-А где все это время будет твоя жена? – Ася смотрит так, будто прожигает насквозь, бьет в самое больное место, заставляя его вновь кровоточить. Это живая рана и затянется ли она, знает только время.

-Ты все увидишь сама.

-Не пугай меня. Подумай, стоит ли мне это видеть? Пойми, я впечатлительный человек и не смогу простить себя за то, что влезла по незнанию и по неопытности в семью, разрушив ее.

-Все совершенно не так…

-А как? Как на самом деле?

-Сложно. Но я надеюсь, что в скором времени все разрешится.

-У тебя есть дети?

-Нет, детей мы не нажили.

-Господи, только не говори, что она бесплодна и ты пошел на сторону, чтобы…

-Не придумывай то, чего нет. Ты все поймешь, но только не сейчас.

Ася подходит к окну и смотрит на улицу невидящим взглядом. Она далеко, обдумывает услышанное. Подхожу к ней со спины и обнимаю. Как мне это было нужно… ее тепло, запах, мягкость и бархатистость кожи… прикасаясь к ней, понимаю, что продолжаю жить. Ее энергия дарит мне жизнь, ее присутствие, наделяет мою жизнь смыслом. Без нее никак. И это факт.

-Я хочу есть, - Ася выпутывается из моих объятий.

-Хочет я закажу что-то особенное или схожу в магазин?

-У меня все есть, - отвечает, направляясь на кухню. На минуту я зависаю, рассматривая улицу. Пошел снег, в свете оранжевый фонарей он безмятежно падает, покрывая все вокруг белым, еще чистым ковром.

Стук ложки по тарелке заставляет обернуться меня и пойти на звук.

Ася что-то накладывает в тарелку, оббивая остатки еды с ложки о край. На плите что-то греется в кастрюле.

-Будешь со мной?

-Буду, - присаживаюсь на стул возле стола.

-И даже не спросишь, что?

-Их твоих рук я даже яд съем, - отвечаю искренне.

-Надеюсь, моя стряпня вкуснее и безопаснее яда, - улыбаясь отвечает Ася. Ставит на стол тарелку с каким-то салатом, протягивает пачку майонеза, - добавь и перемешай, только не сильно много майонеза. Послушно выполняю просьбу. Отодвигаю салат, и тут же его место занимает тарелка с борщом, рядом становится тарелка с мясной нарезкой и хлеб. – Приятного аппетита, давно мне так не хотелось есть, аж слюни текут.

-Я рад, что хоть твой аппетит обрадовался моему появлению.

-Не поверишь, я тоже рада, вот только как быть дальше, ума не приложу.

-Все решим, любые проблемы… только не отталкивай меня. Хотя, сразу предупреждаю, отделаться от меня не получится.

-Вроде и успокоил, и в тот же момент насторожил.

-Вкусный борщ, - перевожу тему. Завтра будет новый день, и послезавтра и послепослезавтра… как наступят, так и решим, что делать. Все по ходу…

Ася.

Сама не понимаю, как дала согласие на эту поездку. Возможно, причина в чрезвычайной доверчивости. Хотя, ранее за мной такое не замечалось. Как я понимаю сама себя, моя доверчивости распространяется только на обещания и доводы Ни… Тимура. Никак не привыкну. Но это имя подходит ему больше, тут не поспоришь, особенно, если сравнивать с ранее озвученными мной вариантами.

Два дня пролетели, как фанера над Парижем. За окном мелькают сугробы, трасса полупуста, редкие машины встречаются нам на пути, самое время окунуться в воспоминания и проанализировать их.

В воскресенье он притащил меня на работу увольняться. Вспоминаю, и сразу смех берет. Вы бы видели эти лица… Все, начиная с Марины Федоровны, заканчивая новоиспеченной официанткой Улькой, искали в моем внешнем виде ту изюминку, которой я зацепила такого мужика. Зависть, неприкрытая зависть сквозила в их взгляде. Маша сделала вид, что со мной не знакома, а потом и вовсе, развернувшись, убежала, словно я ее чем-то обидела; официантки перешептываясь, бросали оценивающие взгляды то на меня, то на Тимура; даже бармен, который, как мне известно натурал, и тот одарил задумчиво-мечтательным взглядом…

-Все-таки увольняешься, не доработаешь до декрета? – Марина Федоровна делает вид, будто ей есть дело до моей персоны. Уверена, что в душе она рада такому повороту, меньше проблем – проще жизнь.

-Да, Ася увольняется, - я даже не успела открыть рот, как Тимур отчитался за меня.

-И как вы? – она пытается подобрать правильный вопрос, вроде и интересно все разузнать, а вроде и за меня переживает. – Где будете жить? Здесь или…

-Разберемся, - отрезает Тимур. – Это все, что ей надо подписать?

-Да… вроде все, - она просматривает документы. – Расчетные будут только в понедельник, сами понимаете бухгалтерия работает по пятидневке.

-Переживем, - Тимур поднимается, берет меня, как маленькую, за ручку и ведет на выход, - удачи, - бросает напоследок.

-До свидания, - успеваю вставить до того, как захлопнулась дверь. Почему-то пришло на ум такое странное сравнение: я – Пятачок, которого Винни Пух привел в гости к Кролику, со стороны выглядит забавно. В данной ситуации не до шуток, а мне смешно, наверное, гормоны шалят. Или это запоздалая защитная реакция организма на стресс, проводит аналогии со сказочными персонажами, чтобы не так грустно и печально все выглядело… Хм… только почему я не представила себя Золушкой?

И опять, проход по общему коридору, выглядывающие из разных помещений работницы, оценивающие взгляды и… зависть.

А вот я себе не завидую… Как бы мне хотелось, чтобы в моей жизни было все, как у людей. Хороший парень, пусть не богатый, но работящий, чтобы романтика… восходы и закаты вместе, свадьба, планирование ребенка, его воспитание… А получилось, как получилось…

Чувствую горячую руку Тимура, украдкой смотрю на него… красивый, взрослый, умный, с ним не страшно и да, у меня есть к нему чувства. От этого-то и будет больнее, если все пойдет не по плану. Хотя, я даже не знаю, каков он, этот план.

Так задумалась и залюбовалась, что не смотрю под ноги, спотыкаюсь на ровном месте. Тимур крепче сжимает руку и перехватывает другой.

-Ты чего? Тебе не плохо? - смотрит обеспокоенно в глаза.

-Просто споткнулась, ничего страшного.

-Радость моя, смотри под ноги, а не на меня, - вот уж… ничего от него не ускользнет. – Поедем к тебе или куда-то поужинать?

-Я никуда не хочу. Спать хочу. Последнее время у меня мало было времени на сон, прямо мечта - выспаться.

-Тогда заскочим в магазин и к тебе, хорошо? – а что мне остается, лишь кивнуть.

Вот, еще один момент, который меня беспокоил – это совместный сон в одной кровати, точнее, диване. Почему-то это стало для меня волнительным мероприятием… Только пока не пойму, то ли от того, что сдерживалась, чтобы не прижаться к Тимуру, то ли переживала, что он ко мне не пристает… Может теперешнее мое положение отталкивает его, как мужчину… Хотя, о чем я думаю! Мужик приехал к одной девушке, а увидел совершенно изменившуюся, и скорее всего не в лучшую сторону.

И вишенка на торте для моей ранимой психики – он женат. Я даже представить себе не могу, какими должны быть обстоятельства, чтобы я их приняла и поняла. Это - бесспорный барьер и преодолею ли я его, вопрос.

В понедельник мы были у моего врача-гинеколога, забрали карточку беременной и, напоследок, Тимур договорился с ней о больничном листе, который она сама открыла, обязалась продлевать по звонку и, закрыв его, отнесет в институт. Деньги творят чудеса.

-Только я не смогу держать ее на амбулаторном лечении больше двух-трех недель, потом я должна перевести ее в стационар, - поясняет врачиха.

-Нам больше и не надо, - Тимур совершенно не смотрится в этом кабинете, он словно инородный предмет, сразу бросается в глаза. Дело в том, что больница наша ремонтировалась последний раз, лет десять назад, соответственно, краска кое-где облупилась, линолеум потерт, мебель столетняя… и тут он – весь в тату, странные кольца на пальцах, в модной одежде… словно привет из будущего в нашем зашарпанном прошлом.

-Смотрите, не подведите меня, - просит она, - я сильно рискую.

-Я обещаю, как только решим вопрос с переводом в другой институт, станем на учет к врачу, в тот же миг сообщу вам. А вы уж… выполните свою часть договора.