— И он не единственный? — повернулась к Марине.
— Я еще два видела, — убитым тоном подтвердила она.
— Такие же? — кивнула за спину.
— Нет, но похожи.
— Там внизу телефон рекламного агентства есть, тебе видно? У меня все перед глазами расплывается.
— Название вижу, можно в интернете найти.
Не отходя далеко, нашли нужный телефон и позвонили.
— Рекламное агентство «Радужный ручей», администратор Олеся, чем могу помочь, — Марина поставила на громкую, и мы обе могли слышать миловидный женский голос.
— Здравствуйте, — откашлялась. — Олеся, меня зовут Виктория. Кажется, меня хотели разыграть, но сделали это не слишком смешно. В городе появились билборды с моим изображением, но я не давала разрешения использовать мои фото. С кем я могу об этом поговорить?
— Виктория, — девушка стушевалась. Очевидно, она поняла, о каких изображениях я говорю. — Этим заказом занимался Павел Олегович, наш главный дизайнер, монтировали ночью, заказ срочный. Нам предоставили разрешение от собственника, все законно. Вы можете подъехать к нам в агентство с паспортом, будем разбираться.
— Скоро буду.
— Нет-нет, руководства сегодня нет на месте, приходите в понедельник после десяти.
— Олеся, — скрипнула я зубами. — Я преподаватель. А мои обнаженные компрометирующие фото развешаны по городу. Звоните своему руководству сейчас же! А я пока схожу в полицию заявление на вас напишу!
— Виктория, не нужно в полицию! — взвизгнула девушка. — Я сейчас же свяжусь с Павлом Олеговичем и вам перезвоню.
— Жду, — выдохнула зло.
Прохожие на улице уже стали на меня оглядываться и показывать пальцем.
Включила свой телефон, сфотографировала билборд и отправила Вадиму.
«Привет от Дениса. Когда снова будешь с ним стриптизерш щупать, не поленись, дай по морде.»
Спустя минуту Вадим перезвонил, но в это же время позвонила и Олеся из рекламного. Предпочла ответить сначала ей, Вадима сбросила.
— Виктория, Павел Олегович приносит вам свои извинения, — затараторила девушка. — Приезжайте прямо сейчас к нам. Большая Ольшанская, тридцать три. Постараемся уладить ваш вопрос.
— Олеся, чтобы не терять время, может уже выслать кого-нибудь для демонтажа этих изображений, — старалась говорить ровно, спокойно, удавалось с трудом. От злости хотелось наорать на эту девушку, топать ногами и верещать на всю улицу.
— Виктория, это невозможно. Вы же понимаете, что пока вы не подтвердите свою личность и не напишете заявление на демонтаж рекламных конструкций, мы не сможем отправить бригаду.
— Ладно, — согласилась, скрипнув зубами. — Скоро буду.
Вадим все звонил и звонил, наконец ответила.
— Как там твой друг? — спросила вместо приветствия. — Ну тот, с которым на соседних горшках, одну стриптизершу на двоих, ну ты понял, да?
— Вик, я тебя понимаю, но постарайся успокоиться.
— Успокоиться? — эмоции все же прорвались. — Вадим, я преподаватель начальных классов! Это не один плакат, их много по городу. Это просто ужас! Ты представляешь, что я сейчас чувствую? Да на меня уже оборачиваются на улице!
— Хватит на меня кричать, — ледяным тоном остановил истерику Ардашев. — Денис на звонки не отвечает. На плакатах наверняка есть контакты агентства, что их развесили. На твоем фото не разобрать.
— Я уже связалась с рекламщиками, — выдохнула устало. — Сейчас еду к ним.
— Держи меня в курсе, — попросил Вадим. — Вик, мне жаль, что он так поступил. Такого я ну никак не ожидал, это уже перебор.
— То есть травить меня не перебор было? — обалдела я. — Знаешь, Ардашев, есть такая замечательная поговорка: «Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты!»
— Прекрасно! — скрипнул зубами Вадим. — То есть снова я крайний?
— Мне пора. Постараюсь заставить их снять плакаты как можно скорее.
— Я на связи, — снова предупредил Вадим. — Жду звонка.
— Марин, ты со мной? — повернулась к подруге.
— Конечно. Вик, а ты не перегнула палку со своим Вадимом? Мужчины не любят, когда с ними так разговаривают. А уж крик и вовсе единицы переносят. Судя по тому, что ты про него рассказывала, он не из них точно.
— Сильно кричала? Марин, да я на взводе. Не сдержалась. Ты знаешь, как на эту Большую Ольшанскую попасть?
— Знаю, это в третьем микрорайоне, там, где новостройки. Давай такси возьмем, пешком долго добираться.
Глава 40
— Девушка, милая, и вы нас поймите! Заказчик предоставил разрешение от вашего имени, мы действовали по закону.
— А разве он предоставил доверенность от меня? Как вы вообще могли развесить такие изображения? Кстати, а кто именно заказал монтаж?
— К сожалению, мы не можем разглашать имен заказчиков, это коммерческая тайна.
— Я все-таки пойду в полицию, — пригрозила я. — Вы уничтожили мою репутацию! И даже не хотите сообщить по чьей прихоти! Вы обязаны сейчас же снять все эти плакаты! Немедленно!
— Как скажете. Но придется оплатить срочный выезд бригады. Всего семь билбордов по городу, размер три на пять, с вас тридцать пять тысяч рублей. Карта или наличные?
— Что? — у меня аж голос сел от вопиющей наглости. — Вы хотите, чтобы я еще и оплатила работы по демонтажу?
— Конечно. Срочный выезд оплачивается по двойному тарифу, но мы готовы предоставить вам скидку, так как ситуация нестандартная.
Переглянулись с Мариной. Она отвела меня в сторону, подвела к кулеру, заставила выпить стакан воды и усадила на диванчик для посетителей, а сама вернулась к девушке за стойкой администратора и Павлу Олеговичу, который все это безобразие и санкционировал.
— Мне нужны реквизиты для оплаты, — услышала я ее голос.
— Одну минуту. — Олеся защелкала кнопочками и через пару минут выдала подруге лист А4.
— Вик, дай телефон на минутку, — попросила подруга.
— Зачем? У меня на карте нет такой суммы.
— Не переживай, просто дай мне телефон.
Протянула подруге аппарат. Она сфотала реквизиты, пощелкала еще что-то, потом набрала чей-то номер на моем телефоне.
— Вадим? — ошарашенно услышала я. — Меня зовут Марина, я подруга Вики. Мы с ней сейчас в том самом рекламном агентстве, с нас требуют тридцать пять тысяч за срочный демонтаж. Реквизиты я вам отправила, — подруга что-то послушала молча, потом кивнула, соглашаясь. — Вы правы, так будет лучше. Вик, карточка с собой? — обратила она внимание на меня.
— Нет, дома оставила.
— Давайте тогда на мою.
Марина продиктовала Вадиму свой номер телефона и отключилась. Спустя полминуты ей пришло сообщение о зачислении денег. Подруга спокойно расплатилась за демонтаж, пока я молча наблюдала за развитием событий.
— Ну вот и все, — села она рядом со мной.
— Сегодня к вечеру все работы по демонтажу будут выполнены, — с елейной улыбочкой заявил Павел Олегович. — Надеюсь, конфликт исчерпан?
— Шутите? — вскинулась на него Марина. — Прямо сейчас мы идем писать заявление в полицию на вашу шарашку!
Марина еще поприпиралась с наседающим на нее главным дизайнером, а из меня будто весь воздух выпустили. Стало вдруг все равно. Положила ладони на живот и задумалась. Где-то в глубине души я уже готова была простить Вадима, готова была впустить его в свою жизнь, прояви он чуть больше настойчивости. Тем более, что он отец моих будущих детей. Но сегодняшняя история в очередной раз показала, насколько его мир полярен моему.
Признаться, даже после вопиющего поступка Дениса я не поверила его угрозам, что эти фото окажутся достоянием публичности. Не поверила, а зря. В моем окружении нет настолько бесчестных, подлых людей. И потому я не ожидала подобного и от него. Вадим довольно состоятелен, он крутится совсем в других кругах, где, видимо, принято смешивать людей с грязью в угоду собственным желаниям. Мне этого не понять. Просто не понять.
— Вик, ты чего? — вывела из состояния задумчивости Марина. — Идем?
— Да, пошли.
— Ты не обиделась, что я так по-простому с твоим Вадимом? Денег с него стребовала?
