Закончив с упражнением, я выскользнул из тренажера и перешел к скамье для жима. У меня, все‑таки, круговая тренировка. Да и в том разговоре я ощущал себя третьим лишним. Девушки же, казалось, не заметили моего стратегического отступления и продолжали о разговаривать у тренажера о своем, о женском.

Наговорившись, они вернулись к тренировке и начали выполнять упражнения по очереди, словно следили друг за другом. Я поглядывал ни них время от времени и заметил, что Яна, которой всегда было проще стать невидимой, чем принимать вызов, вполне себе уверенно отражает беззлобные нападки Киры, чем сильно веселит ту.

А мне вот как‑то стало не до смеха, так как взгляды девушек в мою сторону приобрели некую двусмысленность. Будь здесь Флора, она бы сразу провела двум этим хищницам ликбез о сексуальных домогательствах. Но хорошо, что она осталась наверху, так как я против такого внимания не возражал. По крайней мере, до тех пор, пока Кира не пошла в активное наступление, а Яна не взялась за нож.

Но мои опасения были напрасны. Пока все шло хорошо. Девушки даже смеялись. Я догадывался, что Кира может найти подход к кому угодно, но никогда бы не подумал, что она сможет подружиться с нелюдимой Яной. Да и сама Тень все меньше походила на себя прежнюю – это было заметно и по ее новой одежде, и по манере общения с окружающими. Правда, второе касалось только тех, кого она хорошо знала. Незнакомцы же могли рассчитывать разве что на недобрый взгляд Яны. На меня же она смотрела с какой‑то затаенной теплотой, от которой на душе становилось приятно.

После небольшого отступления, в тренажерном зале вновь воцарилась рабочая атмосфера, чему я был только рад. Кира закончила свою программу раньше и теперь гоняла нас с Яной от тренажера к тренажеру, периодически не стесняясь в выражениях. До метода мотивации брата девушке, конечно, было еще далеко, но заряд бодрости ее слова все же придавали.

– Давай‑давай, – говорила она, стоя рядом с турником, на котором я подтягивался. – Еще пять повторений и разрешу тебе потереть мне спину в душе.

– Это будет последним, что я сделаю? – выдохнул я.

– Будь уверен, – мрачно сообщила мне Яна, выполняющая выпады с гантелями неподалеку.

– Он и тебе потрет, – успокоила ее Кира, после чего обратилась ко мне. – Потрешь же?

Я закончил подтягивания и спрыгнул на пол.

– Предпочитаю не отвечать на провокационные вопросы без своего адвоката.

– Хороший ответ, – с улыбкой одобрила Кира. – Вот только я твой адвокат. Хочешь потребовать другого?

– Очередной вопрос без правильного ответа, – я развел руками.

Яна тоже отстрелялась, отложила гантели и, тяжело вздохнув, согласно кивнула.

– Смотря, что считать правильным, – философски рассудила Кира и звонко хлопнула в ладоши. – Ладно, на сегодня закончили. Делаем растяжку и в душ. – С лукавой улыбкой проворковала она. – Кто первый, тот…

Договорить Кире не дала Нина, которая влетела в тренажерный зал, словно ураган.

– Срочный вызов! – выпалила она.

Флора жала педаль газа в пол, и машина с натужным гулом летела по улицам Чертаново. Водила Антонина пока не слишком уверенно, но успела сесть за руль первой, а пересаживаться уже не оставалось времени. Судя по информации от диспетчера, воспитатели вызвали нас, когда заметили расхаживающих вдоль забора подозрительных людей. Сейчас же неизвестные вторглись на территорию детского сада. Движ уже помчал туда. Полиция тоже, но мы должны были успеть первыми.

Все, кто сейчас сидели в служебной машине, были на взводе. Каждый осознавал серьезность сложившейся ситуации. Мы не могли медлить. Мы не могли ошибиться. У нас не было на это права.

Где‑то в недрах моей души разгоралось то самое позабытое чувство, когда, служа в СОБРе, я ехал на задание в машине с другими бойцами. И пусть сейчас мои коллеги не были профессиональными оперативниками, каждому из них я доверил бы свою жизнь. Ну разве что к Котову имелась пара вопросов.

– У тебя коленки острые! – тут же раздался в голове голос Вити. Он сидел на переднем пассажирском сидении. Точнее там сидел Упырь, а Котов устроился у него на коленях и был этим крайне недоволен.

– Тогда найди другие или заткнись, – сосредоточенно буркнул Вадик, который судорожно сжимал в длинных пальцах серебристую фляжку.

Я ожидал, что Котов огрызнется в ответ, но тот промолчал и перебрался в ноги Упыря, устроившись между ними на резиновом коврике. Возможно, он счел, что там безопаснее, потому что вела Антонина так, словно участвовала в ралли. Мне не повезло очутиться на середине заднего сиденья, так что летящую нам навстречу дорогу я видел отлично и что было сил держался руками за спинки передних кресел – вылететь в лобовое стекло в случае аварии мне совершенно не хотелось.

Слева от меня сидела мрачная Яна, а справа Кира, которая ни с того ни с сего решила увязаться вместе со всеми, заявив, что дети – это святое, и она порвет задницу на британский флаг любому, кто посмеет обидеть ребенка. Прямо так и сказала, словно в нее на миг вселился дух склочного братца.

Девушки, как и я, не успели переодеться. Вот только от них пахло приятно, а я, к своему стыду, вонял потом. Наверное поэтому Котов и уселся впереди – его звериный нос был куда чувствительнее человеческого.

– Да что ты еле плетешься⁈ – зло огрызнулась Флора, выкручивая руль и выезжая на встречку прямо через двойную сплошную.

Руки соскользнули с гладких кресел, и меня бросило влево, прямо на грудь Киры. Та, кажется, не расстроилась.

– Прости.

Стоило мне выровняться, как Антонина совершила обгон и резво перестроилась обратно, на каких‑то несколько метров разминувшись с мчащейся на встречу фурой. Этот маневр швырнул меня в другую сторону, прямо на Яну.

Пролетевший мимо грузовик сердито загудел.

– Как хорошо, что я ничего не вижу, – сообщил всем Котов.

– Пасть закрой! – рыкнула сосредоточенная Флора, разом позабыв о пропагандируемых ей самой культуре общения и уважении к окружающим.

– Так у меня и закрыта, – отозвался Витя.

– Пусть такой и остается, – Антонина принялась играть в «пятнашки» на дороге, создав за каких‑то три минуты столько аварийных ситуаций, сколько среднестатистический водитель не создаст и за пару лет.

– Поднажми! – крикнула ей Кира.

– Стараюсь! – Флора напряглась так, словно пыталась педалью газа продавить дно машины.

– Тут лишь ты одна ударостойкая, – вновь подал голос Кот. – Но, прошу заметить, все равно не бессмертная. Как и каждый в этом ржавом корыте…

– Заткнись! – в один голос велели Вите и Кира, и Антонина.

Кот зашипел и забился под сиденье.

– За ногу меня цапнул, – сказал Вадик.

– Не хер их расставлять, где попало, – проворчал Витя и наконец заткнулся.

Мы пронеслись по дороге и едва не проскочили нужный поворот. Спохватившись, Антонина ударила по тормозам и развернулась настолько круто, что теперь уже Яна свалилась на меня, а я, уже вместе с ней, приземлился на коленки Киры.

– Ребятки, простите, но не сейчас, – серьезно сказала нам девушка, недвижимая, словно скала. Она поглядела на нас сверху вниз и добавила. – Настрой не тот.

Антонина ударила по тормозам, и мы с Яной перекочевали с коленей Киры прямиком на пол, едва не застряв там.

– В целом неплохо, но тебе надо больше практиковаться, – сказал я Антонине, выбираясь наружу.

– Учту, – серьезно кивнула Флора, вместе со всеми устремляясь к детскому саду.

Ворота оставались закрытыми, а внутренний двор пустовал. Игрушки валялись на земле, но я не знал, побросали ли их убегающие от опасности дети или же беспорядок – это нормальное явление для подобного заведения. Но вот сорванная с петель металлическая дверь явно не вписывалась в мирный расклад. Она лежала на асфальте метрах в пяти от бокового входа.

– Нина, где нападавшие? – на бегу спросил я, вжимая вкладыш в ухо.