Неприятная ситуация, в которую сам себя загнал, но я точно это не планировал.

Выхожу. Сидит Аська, как бы она не противилась этой интерпретации ее имени, но я буду так ее называть, на диване, подтянув ноги к груди. Замоталась в этот дурацкий безразмерный халат и смотрит на меня, как зверек из норки.

-Что? – интересуюсь, приподняв одну бровь.

-Здесь кровать одна.

-Неужели, - театрально прикладываю руку к груди.

-Вы же знали об этом. Сами сказали, что видели фото домика на сайте.

-Ну уж прости, здесь нет двухместных апартаментов и опции «все включено». Опыт совместного «спания» у нас имеется, так чего сейчас строить из себя обиженку и тратить драгоценное время на выяснение отношений. – Подхожу к кухонной части, а там и «конь не валялся». – Лучше бы приготовила чего, вместо загруза своего мозга об этических соображениях. – Поворачиваюсь в ее сторону. Смотрит так, словно обдумывает, с какого боку ко мне подойти и начать расчленение. Ход ее мыслей, заставляет улыбнуться. - Иди в душ, погрейся под горячей водой, не хватало еще заболеть. – Поднимается, подходит к входной двери, сгребает свои мокрые вещи и топает в ванную.

-Так… где тут у нас датчик… - разговариваю сам с собой в поисках терморегулятора теплого пола. Надо бы увеличить температуру, чтобы дом хорошо прогрелся, да и вещи потом развешу, чтобы до утра высохли. Нахожу его так же у входной двери и корректирую температуру.

Женщина в доме, а готовить придется мне.

Смотрю на набор продуктов, купленных мной, и пытаюсь составить меню. Значит так, будет яичница, бутерброды и чай. Чем не мишленовский уровень?

За то время, что Ася возится в ванной, я успеваю накрыть на стол. Она выходит в тот момент, когда я разливаю кипяток по кружкам.

-Проходи - не бойся…

-А вы молодец, умеете готовить, - садится на стул напротив и рассматривает в тарелки приготовленный мною шедевр. Глазунью.

-Слушай, я думаю, что даже рукожоп к тридцати двум годам сможет пожарить яйца. Кушай, детка… Когда я ем, я глух и нем.

На какое-то время замолкаем, каждый занят тщательным пережевыванием пищи. Только, когда принимаемся пить чай, начинаем перекидываться фразами.

-И вы верите в дружбу между мужчиной и женщиной, - в ходе разговора выходим на эту тему.

-А почему нет? У меня в организации работает много женщин. Если нет сексуального влечения, то общение может складываться и в этом русле.

-Например, у вас к женщине нет интереса, но он может быть у нее.

-Когда не даешь ложные надежды, умная, сразу поймет, что ей не светит. А с дурами я не имею дел.

Не знаю, что в моем ответе заставило Асю поникнуть. Я же не говорил, что это относится к ней. Неужто малышка испытывает ко мне влечение?

Смотрим друг другу в глаза. Я изучаю, а Ася тушуется, быстро допивает содержимое своей кружки и, прихватив тарелку, направляется к раковине. Включает воду и принимается мыть посуду. Допиваю свой чай, собираю посуду, чтобы подкинуть Ася для мытья. Подхожу к ней со спины и, протянув руку с тарелкой, чуть наклоняюсь, чтобы поставить ее в раковину.

Ася вздрагивает, почувствовав прикосновение моей груди к своей спине. Резко поворачивается и так смотрит… что волна возбуждения прокатывается волной от макушки до пят. Она меня хочет. А я? Черт, еще неделю назад я говорил себе, что она маленькая для меня, не вытянет. А сейчас? Мозг вопит: «Хочу!».

А как быть потом?

Я чертов эгоист. Не слушаю доводы разума, а наклоняюсь и нежно целую ее. Оттолкнет, значит ничего не будет. Даже спать пойду на диван. От греха подальше.

Но нет, Ася не отталкивает, а наоборот, отвечает.

-Если ты не хочешь, я могу остановиться, - даю ей последний шанс.

-Я хочу, - не задумываясь отвечает.

Забираю губку для мытья посуды из ее рук, выключаю воду и, веду ее к кровати.

Ася.

Почему так в жизни происходит? Вокруг тысячи людей. С кем-то ты общаешься; мимо кого-то проходишь, не обратив и внимания; кото-то задеваешь случайно плечом, извиняешься и больше никогда не встречаешь… Всюду люди, люди… они снуют, как муравьи… И среди этих сотен, тысяч, миллионов встреченных тобою людей, ты выделяешь одного…

А потом миллиард раз ставишь себе вопрос: «Почему он?».

Страшно признаться даже самой себе – я залипла на этого мужчину. И думаю, что это случилось не в то утро, когда проснулась в его квартире, а намного раньше… В тот миг, когда я вышла в зал, неся к его столику два ведерка со льдом. Да, это была точка отсчета. А потом, как ком… Каждое его действие – капля, взгляд - огонь, слово – воздух… Мне нравится дышать с ним одним воздухом, он легкий, приятный, как анестетик…

Ник сгребает свои вещи и совершенно не стесняясь своей наготы, идет в ванную комнату. Да, я отвернулась, да, я не смотрю, но… краснея и жутко смущаясь, я все же украдкой поглядываю ему вслед.

Черт… Начинаю самоконтроль только тогда, когда осознаю, что облизываю губу и, о нет, я закусила ее! Только бы он не увидел! Ник, решает больше не искушать меня, просто бросает халат на диван, предлагая его надеть вместо мокрой одежды, и скрывается в ванной.

Провожу рукой по волосам. Надо раздеться, ощущения от мокрой одежды неприятные. Быстро сбрасываю ее и мчусь к дивану. Хватаю халат и натягиваю на себя. Да, так однозначно лучше…

И тут, я смотрю сквозь полку за спинкой дивана. За ней стоит кровать. Большая, двуспальная…

В каком-то полушоковом состоянии принимаюсь крутиться вокруг себя, рассматривая комнату заново. Я будто вижу ее впервые. Как, почему я не обратила на это внимание в первый раз? Двери… их только две. Одна ведет в ванную комнату, а вторая – выход.

Как-то обреченно, что ли, усаживаюсь на диван, подтягиваю ноги к груди и жду. Чего? Не знаю… Боюсь ли я Ника? Нет. Я боюсь себя…

Вышел из ванной Ник, обмотанный полотенцем, и на этом, спасибо… Его слова ничего не объясняют. Впрочем, как обычно. Он говорит много, но его слова - песок… Набрал полную горсть в руку, поднял вверх, а песчинки просочились сквозь пальцы, оставив лишь легкий налет.

-Ну уж прости, здесь нет двухместных апартаментов и опции «все включено». Опыт совместного «спания» у нас имеется, так чего сейчас строить из себя обиженку и тратить драгоценное время на выяснение отношений. Лучше бы приготовила чего, вместо загруза своего мозга об этических соображениях… Иди в душ, погрейся под горячей водой, не хватало еще заболеть. – Он все это говорит, а я внутри дрожу от страха с мыслью о том, как пережить эту ночь.

Кто бы знал, как мне хочется прикоснутся к нему, провести рукой по прокачанным мышцам; коснуться волос на голове, ощутив их мягкость или наоборот, жесткость; провести носом по его шее, уловив только ему присущий аромат; обвести пальцем замысловатые узоры, набитые у него на груди и руках…

Это… необычно, несвойственно мне… все эти действия.

И вот он вопрос: «Почему он?».

Из десятка ранее привлекавших меня парней, да даже и Артур, который стал последним увлечением, не вызывали во мне такого маниакального желания тактильного контакта. Я чувствую не просто желание прикоснуться, а необходимость. Внутри, меня разрывает на куски от мысли, что я не могу это сделать.

Ем приготовленную им яичницу, пью чай, чувствуя себя роботом. Движения последовательные, закономерные… они не должны выдать мое внутреннее состояние. Уверена, что будет больнее, если я прикоснусь, а он оттолкнет, непоймет или засмеется. От этого сердце просто остановится.

Нет, я не влюбилась, точно. Это не любовь, это какое-то помутнение рассудка, навязчивая мания, сопровождаемая мыслью, что если я не прикоснусь к нему, то мир рухнет… разлетится на куски, вдребезги.

Надо занять себя какой-то простой работой, отвлекающей от дурных мыслей. Поднимаюсь и прохожу к раковине, чтобы помыть посуду.

На доли секунды я отвлекаюсь, слежу за движением воды, стекающей с рук, омывающей тарелку… Это умиротворяет, снижает внутренний накал.