— Да всем известно твое отношение к детям, они тебе не нужны!

Вадим поиграл желваками, ответил не сразу.

— Не нужно решать за меня, — почти спокойно попросил он. — К тому же, мне нужна ты. Не переживай, исключительно шкурный интерес.

Покачала головой, посмотрела на него.

— Знать ничего не хочу.

— Какой срок? — перевел тему Вадим. — Когда это случилось?

— В начале августа. Сюрприз удался.

— Ты серьезно собираешься остаться здесь?

— Собираюсь. И ты меня не выгонишь, — уперся Вадим. — Гостиницу я не бронировал, так что идти мне совершенно некуда.

— Ты пользуешься тем, что я физически слабее и не могу тебя выставить.

— Пользуюсь, — притворно вздохнул наглец.

— Но я могу вызвать полицию! — наставила на него пальчик.

— Ты этого не сделаешь, — поймал он мою руку и легонько потянул на себя.

Тут же уперлась свободной ладошкой ему в грудь.

— Пусти, не трогай меня.

— Вик, прости, что я такой дурак, — вроде бы искренне попросил Ардашев, не отпуская. — Я безумно, до черных точек перед глазами приревновал тебя к Денису. Знаю, меня это совершенно не извиняет. И вообще… Как представлю, чего ты натерпелась из-за меня, что пережила… Прости.

— Я тебе не верю, Ардашев, — вырвалась и отошла. — Больше не верю. Я не давала поводов для ревности. Даже тот танец с Сергеем и то так себе повод. А ты подумал обо мне самое мерзкое. Причем противнее всего, что ты даже не сомневался в своих выводах. Ни на секунду у тебя не мелькнула мысль выслушать меня! Если бы Леша не рассказал тебе то, что рассказал, ведь ты так бы и не пришел. И не надо мне теперь рассказывать, как тебе бедненькому без меня плохо! Ложь! Не верю ни единому слову!

— Вика…

— Хватит! Мне нельзя нервничать. Собираешься оставаться здесь — что ж, выгнать тебя не в моих силах, с полицией связываться не хочу, уже поздно, а мне завтра на работу. Так что… вот диван, — указала на озвученный предмет мебели. — Располагайся!

— Что, и подушку не дашь?

Посмотрела на Ардашева долгим взглядом, вздохнула тяжело, показательно тяжело и все же выделила комплект постельного белья и подушку. Вместо одеяла предоставила плед, исключительно потому что у меня только одно одеяло.

Закрыла дверь в спальню и постаралась уснуть. Завтра рабочий день, нужно постараться хоть немного отдохнуть. Уже засыпая пришла здравая мысль. Если Ардашев не бронировал гостиницу и ему негде остановиться, то где же его чемодан? Выяснять это посреди ночи не стала, перевернулась на другой бок и снова закрыла глаза.

Утром проснулась от возни Вадима на кухне. Мужчина вел себя по-хозяйски. По квартире плыл запах свежесваренного кофе, что-то шкворчало на сковороде. Не смогла сдержать улыбку. Потянулась и поплелась в ванную. По дороге кинула взгляд на часы, до моего будильника еще двадцать минут, что ж, можно не торопиться.

Вадим в ванной уже был, об этом явно свидетельствует новая щетка, которой еще вчера здесь не было, а также бритвенный набор. Так-так-так. Ладно, посмотрим. Приняла душ, нанесла легкий макияж, почистила зубы. Придирчиво осмотрела себя в зеркало — красавица! Улыбнулась собственному отражению и вышла навстречу новому дню.

Неужели это разочарование? Когда покинула ванную, закончив водные процедуры, в квартире в качестве напоминая о Вадиме остался лишь запах кофе, грязная сковорода в мойке, о, и еще чемодан. Заметила, заглянув в комнату, где Ардашев ночевал. Диван он небрежно собрал, заметно отсутствие навыка, белье сложил горкой в изголовье. А сам ушел. Я даже не слышала, когда хлопнула дверь. Что ж, тем лучше, — преувеличенно бодро заявила самой себе.

Кофемашина еще не отключилась, значит, кофе он варил не более двадцати минут назад. Да и сковорода еще горячая, видимо ушел только что. Прошла в прихожую, мои ключи на месте, дверь мужчина просто захлопнул. Оставил чемодан, зубную щетку и прочее как явный намек, что собирается вернуться.

И как я к этому отношусь? Отрицательно! Пусть катится в гостиницу!

Прекрасное утреннее настроение оказалось безвозвратно испорчено. Без удовольствия выпила чай с наспех сделанным бутербродом, закусила яблоком и пошла одеваться. Работу никто не отменял.

Цветы все также лежали на тумбочке в прихожей. Букет заметно увял. На эмоциях взяла его с собой и выбросила в урну у подъезда. Днем все время дергалась, ждала чего-то. Инесса заметила мое взвинченное состояние, но рассказывать подруге ничего не стала. Порадовалась за них с Игорем. Вот так вот нечаянная встреча, случайное знакомство оказалось чем-то большим, они теперь настоящая семья. Глаза у девушки уже не первый месяц горят, ребята счастливы.

Вечером, ругая себя последними словами все же забежала в магазин, купила кусок мяса для запекания, и еще кое-какие мелочи, без которых сама прекрасно обошлась бы до выходных. В подъезд входила с опаской, а вдруг Вадим сидит под дверью? Но нет, обошлось.

Попав в квартиру, сразу же отправила мясо в духовку, запекаться ему часа полтора, не меньше. Переоделась, сделала влажную уборку, ругаясь на себя при этом. Зачем я все это делаю? Отдыхать нужно после работы, а я пытаюсь произвести впечатление на человека, думающего обо мне всякие гадости.

Вздрогнула от звонка телефона. Бросила взгляд на дисплей — мама.

— Викуль, привет, — бодро приветствовала родительница. — Как самочувствие? Как мои внуки?

— Спорят, кому нужно больше места и пинаются при этом нещадно, — пожаловалась я, присаживаясь на спинку дивана.

— У тебя странный голос, все в порядке?

— Мам, как ты это делаешь? Стоит только произойти малейшим переменам в моей жизни — ты уже чувствуешь.

— Ты тоже так сможешь, — усмехнулась она. — Что за малейшие перемены?

— Вадим заявился.

— И?

— Что и? Хотела выставить его, но для этого пришлось бы вызывать полицию. Сегодня сам ушел.

— Вик, вы помирились? — осторожно поинтересовалась родительница.

— Нет! Но зато я высказала ему все, что о нам думаю. Ну, большую часть.

— Полегчало?

— Да не очень.

— Побей его полотенцем, — посоветовала мудрая женщина. — Расколоти пару тарелок, потребуй дорогой подарок…

— Не нужно мне от него ничего, — проворчала я. — И что, часто папа получает полотенцем?

— Бывает, — рассмеялась мама. — Вик, ты на меня не обижайся ладно, за то, что скажу? Я твоего Ардашева толком и не знаю. Но он отец твоих будущих детей. И, как бы сложно у вас ни было, как бы запутанно, сколько бы обид вы друг на друга не таили, дети ни при чем. Они не должны ощутить на себе и малой толики вашего недопонимания. Это крохи, которым нужны оба родителя. И если Вадим хочет принимать участие в их жизни, ты не имеешь права лишать моих внуков отца.

— Ты еще не все знаешь, — с мстительным удовольствием заявила я. — Вчера ко мне на работу заявлялась его приемная мать. Предложила двести тысяч, чтобы питалась хорошо и родила ей здорового внука, которого она сразу же намеревается забрать. Чтобы, якобы, мне же облегчить жизнь!

— Господи! — выдохнула мама. — Она жива?

Невольно рассмеялась.

— Жива. И даже ушла на своих двоих. И космы я ей не проредила. Гордись, какая я сдержанная!

— Умница моя! Я бы точно не сдержалась.

— Да и я с трудом, если честно. Наврала ей, что у меня будет девочка и Вадим не имеет к ребенку никакого отношения.

— Но Вадим правду все же знает?

— Знает. С Лешей говорил, потому и прилетел.

Раздался звонок в дверь.

— Это в дверь звонят? — расслышала мама. — Ждешь кого-то?

— Вадим наверняка, — тяжело поднялась и пошла в коридор. Выглянула в глазок — действительно Ардашев. — Ладно, мам, пойду. Рада была тебя слышать.

— Викуль, ты только не горячись, — напоследок попросила она. — Постарайся его понять. Мы все разные, нужно уметь подстраиваться.

— Ты за кого вообще? — возмутилась вполне серьезно.

— Я за своих внуков! — отрезала мама.