Борьба бейлербеев против испанцев и шерифов (1536–1568 годы). При отъезде в Константинополь Хайраддин передал власть своему халифу Хасану Are (1536–1543 годы), правление которого отмечено попыткой Карла V овладеть Алжиром. Получив новое подтверждение нейтралитета со стороны короля Франции, император хотел нанести решающий удар по притону раисов. Чтобы быть уверенным, что он не подвергнется атаке османского флота, он выслал свою армаду из 516 судов с 12 330 моряками и 24 000 солдат в устье реки Харраш лишь осенью (23 октября) 1541 года. Армии удалось достичь господствующих над городом высот, но она была дезорганизована грозами и проливными дождями. и враг обратил ее в бегство. После трехдневного тяжелого отступления, которое прикрывали мальтийские рыцари, беглецам удалось у мыса Матифу соединиться со своим флотом, 140 судов которого были уничтожены бурей. По совету своего адмирала Карл V отказался от дальнейших попыток атаковать город и погрузил остаток своих войск на суда (3 ноября). Алжирцы захватили огромную добычу и прослыли непобедимыми, хотя в действительности успех был обеспечен стихийными силами природы.

В результате победы турок на их сторону перешел король Тлемсена Мулай Мухаммед, который отверг сюзеренитет Испании и передал Мешуар туркам. Это был прекрасный повод для вмешательства христиан. Губернатор Орана граф д'Алькодет тотчас же выдвинул кандидатуру юного брата короля — Абдаллаха и во главе экспедиционного отряда вступил в Тлемсен (6 февраля 1543 года). Но не прошло и месяца, как он покинул город и с трудом добрался до своей базы, а тлемсенцы тем временем призвали своего прежнего государя. Метод рейдов во внутренние районы страны без последующего закрепления территории не оправдывал себя и приводил к серьезным неудачам.

После нескольких месяцев полуопалы, вызванной, быть может, недостатком твердости при осаде Алжира, Хасан Ага был заменен сыном Хайраддина, Хасаном пашой (1544–1552 годы), который сосредоточил свои усилия в основном на западе Регентства. Чтобы помочь Мостаганему, осажденному графом д'Алькодетом, янычарам пришлось оставить Тлемсен, король которого вновь стал клиентом Испании (1547 год). Тогда новый шериф Мухаммед аль-Махди, победитель Ваттасидов, использовал бездеятельность турок и занял зайянидскую столицу, в которой у него были осведомители (1551 год). Но его сын, окрыленный этим первым успехом, не остановился на этом, захватил Мостаганем и пошел вверх по долине Шелифа. Испанцы, парализованные трудностями в Европе, не двинулись с места. Зато Хасан паша, ставший бейлербеем после смерти отца (1546 год), реагировал весьма энергично. Турецкая армия под командованием ренегата Хасана Корсо и при поддержке западных племен, восставших против марокканского господства, вернула Мостаганем, разбила шерифскую армию и преследовала ее до Мулуи, а затем вернулась в Тлемсен. Хасан Корсо воздержался от восстановления на троне вассального зайянидского государя, разместил в городе гарнизон и назначил турецкого наместника. Постоянная оккупация одного из крупных городов Запада означала конец испанских походов в Оранском хинтерланде. Конфискация имущества тлемсенцев, которые не приняли амнистию, позволила генералу-победителю преподнести великолепные дары новому бейлербею Салаху Раису, назначенному вместо Хасана паши благодаря поддержке посла Франции в Константинополе.

Салах Раис прославился как соратник Барбароссы и командовал османским флотом. Это был суровый и смелый вождь, проводивший время в сражениях. Он заставил каидов Туггурта и Уарглы платить дань. В Кабилии он не смог покорить Бану Аббас, которые восстали после того, как помогли ему завоевать Юг, но привлек на свою сторону их противников — Куко, среди которых была набрана его кавалерия в марокканской кампании. Кандидатура Ваттасида Бу Хассуна дала ему желанный повод для выступления против шерифа, которого он обратил в бегство у Тазы (декабрь 1553 года). Тщетно пытался он от имени султана сохранить Фес — восстание населения заставило его провозгласить Бу Хассуна. Во всяком случае он захватил для турок сначала крепость Пеньон де Велес (1554 год), откуда бесстрашный Яхья Раис опустошал берега Иберийского полуострова, взяв свыше 4 тысяч пленных (1558–1562 годы), затем город Бужи, которому вице-король Неаполя вовремя не оказал помощи (1555 год). Находясь под угрозой банкротства, Филипп II Испанский также не смог организовать экспедицию и волнение своих подданных успокоил тем, что казнил злосчастного губернатора Бужи, сделав его козлом отпущения. Только по не зависящим от него причинам не сдался и Оран (1556 год). Смерть Салаха Раиса и отозвание алжирских галер для защиты Босфора, а затем отставка Хасана Корсо спасли, быть может, этот важный пресидио, который не получал никаких подкреплений.

Внезапная кончина Салаха Раиса повела к столкновению между янычарским войском и таифой. Назначенному Портой бейлербею Текелерли янычары преградили доступ в Алжир и требовали назначения на эту должность Хасана Корсо. Однако заговор раисов позволил Текелерли проникнуть в город и захватить Хасана Корсо, который был посажен на кол и три дня умирал у ворот Баб-Азун; но вскоре сам паша был убит янычарами.

Беспорядки в Регентстве заставили султана вновь апеллировать к авторитету Хасана ибн Хайраддина (июнь 1557 года). Ухудшилось положение на западе, еде шерифская армия, овладев Тлемсеном, осадила небольшой турецкий гарнизон в Мешуаре. Убийство турецкими дезертирами Мухаммеда аль-Махди и беспорядки в связи с вопросом о наследовании позволили бейлербею вторгнуться в Марокко, но угроза нападения испанцев на его арьергард заставила бейлербея вернуться морем не заходя в Фес. Возможно, что это поспешное отступление ободрило графа д'Алькодета. Падение вассального Тлемсенского государства разрушило его надежду преградить туркам доступ на оранские плато. Он надеялся, что с взятием Мостаганема будет ликвидирована главная стоянка турецкого флота. Он уже дважды терпел неудачу (1541 и 1547 годы). Его третья экспедиция закончилась катастрофой. Неопытное воинство было захвачено врасплох и окружено. Губернатор погиб, свыше 10 тысяч солдат были убиты или уведены в плен (август 1558 года). Испанцы не смогли восстановить свой престиж после этого удара и с этих пор оставались блокированными в городах Оране и Мерс аль-Кебире.

Хасан паша готовился к борьбе с шерифом, когда янычары, которых он разъярил своими действиями в Кабилии, отправили его в цепях в Константинополь, обвиняя в стремлении к независимости (июнь 1561 года). После кратковременного правления одного паши, который казнил наиболее скомпрометированных бунтовщиков, Порта восстановила Хасана пашу на посту бейлербея (1562 год). Он сейчас же взялся за осуществление своих проектов, осадив Оран и Мерс аль-Кебир; но сопротивление испанцев дало флоту Дориа время прийти им на помощь, и турки, понеся тяжелые потери, были вынуждены вернуться в Алжир (3 апреля — 7 июня 1563 года). Хасан готовил реванш, когда султан отозвал его из Алжира сначала для участия в осаде Мальты (1565 год), затем для командования османским флотом в звании капудан-паши (начало 1567 года). Управление Регентством он передал паше Мухаммеду ибн Салаху Раису, который занялся ликвидацией в Алжире последствий чумы, голода и разбоя. Чтобы смягчить соперничество между оджаком и раисами, паша разрешил янычарам поступать на пиратские суда. Он только что восстановил турецкую власть в Константине, когда ему был дан другой пашалык, а на его место назначен бейлербеи Ульдж Али (март 1568 года).

Ульдж Али и конец хафсидского государства. Последний бейлербей Ульдж Али (1568–1587 годы), быть может, был вместе с Хайраддином самой крупной фигурой эпохи турецкого господства. В юности он был захвачен корсарами на берегах Калабрии; на галерах каторжане презирали его за то, что он был покрыт лишаями; говорили, что он согласился принять ислам только для того, чтобы отомстить ударившему его турку. Он быстро стал надсмотрщиком (comite) на галере, занялся пиратским промыслом и отличился под командованием Хасана ибн Хайраддина и Драгута при осаде Мальты. Христиане приписывали его меланхолию не столько болезни, сколько угрызениям совести вероотступника. Французский посол в Константинополе, близко знавший Ульдж Али, утверждал, что втайне он исповедовал христианство, да и алжирские янычары сомневались в его приверженности исламу. Тем не менее он отрицательно отнесся к авансам Филиппа II, которые тот сделал ему по наущению папы.