В одной из подворотен моему взору открылась следующая картина: рыжий ощетинившийся мейн‑кун, грязный, как черт, стоял на мусорном баке и вздыбливал шерсть, а вокруг него, словно акулы, кружили потрепанные жизнью и кем‑то еще дворовые сородичи, все, как один, крайне бандитской наружности.

– Заводишь друзей? – осведомился я.

Витя поднял на меня ошалелые глаза. Остальные пушистые тоже обернулись и припали к полу, готовые в любой миг сорваться с места и свалить куда подальше. Котов же убегать не собирался. По крайней мере, теперь. Поняв, что преимущество теперь на его стороне, он горделиво выпятил грудь и посмотрел на животных, словно лев на антилоп. Продемонстрировав свое превосходство, Витя вновь перевел на меня взгляд и ядовито осведомился:

– Где тебя черти носили⁈

– Где только не носили, – спокойно ответил я.

– Меня Яна должна была забрать.

– Ну, можешь подождать ее, если хочешь, – я сделал вид, что собираюсь уходить. – Компания у тебя хорошая, вроде как. Главное, блох не подхвати.

– Погоди! – Котов шустро спрыгнул с бака и припустил в мою сторону.

Кошачья банда тут же устремилась за ним.

– Эй, шерстяные, полегче, – я топнул ногой, и всех котов, как ветром сдуло.

Даже Витю…

– Ну твою ж мать, – я закатил глаза.

– Ты чего пугаешь⁈ – Котов вылез из мусорного бака с глазами по пять копеек.

– Так я не тебя, а их.

– А, – запоздало оглядевшись и, не обнаружив обидчиков, Котов выпрыгнул из бака и отряхнул шерсть. – Ну я и не особо‑то испугался, – заявил он. – Просто неожиданно и…

Хлопнула дверь одного из подъездов, и человек в теле животного вновь нырнул в мусорку, которая, к его счастью, была довольно старой и не обладала функцией переработки отходов.

– Мы так далеко не уйдем.

– Да я просто там забыл кое‑что, – попытался оправдаться Котов, вновь выбираясь на асфальт.

– И что ты забыл в мусорке? – я зашагал к метро. – Умение отмазываться?

– Очень смешно, – кот затрусил рядом, на ходу поднимая и распушая длинный хвост. – Лучше расскажи, чего вы так долго меня не забирали.

– Были важные дела. – Соврал я и глазом не моргнув.

– И какие дела могут быть важнее меня? – удивился Котов.

Я пожал плечами.

– Любые.

– Ну, знаешь ли… – насупился Котов. – Я тут, понимаешь, пашу, не жалея себя. А у вас всякие важные дела, видите ли. Не до друзей им. И что же… – морда мейн‑куна приобрела крайне хитрое выражение. Он прищурил зеленые глаза и покосился на меня. – Шпёхались, небось?

Мне никогда не нравилось насилие над животными, но в этот момент я всерьез задумался над тем, чтобы отвесить коту хорошего такого пинка. Это ведь не идет вразрез с моими принципами – Витя‑то не животное. Ну, по крайней мере, не на все сто процентов.

Тем временем Котов, не понимая, на какой охрененно тонкий лед ступили его мохнатые лапы, продолжил подливать масло в огонь.

– Ну и сколько палок кинул? Если больше трех, то прощаю!

– А ведь мне казалось, что хуже Димы в «Векторе» никого нет.

– Так и есть, – заверил меня Котов. – Ну и как все было?

– Не твое дело.

Мейн‑кун пробежал вперед и запрыгнул на скамейку.

– Я бы согласился, но не после того, как вы протянули с моей эвакуацией на… – он вдруг осекся. – А который сейчас час?

Глянув на часы, я ответил:

– Полтретьего.

– Спасибо, – учтиво поблагодарил меня Котов, после чего продолжил так, словно не прерывался для уточнения деталей. – На три часа! Да меня тут едва не убили!

– Кто? – я прошел мимо лавки, на которой сидел пушистый. – Шестилетняя девочка, которую ты назвал дурой?

– Она меня напугала. Как подкрадется сзади и как схватит своими мелкими цепкими ручонками!

– Ты же у нас вроде не из пугливых.

– Только если дело не касается ответственности, – Котов догнал меня и вновь зашагал рядом, а если быть точным, на полкорпуса впереди. – Вот ты видел в Чертаново хоть одного рыжего котенка?

– Вроде нет.

– Вот! А все потому, что я вовремя вытаскиваю.

– Избавь меня от подробностей.

– Хорошо. – Покладисто согласился Котов. – Но только если ты меня в них посвятишь. Признавайся, утешил нашу недотрогу?

– Еще раз заговоришь об этом, и мы пойдем к ветеринару отрезать твои бубенцы.

– Ханжа! – фыркнул Котов, но тему все же сменил. – Ты обещал мне кошачью мяту. Мы в зоомагазин должны идти, а не в ветеринарку.

Я поглядел на кота.

– А ты сделал свою работу?

– Естественно! – не без гордости сказал Котов. – Проследил за тем типом сначала до местного притона, а потом до подъезда его дома.

Услышанное меня заинтересовало.

– Показать сможешь?

– Конечно. Но сначала согреюсь, отдохну, поем и…

– Сначала покажи, – потребовал я, замечая, что прохожие на меня как‑то странно поглядывают. Наушников у меня не имелось, поэтому люди видели рослого небритого мужика, которые говорил сам с собой, ну или с идущим рядом котом.

Еще непонятно, что хуже.

Котов понял, что вариантов у него нет.

– Хотя бы такси вызови, – взмолился он.

Я сжалился над хвостатым, и остаток пути мы проделали в машине, где Витя всю дорогу тщательно вылизывал свою шерсть. Вначале он показал мне притон, который оказался в бывшей промзоне. Близко подъезжать мы не стали. Я просто попросил водителя остановиться у сетевого магазина, чтобы купить сигарет, а заодно и осмотреться.

На первый взгляд тут не было ничего примечательного: некогда рабочие территории частично перестроили под новые жилые кварталы и парк, но кое‑что все еще осталось. В прорехи забора из бетонных плит было видно старые ангары, заброшенные помещения и несколько все еще работающих предприятий. Столярная мастерская стояла ближе всех. Оттуда доносился гул циркулярных пил, но почти не пахло опилками. А еще бродящие туда‑сюда мордовороты никак не походили на честных работяг, пусть и носили спецовки.

Чтобы не привлекать лишнего внимания, я купил сигареты, воду, пакетик вонючего корма для котов, неприглядную панамку для огорода и вернулся в такси.

– Увидел? – беззвучно спросил меня вольготно растянувшийся на заднем сидении Котов. – Там, за столяркой.

Я не ответил, лишь едва заметно кивнул.

– Куда дальше? – спросил водитель. Нетерпеливо поглядывая на меня.

Витя сообщил мне нужный адрес, и я повторил его для таксиста. Когда машина остановилась, мы вышли. Первым делом я нацепил на голову панамку, чтобы не палить свою физиономию, чем изрядно повеселил напарника.

– Ты похож на придурошный гриб, – сообщил он.

– А ты на тупого кошака, который останется голодным. – Не остался в долгу я.

– М? – Котов тут же навострил уши и уставился на пакетик корма в моих руках. – Это мне?

– Ну не мне же, – я выдавил вонючее угощение на травку.

– Пища богов! – завопил в моей голове Котов и жадно бросился на скользкие комочки. Со стороны можно было подумать, что его морили голодом несколько дней.

– Ты говори, пока ешь, – напомнил я Вите, усаживаясь на лавочку и неспешно закуривая.

– А что тут говорить? Вон тот подъезд видишь? Там еще красная «бэха» стоит.

– Вижу, – я быстро нашел взглядом весьма приметную машину.

– Ну вот это его тачка. По крайней мере, она им воняет. Ну теперь еще и мной, я там на капоте повалялся и колесо обоссал.

– Очень важные подробности.

– А вот и важные! – Котов поднял испачканную влажным кормом морду и тут же облизал свой нос. – Свои метки я далеко чую.

– Рад за тебя. Что еще?

Витя озадаченно моргнул.

– Чужие метки.

– Я про барыгу.

– А, – Кот вернулся к еде. – Живет он в том подъезде. Этаж вроде пятый. Видишь, там еще шторы «блэкаут»? Вон там. Он вчера девок подцепил двух. Стрёмные, как моя жизнь. Из открытой форточки их духами шмонит.

– Они все еще там?

Котов принюхался.

– Вроде как. А что? Хочешь групповушку замутить?

Я оставил вопрос без ответа и продолжил задумчиво курить, изредка поглядывая на те самые окна. Наведываться в гости к барыге не входило в мои планы. Если он одаренный, то могли пострадать невинные. Но вот установить его личность не помешало бы.