- Поздорову вам. – я младше, потому здороваюсь первым. Илья меня на пять годов старше, а вот Залипин на целых пятнадцать.

- Привет, Аким. Ого, какая у тебя живность завелась. – Удивленно посмотрел на моих, принявшись вид обычных зверушек, Илья. – Слушай, Ефимыч, тут такое дело. У Антоныча комполка уходит на пенсию. И просит наладить НЭШ-1000, стоит на сломплощадке. Поможешь, ты же годов семь назад точно такой же восстановил для своего комэска? И вроде как быстро? Накопители есть, я помню, какие тебе тогда потребовались. Ну пожалуйста, тебе же делов на пять часов то?

Хм… меня Алма-Ата отпускать собирается? Хоть не появляйся на улице. Так, да, тогда я восстановил НЭШ, правда, насчет пяти часов Илья соврал, точнее, не знал всего. Три месяца расчетов, пусть не каждый день. Но тут такое дело, память у меня сейчас идеальная, фотографическая, и вообще, я молодец. Но за так работать?

- И? – вопрос можно задать одним словом, если собеседники умные.

- Додж «три четверти». Из поставки сорок пятого года. Да, в труху уже почти, но ты ж артефактор. И так, по мелочи, поглядишь, что тебе потребуется. У доджа полностью ремнабор есть, и комплектующие. Тоже в ржавчину, но есть. – Вступил в дело Залипин. – Оформим по всем правилам, и отправим в контейнере прямиком с площадки. Контейнер тоже найдем, из списанных. И оплату проведем через кассу взаимопомощи полка.

Ну да, так в армии дела и делаются. Все стараются получить все, что можно, и откосить с оплатой, переведя на бартер или услуги. Это нормально. Стоп. А ведь может и быть, получится…

- «Окопныеружья» остались? Из американских лендлизовских поставок? Можно неисправные, но комплектные. – мне все равно делать спецпатроны двенадцатого калибра. Почему бы не попробовать обзавестись оружием? Так-то у меня две курковки десятого есть, «Итака и сын» и «Забала», но пару помп не помешают однозначно. А эти оба полка вовсю воевали на лендлизовской технике, американцы много чего тогда поставили. Огромная часть вооружений числилась утраченной в боях, но на самом деле лежала на скрытых складах, стояла на укрытых площадках, и так далее.

- Есть. – Хлам старый, но есть. Стивенс и винчестер. Только учти, там в руки брать страшно, не то, что стрелять. – Залипин служит помощником начарта, помнит все, что есть из стреляющего в полку. – И нигде не числится, про него, наверное, только я и помню. Заберешь?

- Давай сначала дело. Свет найдется? – прапор я или нет? Надо тащить все, что гвоздями не прибито. А то только и делал, что головы резал, и другие части тела. Непорядок.

Переодевшись, я с прапорами прямиком на уазике Залипина проехал на сломплощадку. Старая рухлядь, которую или уже списали, или вот-вот спишут. Что-то уйдет в металлолом, что-то на дрова, что-то попытаются продать или обменять. Магов-артефакторов немного, далеко не у каждого есть свободное время или желание ковыряться со старой ржавой техникой. Мне интересно, я на таких площадках за службу десяток машин восстановил. В том числе три таких НЭШа, как и старая штабная машинка. Когда-то была просто прелестью, а ныне кузов можно пальцем проткнуть, хотя часть еще держится, все-таки луженый корпус.

- Так, у меня остался список, что тебе тогда потребовалось, вот здесь все. Олово, медь, и прочая резина. Железа вокруг достаточно, что скажешь то и притащим. Пиво вон, в кегах. Свет сейчас притащим. Рыба вот. Погнали? – Илья грохнул корзину с копченой треской на составленные ящики, аккуратно надел на горловину кеги кран. Наполнил простую люменивую кружку, протянул мне. Пиво хорошее, темное, вкусное. Блин, вот такие прапорщкие посиделки хорошая вещь, особенно когда офицеры знают, что работают на комполка. Тогда никто рядышком не отсвечивает, и не мельтешит, давя своими погонами и высокой значимостью для обороноспособности страны. Солдатики-срочники крутятся рядом, им просто интересно до усрачки, потому как далеко не каждый видел работу артефактора первого уровня.

Ну а я творил. Крыша, стойки, лонжероны, пороги, двери… стекла, причем сразу делал триплексы, и накладывал заклятия несокрушимости. Слабенькие, но для авто за глаза. Даже если кувыркнутся, или в аварию попадет, просто растрескаются, а потом рассыплются. Крошевом в салон не полетят вместо шрапнели. Салон, панель, обшивка салона, кресла. Точнее диваны. Багажное отделение. Крепления мостов, передний мост, задний мост, кардан. Коробка передач, из ямы делаю все, до чего не дотянуться сверху.

Вылез, посидел с мужиками, попил пива. Пришел комполка по гражданке, поручкались. Просто сожалел, что я уволился, и ему пришлось уходить на пенсию, кому-то понабилось место комполка. Ну да, только я уже и не жале., напротив, интересно становится. Такие возможности, совершенно законные… в армейке маги сильно ограниченные. Не, оклад и развитие, все знания, какие хочешь, учись только. Чем больше знает маг, тем он сильней. Развивайся, тренируйся, воюй, ура! За Родину, за Сталина! Точней, сейчас за Ягова.

А на гражданке не так. Уверен, хватает ограничений, но пака все в кайф, если честно. Впрочем, поживем – увидим, выживем – учтем.

Машина уже давно поблескивает корпусом, как новенькая. А я колдую над двигателем. Разбирать неохота, восстанавливаю изнутри наружу, заодно тренирую рентгеновское зрение и пространственную ориентировку. Двигло-то не проникается высокими идеями, но если те же цилиндры имеют разную массу, то ничего хорошего от этого не будет. Прочность пальцев, шатунов, зазоры посадок, состав бабитовых втулок… медные вкладыши, керамика свечей, нити накаливания лампочек. Потом полковник может делать с машиной что хочет, но сейчас я восстанавливаю все до заводских кондиций и по заводской комплектации, благо что нет отсутствующих деталей. Да, все основательно поработавшее, но большинство вещей помнят, что были когда-то новыми. Особенно деланые с душой, тщательно. Автомобиль для армии, штабной авто, под это подходил полностью. Одну и ту же деталь делало как минимум пять-шесть человек, а то и больше, все читали чертежи. Да, я не очень сильный менталист, еще слабей как медиум, но очень сильный и хороший некромант.

Уф... даже масло в двигателе восстановил, в коробке и мостах. Ну, не зря же я еще и алхимик первого уровня. Кожу салона тоже восстановил, тут химерология с некромантией рулит только в путь, это, пожалуй, самое простое. Старая «раз-два-три» в салоне, ее тоже наладил. Нужна – пригодится, не нужна, выкинет.

Работа в кайф, это просто прелесть. И потому ранним утром нежным светом Солнце нам машину кроет. Стандартный цвет нашей армии, оливково-зеленый. Антенна возбужденно торчит, как елда у молодого бойца.

- Пробуем? – Я кивнул Залипину, и тот провернул ключ стартера, у армейской машины это просто массивный бакелитовый переключатель.

Движок жужукнул стартером, деловито кашлянул, выбросил облачко дыма из выхлопного отверстия трубы. Шнорхель воздухозаборника над кабиной закреплен, на левой стойке багажника. Ну, может и будет толк, только преодолевать вброд глубокие водные преграды на гражданке это извращение.

Старый, но тщательно восстановленный авто выехал с площадки с ломом, и исчез за воротами части. Через час вернулся, я все это время сидел, щурился на восходящее солнце и пил пиво. Марк и Изя ( Маркиза решила, что звучит недостаточно нежно, а Изя или Изенька много круче) лазили по стальной рухляди, выискивая интересное. Илья спал, накрывшись старой шинелью. До подъема оставалось еще полтора часа.

- Вот, чего нашли. Изя в зубах, как настоящая собака, притащила мне пусть и ржавый, но вполне себе целый пистолет. ПМ, в магазине полно патронов, ну ржавый, затвор с трудом передернул. Хм… бросил его на стол. Мне неинтересен, хороший пистолет, но не более того. Отдам Залипину, вон, как раз возвращается, довольный как слон.

-Зашибись! Пошли, покажу тебе твой доджик, и поговорим насчет премии. – Фёдор улыбался, похоже, ему какой-то крутой ништяк от комполка выпадет. Ну, их дела.

- Ваш? Валялся вон под теми грузовиками, мои нашли. – я кивнул на ПМ на столе.