— Моя мутация.

— Точно, лаборатория! Нам нужно поспешить.

Освободив меня, девушка схватила за руку и потащила к выходу. Кажется, она ещё не вернула себе духовного равновесия, ведь обычно Тори предельно собрана и невозмутима, а теперь… Ладно, она счастлива и под эмоциями, так что простительно.

Вскоре мы оказались в такси и направились на вокзал.

— Мандражируешь?

— Да… Всё ещё не отошла от стресса. Это было очень волнительно! И был момент, когда я уже начала паниковать, но, увидев ваш взгляд, капитан, успокоилась. Хотя, если подумать… — она вдруг коснулась щупальцем своего подбородка. — Я тогда ощутила лёгкое покалывание по телу… Не вы ли воздействовали на меня?

— Нет, я так не умею, — возразил я. — К сожалению.

— А если бы могли? — заулыбалась осьминожка.

— Было бы классно. Враги бы сдавались. Злодеи сами бы вышибали себе мозги. Да и с проблемными людьми стало бы проще.

— Соглашусь, последнее наиболее ценно. Мне бы такую способность… — она грустно вздохнула и взяла меня за руку. — Во всяком случае спасибо. Я лишь благодаря вам не завалила презентацию.

— Не завалила бы. Громов — человек практичный, ему главное — результат, а не подача, — возразил я.

— Всё равно, — настаивала она, и я был вынужден сдаться.

А ещё мы приехали к лифту и оттуда попали в город, всё же лаборатория находится именно здесь. Почему именно в городе, а не на четвёртом уровне? Ну так людей нужно регулярно проверять на мутации. Флоту нужны Геносы. Да и Геносы среди простых людей — это чертовски опасно.

— Как… необычно! — опешила осьминожка, оказавшись на улице города. Здесь как обычно оживлённо. Вечер уже.

Мы вышли на пешеходную дорожку. Всюду были пешеходы, по дороге шёл транспорт, а ещё город был полон зелени, включая крыши домов.

— Мама, мама, смотри, пришелец! — раздался голос мальчика, шедшего в нашу сторону, и на нас уставились все прохожие. — Мне нравятся её щупальца!

— Да, красивая девушка. Но не показывай пальцами, неприлично… — женщина потянула сына дальше, и они прошли мимо нас. А народ пялился, но старался делать это так, чтобы не нарваться на неприятности. Экспедиционщиков уважают и немного опасаются.

— Минутку, — сказал я и активировал очки, связавшись с Оксаной.

— Да, капитан. Ты уже всё? — услышал голос Ледяной королевы.

— Нет ещё. Нужно Тори отвести в лабораторию. Не хочешь с нами? Я бы проверился.

— Хорошая идея. Проверься. Вдруг успел подцепить кучу болячек, что передаются половым путём, — троллила она меня.

— Ха-ха. Так ты идёшь?

— Иду, куда деваться…

Сказав ей, на каком вокзале мы сейчас находимся, завершил звонок. И осмотревшись, нашёл скамью на краю пешеходной дорожки, и мы сели. Ну и наблюдали за людьми, идущими по своим делам. Да и они поглядывали на нас. Всё же сложно не заметить фиолетовую девушку с волосами-щупальцами.

— Как будто на планете оказалась. У вас всё очень необычно и интересно. А куда все спешат?

— С работы домой или в магазины. Вечер же. Утром люди разъезжаются по всему материнскому кораблю, чтобы работать, а вечером возвращаются. Готовят ужин, отдыхают, проводят время с семьёй.

— Вот как… — кожа девушки стала синей, и я её слегка приобнял.

— У тебя было тяжёлое детство, да?

— Мы много переезжали, и везде с мамой мы были изгоями, так как немного отличаемся от нашего вида. Поэтому, да, натерпелась. Маме приходилось много работать, чтобы прокормить меня, так как на нормальную работу её не брали. Но и я помогала, как могла…

— Тогда понятно. Детства по факту не было, да и жизнь в космосе сурова. Космос не прощает слабости.

— Вы правы, капитан. Но завидно, — вздыхала учёная.

— Ну, кто знает, вдруг и у тебя будет свой домик у нас, на Пангее? Когда вчетвером жили в конуре три на три метра, вроде спустя год после Исхода, мы с мамой фантазировали на тему того, каким будет мой дом на Пангее, — начал я.

— А что такое Пангея?

Я посмотрел на неё и рассказал ей о цели нашего похода. Всё же раз она подписала контракт и теперь с нами, то можно ей довериться.

— Да. Такое может быть, — согласилась осьминожка. — Космос даже хотя бы на четверть близко не исследован. Так что, если искать, можно найти неизвестную пригодную для жизни планету, вдали от основных гиперпутей.

— Можно найти и меж путей, но смысла нет, так как нас легко обнаружат. И дай бог, за пятнадцать лет Пангею никто так и не обнаружил, — согласился я.

— Прости, я перебила тебя, продолжай.

Кивнув её, я продолжил:

— Я тогда сказал маме, что хочу просторный дом в два этажа. Чтобы и гараж, и тренажёрка были. Территорию побольше, чтобы был зелёный сад с высокими кустами вместо забора и цветами. А ещё пруд, где я смогу разводить рыбу и ловить её, когда захочется уединения и тишины. И огороды, чтобы сам выращивал свои овощи и занимался созиданием. Качели чтобы во дворе, и может, собаку большую. Может, курятник или что-то такое… Там много было, но я уже забыл…

— Дом… на планете… — осьминожка сделала задумчивое выражение лица. И судя по розовой коже, ей нравится то, о чём она нафантазировала, и щупальце потянулось ко мне. Но…

— Очередь занимай, — фыркнула непонятно откуда появившаяся Оксана и села между нас.

На ней было голубое летнее платье, а волосы собраны в хвост. Лицо же как обычно холодное и строгое.

— Очередь? — удивилась Тори, уставившись на беловолосую, и втянула щупальце обратно.

— Я буду первой женой, — строго заявила девушка, и я чуть со скамьи не упал

— Поняла. Второй буду, — кивнула та.

— А меня спросить? — приподнял я бровь.

— С твоими родителями я уже поговорила. Так что тут уже всё решено. А с фиолетовой… Спал ведь с ней? — она прищурилась и уставилась на меня.

— Он оказал мне моральную поддержку, за что я очень благодарна капитану. Без него мне бы не удалось получить финансирование своих исследований, — вмешалась Тори.

— Спал? — повторила Оксана, но строже.

— Если ты про секс, то да, но говорю же, это была моральная поддержка, — оправдывалась осьминожка.

— Так ты не хочешь замуж? — давила беловолосая.

— Хочу…

— Почему? Зачем тебе этот ксенос? Выбрала бы кого-то из своих.

— Я… — растерялась фиолетовая. — Для своих я урод… А здесь меня назвали красивой…

— Значит, хочешь поселиться среди терранов? Детишек рожать, семью завести?

— Раньше я об этом не задумывалась, но, увидев этот город и людей… И дом с садом и прудом… Да, захотелось! — честно ответила розовая, и все уставились на меня. — Но… Разве это нормально — иметь более одной жены?

— Нам Пангею заселять нужно будет, и мужчин у нас куда меньше, чем женщин. Так что это нормально, Император разрешил, — Оксана стрельнула в меня строгим взглядом. — Главное — этого кобеля сытым держать. А то что-то оживились конкурентки.

— Конкурентки? — опешила фиолетовая.

— Павел Сергеевич — у нас теперь личность знаменитая, всё же самый успешный коммодор. Титул герцога пророчат ему. Вот и оживился «незамужний контингент»…

— Но… мне «это» нужно примерно раз в полгода… — сказала розовая, и Оксана хлопнула себя по лбу.

— Бесполезная… — вздыхала Ледяная королева.

— Прости…

— Ладно, пока он не в Сердце, то всё нормально. И пойдёмте уже.

— Хорошо, но разморозишь мои ноги? Да и руки бы… — попросил я.

— Рефлекторно… — Оксана пальцами сделала улыбку.

— Кажется, ты «немного» зла, — подметил я, поднимаясь и потирая почти синие от холода конечности.

— Немного, это мягко сказано. Мне предлагали «блага», лишь бы я уступила тебя. Ты не представляешь, какая грызня началась за капитанов, — заявила беловолосая девушка, ещё больше удивляя меня. — А ещё наговорили сучки много плохого… Так что пошли в лабораторию. Потом стресс будем снимать.

Она схватила нас за руки и потащила, так что вскоре мы попали в большое красивое здание в девять этажей. Там был целый комплекс сооружений, огороженный забором, под сильной охраной.