обладательницы. Острый нож прижался к горлу одаренной. – Ты доигралась, Рапунцель сраная, – сообщила Яна, слегка надавливая на нож.

Бандитка тут же распустила волосы и те бессильно повисла, словно были совершенно обычными. Руки женщина в маске послушно подняла вверх и крикнула:

– Все, все! Сдаюсь!

Я оглянулся и увидел Киру, устало сидящую на обезвреженном громиле. Прикинув в уме количество обезвреженных преступников, я пришел к выводу, что последний из шестерки в масках до сих пор телепортировался где‑то с Котовым.

– Риточка! – раздался из‑за созданной ветками преграды хриплый женский голос.

– Флора, дверь! – я бросился в помещение.

Антонина быстро впустила меня внутрь, где забившихся в угол детей прикрывала собой полная бледная женщина‑воспитатель. На руках она держала безвольную тушку рыжего кота, которого рассеянно гладила против шерсти.

– Риточка, – пролепетала воспитательница, глядя на меня круглыми заплаканными глазами. – Я пыталась остановить, но… Риточку Мирошину украли. – Она шмыгнула носом.

Услышанные имя и фамилия поразили меня, словно молния. Ритой звали племянницу Захара, которую он возил в этот садик, пока болела его сестра. Фамилия тоже была ее, досталась от мужа и ей, и ребенку.

Гнев и страх за судьбу девочки захлестнули меня с головой.

– Черная машина двигается к шоссе! – сказала в наушник Нина. – Полиция ведет преследование.

Со стороны улицы раздался выстрел. Вместе с ним в моей голове будто что‑то щелкнуло. Охваченный пламенем я вылетел прямо через окно. При этом ни один осколок не полетел в сторону – края стекла и внешняя решётка попросту оплавились.

На улице изменившийся Упырь терзал мужика в строгом костюме. Рядом валялся пистолет. Он бы не спас незнакомого мне типа от ярости ставшего монстром одарённого, но того ветвями деревьев и вылезшими из‑под земли корнями удерживала Флора.