Ее реакция подействовала на Хондзё успокаивающе, и она коротко кивнула, негласно принимая позицию Касэн.

На мгновение лицо Химэки приняло торжествующий вид, но она тут же выкрутила эмоции на нейтральные.

— Если сопоставить рассказ Ягами-сан с тем, что мне удалось расшифровать, у нас появляется реальная возможность разрушить черную изнанку и восстановить расщепленные личности, — начала она. — После этого Император и силовые структуры не смогут оставаться безучастными, а «Нараку Индастриз» окажется под угрозой уничтожения. Искусственная Новая Япония держится на слепой вере расщепленных фрагментов сознания, и, если внедрить в код паттерн самосознания, аватары и порочные элементы начнут осознавать нереальность происходящего.

Хондзё скрестила руки на груди:

— И что это нам даст?

— Мы имеем дело не с людьми в привычном смысле, а с играми сознания. Если нам удастся разблокировать участок мозга, отвечающий за личность в черной изнанке, он может слиться с реальным «я». Но при этом крайне важно, чтобы сохранялось осознание об участии в неофициальном проекте «Нараку Индастриз» без добровольного согласия. Только тогда это приобретет резонансный характер. Для этого потребуется искусственно усилить паттерн самосознания.

Хондзё сузила глаза, оценивая слова Химэки.

— Звучит логично, — поддержала напарницу Касэн. — Фудзивара-сан, сколько тебе понадобится времени, чтобы внедрить паттерн?

Химэка печально пожала плечами:

— Я не могу дистанционно взломать код, чтобы внести изменения. — Пока Касэн и Хондзё не успели отчаяться, она добавила: — Но у меня есть план, как это осуществить. Для этого нам нужно объединиться.

Касэн вспомнила, чем закончилась ее встреча с Сота и Хадзуки, то, как они сложили ладони, решившись пожертвовать собой на благо Новой Японии.

— Но как…

Химэка перебила напарницу, поняв, о чем она хотел спросить:

— Мы не можем рассчитывать на Сота и Хадзуки. Нам придется полагаться только на свои силы.

Не тратя время на лишние обсуждения, Хондзё перешла к делу, уточнив:

— В чем заключается план? Я и мои люди окажут любую помощь. Мы задействуем все имеющие ресурсы.

Ее деловой подход нравился Касэн.

— В первую очередь нам нужно получить удаленный доступ для внесения изменений в код, — спокойно объяснила Химэка. — По моим данным, это возможно на Фукусиме. Именно там расположено основное оборудование, отвечающее за протоколы безопасности и сокрытие неофициальной деятельности. Как только доступ будет получен, мы сможем перейти ко второму этапу — внедрению паттерна самосознания. — Химэка демонстративно подняла планшет. — Эту часть можно реализовать прямо из иэ.

— А дальше? — спросила Хондзё.

— Третий этап — заключительный — усиление паттерна. Это я беру на себя.

— Каким образом? — нахмурилась Касэн.

Химэка замолчала. Ее губы дрогнули в подобие улыбки, в которой читалась обреченность и… самопожертвование.

— Я погружусь в систему на уровне слияния сознания с кодом… а затем дестабилизирую ее, применив массовый гипноз над расщепленными личностями в черной изнанке.

— Гипноз?! — выгнула брови Хондзё.

Химэка подняла подбородок, продолжая говорить, не вдаваясь в лишние детали:

— Единственный способ проникнуть в систему — пройти процедуру «Инвентаризации демонов». Во время нее границы сознания стираются, личность расщепляется, и тогда я смогу добраться до самого нутра. Но к тому моменту уже должны быть выполнены первые два этапа. Без них доступ к ядру программы невозможен.

Касэн зажмурилась и потерла виски кончиками пальцев. Сейчас ей как никогда требовался стимулятор, но она должна отказаться от прежних зависимостей. Больше никаких игр по правилам «Нараку Индастриз».

— Ты серьезно собираешься вернуться в Эйфукучо и добровольно пройти «Инвентаризацию»? — спросила она, с трудом веря в услышанное.

— Нет, я не могу это сделать под своим именем, чтобы не привлечь внимание «Нараку Индастриз». — Покачала головой Химэка. — Поэтому я применю гипноз, и под видом тебя отправлюсь на процедуру.

— Что?! — Касэн вскрикнула. Ее глаза расширились от ужаса. — Это же самоубийство, Фудзивара-сан! Ты не сможешь одновременно удерживать гипноз над сотрудниками «Нараку Индастриз» и контролировать расщепленные личности. Они раскроют тебя… и ликвидируют.

Химэка невозмутимо повела плечом:

— Это малая жертва ради будущего. На кону — жизни и судьба всей Новой Японии. — Она попыталась улыбнуться, но это вышло неубедительно. — Я попробую выбраться, Ягами-сан.

Касэн с сожалением всмотрелась в лицо напарницы. Процедура «Инвентаризации демонов» назначена на завтра. Значит, скоро им с Химэкой придется расстаться. Вероятно, навсегда.

— С третьим этапом разобрались, — вставила Хондзё. — Что насчет первых двух? Я правильно понимаю, что кто-то должен проникнуть на Фукусиму и добыть доступ?

— Да, — подтвердила Химэка, испытывая облегчение от того, что они ушли от обсуждения ее самопожертвования. — Вторая сторона должна остаться в иэ и отслеживать на планшете получение доступа.

— А нельзя объединить оба этапа в один? — спросила Хондзё. — Проще получить доступ и на месте внедрить паттерн в код.

— Не выйдет, — отрезала Химэка. — Протокол безопасности многоступенчатый, максимальная защита данных. Внести изменения получится только с планшета.

— А если взять его с собой? — предложила Хондзё.

— Есть риск, что нашего человека рассекретят, и тогда мы останемся без планшета. Безопаснее оставить устройство в иэ.

— Резонно, — согласилась Хондзё. — В таком случае на Фукусиму отправлюсь я, а Ягами-сан возьмет на себя второй этап. — Прежде, чем Касэн возмутилась такой расстановкой, она пояснила: — Я верно понимаю, что владение гипнозом — не распространенное явление? В таком случае на Фукусиму должен отправиться кто-то из Мертвых зон под видом добровольца для участия в экспериментальных проектах. Даже если Ягами-сан одеть в лохмотья изгоев, первый же экспресс-анализ выдаст, что она чистая. Мы не можем так рисковать.

Касэн плотно сжала губы. Она чувствовала себя совершенно безучастной. Подумать только, Хондзё и Химэка собирались оставить ее отсиживать в иэ, как мышь в норе!

— Ягами-сан, если наш план провалится, кто-то должен остаться в живых, чтобы продолжить наше дело и довести его до конца, — с нажимом произнесла Химэка, словно прочитав ее мысли.

Хондзё ободряюще сжала ее плечо:

— Не бывает маленьких ролей. Мы звенья одной цепочки. Каждое звено имеет значение, даже если оно не вынуждает геройствовать. Ягами-сан, вы уже сыграли значимую роль в этом деле. Поверьте, вы внесли достаточный вклад.

Касэн упрямо сузила глаза и заметила:

— Но при этом вы, Хондзё-сама, лично беретесь за свое звено.

— Плох тот командир, который бросает на амбразуру своих людей, а сам отсиживается в бункере. Мое имя Хондзё Томоэ. Меня называют химэ-оябун, «дочь императора-дракона». Я — глава этого иэ. И я сделаю все для своих людей.

— Пафоса вам не занимать, — пробурчала Касэн.

Хондзё тепло улыбнулась ей:

— Речь идет о спасении мира. Вы первая начали об этом, когда поведали нам о своих похождениях в чистилище. У нас нет права на ошибку. Если я отправлю на Фукусиму кого-то из своих людей, и его разоблачат, то меры безопасности будут усилены. Наша операция застопорится. Поэтому я беру все в свои руки. Себе я доверяю больше, чем кому-либо.

— Возьмите хотя бы кого-то для прикрытия! — не отставала Касэн.

Подумав, Хондзё сочла это разумной мыслью и кивнула:

— Со мной пойдет Рику.

Она протянула руку вперед и шевельнула в воздухе механическими пальцами, призывая присоединиться. Касэн горько усмехнулась от параллели и повторила жест. Химэка следом накрыла ее ладонь своей.

— Спасем Новую Японию, — торжественно провозгласила Хондзё.

— …пожертвовав собой, — мрачно добавила Касэн.

***

Хадзуки, стараясь держаться прямо, следовала за чайным сомелье. Она надеялась, что в этот раз к тядо присоединится и Сота, но Цукамото, судя по всему, решил оставить их встречи приватными.