– Я тебе футболку зашла занести, – сообщила она. – Постирала, погладила и положила на полку.

– Могла бы так не запариваться, – сделав первый глоток своего холодного «чая», я блаженно прикрыл глаза: вот, что требовалось мне после долгой и напряженной ночи.

– Ты из тех, кто любит нюхать ношеные вещи?

От этого вопроса девушки я едва не подавился вторым глотком.

– Нет, конечно!

– Да я не то, чтобы осуждаю, – улыбнулась Яна. – У каждого свои пристрастия.

– Занюхивание грязного белья к моим пристрастиям не относится. Прошу вычеркнуть меня из списка извращенцев.

– Как скучно, – игриво фыркнула девушка.

– Нормально, – сделав еще один глоток, я принялся‑таки за еду.

Блюдо получилось сытным и очень острым. У меня на лбу даже испарина выступила.

– Приятного аппетита… Наверное, – уверенности в голосе моей гостьи не было ни на грамм. – Ты мигни два раза, если скорую потребуется вызвать.

– А ты разве не умеешь оказывать первую помощь?

– Могу. Нас всех обучали. Но если тебе потребуется дыхание рот в рот, то я пас. У тебя на губах столько соуса, что мои от него облезут.

– Да ладно, не настолько он и острый.

– Тогда почему ты вспотел? – Яна коснулась пальцем моего лба. Посмотрела на него, а потом вытерла о мое же полотенце. – Фу. – Она встала, сходила к шкафчику и достала оттуда упаковку печенек, которые я тоже видел впервые.

– Что еще ты мне купила? – я судорожно пытался сообразить, видел ли в ванной новые баночки или нет. Вроде бы там находились мой дезодорант и гель для душа, который подходил сразу и для тела, и для волос. Зубная щетка тоже была одна. По крайней мере, вчера.

– Больше ничего, – спокойно ответила Яна. – Мы же не живем вместе.

– Ага, хорошо, что прояснили этот момент, – на самом деле я не знал, радоваться или грустить. – А то, знаешь ли, я иногда начинаю путаться.

– Ты чем‑то недоволен? – Яна достала одну печеньку и начала ее пугающе медленно есть, глядя на меня при этом, как кошка на мышонка.

Я совершенно спокойно чувствовал себя во множестве ситуаций. Меня не пугали ни драки, ни перестрелки, ни соседи по камере. Но эта очаровательная девушка могла вызвать у меня чувство дискомфорта одним взглядом. Очень надеюсь, что любовь проявляется как‑то иначе.

– А я выгляжу недовольным? – на всякий случай поинтересовался я, ощущая, как мягкая лапша встает поперек горла.

– Нет, – все так же неспешно ответила Яна и подозрительно прищурилась. – Ты выглядишь уставшим.

– Потому что я устал.

– Тогда доедай, допивай свой… – Яна сделал паузу и поджала губы, – чай и ложись спать. Ночью у меня на тебя планы.

Я поперхнулся второй раз за вечер.

– Какие, позволь узнать?

– Не те, о которых ты подумал, – по тону девушки сложно было сказать, о чем думает она сама. – Мы пойдем искать того, кто напал на твоего друга. График дежурств я уже согласовала с твоим дядей, так что в ближайшие пару дней ты абсолютно свободен.

– И что ты сказала дяде Мише?

– Что у нас с тобой совместные дела. – Честно ответила Яна. – Он на меня как‑то странно посмотрел, но сразу согласился. Я думала начнет ворчать, как обычно, но нет. Наверное, формулировка помогла. Мне ее Кира подсказала.

– Совместные дела, значит, – я тяжело вздохнул. – Ну, ладно, назовем это так.

– Вот черт! – Яна вдруг резко встала, чуть не облившись горячим чаем.

– Что‑то не так?

– Все не так, – девушка растерянно уставилась на меня. – Я только сейчас поняла, как это звучит со стороны. – Отставив кружку, она пошла в коридор.

– Ты куда? – я проводил ее взглядом.

– Убью Киру и сотру память твоему дяде. Встретимся часов в десять. – Ответила Яна и закрыла за собой дверь.

Ни одна из моих попыток отговорить Яну лезть с головой в наше с Захаром расследование не возымела успеха. Несмотря на отсутствие у нее всякой склонности к альтруизму, Тень оставалась непреклонна в своем решении. С упрямством, достойным лучшего применения, она раз за разом заявляла, что теперь это ее личное дело. На вопросы, что тут такого «личного», девушка отвечала в духе «отстань» или «чего прикопался?».

Она даже Котова втянула, причем без моего ведома. Просто пришла к тем же выводам, что и я. Но, в отличие от Яны, мотивация нашего пушистого коллеги оказалась простой, как пять копеек: за свое участие он просил ни много ни мало килограмм кошачьей мяты. На мой вопрос куда ему столько, Котов отвечать отказывался. У него вообще было скверное настроение из‑за начавшегося дождя и неудобного ошейника с адресником.

Несмотря на то, что Яна потеряла след убийцы на Киевском вокзале, поиски мы решили начать в Царицыно, так как сходились во мнении, что заказчиками Захара является «Вторая смена». Даже если у них имелся богатый и влиятельный покровитель, едва ли он сам стал бы нанимать киллера. А может никакого киллера и не было вовсе, и за дело взялся один из членов банды.

Впрочем, на выбор места для старта поисков повлиял и еще один важный факт. Пока я отсыпался, Яна уговорила Нину Зимину воспользоваться служебным положением и подключиться к камерам в Царицыно. Действие это оказалось не совсем законным, но принесло плоды. Зимина внесла в поисковый алгоритм попавшие на камеры у кинотеатра часть лица и комплекцию убийцы, после чего программа зафиксировала несколько совпадений. Два оказались в Царицыно.

Кроме камер диспетчер «Вектора» влезла в реестр одаренных и сейчас искала совпадения в особых способностях. Оказалось, что умеющих менять внешность людей в столице несколько, и это все усложняло.

Выйдя из метро «Царицыно», я вдохнул пропитанный прохладой ночной воздух и огляделся. Тут и там терлись небольшие стайки молодежи, которым даже усилившийся дождь не был помехой. Не зная толком, что именно ищу, я просто пошел, куда глаза глядят, ища взглядом что‑нибудь заслуживающее внимание.

Согласно нашему с Яной плану, она вместе с Котом прибыла чуть раньше и сейчас рыскала где‑то поблизости под прикрытием своего дара, тогда как наш пушистый напарник пытался высмотреть или почуять хоть что‑то подозрительное с другой стороны.

Все мы ждали информации от Зиминой, и та справилась довольно оперативно. Примерно через пятнадцать минут скитаний по залитым неоном улицам, мой телефон зазвонил. На экране высветилось имя контакта.

– Нашла? – вместо приветствия спросил я.

– Нашла, – голос диспетчера звучал сухо и строго, как всегда. Она немного помолчала, после чего продолжила. – Всего одаренных, способных менять внешность, в Москве пятеро. Двое могут менять только лица, еще двое способны корректировать рост комплекцию, но, судя по записям с камер кинотеатра, они отпадают – нужный вам мужчина всегда оставался одного размера.

– Погоди, – вставил я. – А что с пятым? Ты описала только четырех.

– Пятый родился десять дней назад. – Просто пояснила Зимина.

– Четвертая волна?

– Выходит, что так. Ты именно это хочешь обсудить?

– Нет.

– Тогда слушай дальше, – продолжила Зимина. – Один из двух подозреваемых пустился в бега. Прямо сейчас его ищет полиция. Уже разослали ориентировки.

– Походу наш клиент, – я с досадой поджал губы – если умеющий изменять лица тип решил скрыться, то найти его будет той еще задачкой.

– Возможно, – согласилась Зимина, – особенно если учитывать тот факт, что последний подозреваемый уже пять лет, как прикован к инвалидной коляске.

– Может, маскировка?

– Если считать ампутацию ног после аварии маскировкой… – не без ехидства протянула Нина.

– Понял. Не продолжай. – Я остановился посреди улицы. – Значит тот, кого мы ищем, в бегах и скрывается от полиции? – этот факт ставил под сомнение осмысленность моего присутствия в Царицыно – едва ли преступник будет скрываться там, где его станут искать в первую очередь.

– В бегах один из подозреваемых, да, – голос Зиминой стал задумчивым. Из трубки донеслось щелканье клавиш. – Интересно.