Химэка молча наблюдала за Касэн, и та не осталась в долгу — спокойно встретила ее взгляд. Между ними возникла безмолвная игра, в которую они давно научились играть.

Сегодня Химэка вновь надела традиционное кимоно эпохи Старой Японии — вопреки здравому смыслу и несмотря на то, что такой наряд неизменно привлекал лишнее внимание. Поверх темно-лилового оби была повязана обидзимэ, украшенная технологичными обидоме — кощунственное смешение прошлого и будущего. Касэн не видела, но знала: в складках пояса спрятан тонкий кинжал. Огнестрел Химэка презирала — говорила, что он слишком громкий для ее дел.

Они работали вместе уже два года, но Касэн по-прежнему знала о ней немного. Только то, что Химэка была рождена в семье якудза, но с младенчества воспитывалась в приюте. Кто были ее родители и почему отказались — неизвестно. Имя ей дали в приюте.

Среди коллег ходят предположения, что, возможно, она была неудавшимся экспериментом корпорации «Нараку Индастриз» в одном из закрытых исследовательских центров. Или, наоборот, нежелательным «плодом любви», возникшим без разрешения системы.

Якудза не скрывали, что они вмешивались в генетический код своих будущих наследников еще на стадии эмбриона. По неподтвержденным, засекреченным данным, младенцы, не соответствующие заданным параметрам, исчезали. Так же, как и те, кто осмелился родиться естественным путем — «по воле природы».

Если слухи правдивы, Химэка чудом осталась в живых. Но Касэн предпочитала не забывать, кто перед ней. Рожденный якудза — всегда якудза. Независимо от воспитания.

Касэн встряхнула банку, на звук определяя, сколько стимулятора осталось. Меньше половины. Поморщившись, она залпом допила остаток и встряхнула темными волосами — передние пряди, что были чуть ниже подбородка, взметнулись. Смяв банку и, не глядя, бросив ее в картонную коробку, служившей им корзиной для мусора, Касэн пригладила спутавшиеся волосы.

Она придирчиво дернула себя за прядь, подумывая, не обрезать ли лишнее, как она сделала с волосами на затылке. Химэка, увидев ее в том образе, назвала новую стрижку Касэн «боб-каре». В каком месте обкромсанные тупыми ножницами волосы напоминали ей боб, Касэн даже не поинтересовалась.

— Что за дело? — спросила она, подхватываю со спинки стула кожаную куртку. Грубая, матовая кожа хранила запах гари и дождя. По спине расползся символ: демоническое лицо в прицельном круге, выжженное неоново-красным, будто только что вырвано из пекла Мертвых зон. На ярлычке значилось «Нараку Индастриз». Было сложно купить что-то, не принадлежавшее их бренду. Якудза из «Нараку Индастриз» стали монополистами почти всех сфер жизни.

— Фукусима. Необходимо провести проверку соблюдения обязательств по дезактивации и очистке вод.

Касэн выгнула бровь:

— На каком основании?

Фукусимой занимались другие службы. В Департаменте Особых Поручений могли вернуться к этому делу только в том случае, если возникли сомнения в официальных отчетах. А такие сомнения, как правило, не возникали просто так.

— Анонимный сигнал, — ответила Химэка. Она не шелохнулась, все так же стояла с безупречно прямой спиной, будто встроенный гироскоп поддерживал ее осанку. — Отправлен через зашифрованный канал. Указан протокол внутреннего допуска уровня «Хикари-эн» [光炎 — легкое пламя].

Касэн нахмурилась. Протокол «Хикари-эн» не был частью стандартной иерархии. Его применяли только в случае, если сигнал поступал изнутри — от сотрудников, имеющих допуск к информации, подлежащей полному уничтожению в случае компрометации. Оттуда редко доносилось хоть что-то. Обычно те, кто пытался говорить, исчезали.

— Достоверность источника? — она чувствовала, как под кожей пробегает первый холодок адреналина. Сон, что несколько минут назад вязко цеплялся за тело, испарился, будто его никогда и не было.

— Высокая, — лаконично кивнула Химэка.

— Мне нужны последние документы по Фукусиме, — бросила Касэн и направилась в архив.

***

Архив Департамента Особых Поручений // Уровень допуска: СКР-7 // Категория: Историко-Техногенная Документация

Файл №00213-FKS: «Хронология и последствия двойной Фукусимской катастрофы. Формирование Новой Японии»

1. Пролог: Первая авария на Фукусиме (2011 г. — 23 год эры Хэйсэй)

После разрушительного землетрясения и цунами в марте 2011 года Япония столкнулась с крупнейшей на тот момент техногенной катастрофой XXI века. В результате частичного расплава активной зоны нескольких реакторов на АЭС Фукусима-1, миллионы тонн радиоактивной воды, содержащей тритий, начали поступать в хранилища. В последующие годы, не найдя иного решения, власти начали контролируемый слив этой воды в мировой океан.

1. Постепенное заражение биосферы

Тритий, хоть и считался наименее опасным из изотопов, постепенно накапливался в морской фауне. Через морепродукты он попадал в организмы людей и животных. Эффект накопления оказался коварным: влияние трития не выражалось сразу, но к 2040-м годам медленно начала меняться экология, гормональные и генетические параметры целых популяций.

2. Вторая Фукусимская авария (2049 г. — 5 год эры Амагаса)

По неофициальным данным, причиной новой аварии стала попытка запуска экспериментального реактора замкнутого цикла на старом комплексе. Реактор перегрелся, последовал взрыв, вызвавший вторичный распад уже похороненных радиоактивных материалов. В атмосферу и океан одномоментно попало свыше 200 ПБк радиоактивных веществ, включая новые мутировавшие изотопы.

3. Последствия: глобальная радиационная зима

Погибло более 1,2 миллиарда человек в течение первых 10 лет.

Резкий рост онкологических заболеваний, бесплодия, мутаций.

Мутагенез затронул также животных и насекомых, вызвав появление нестабильных экосистем.

Радиоактивные штормы и зоны выпадения осадков распространились по Северному полушарию.

4. Японский парадокс: устойчивость населения

Несмотря на эпицентр катастрофы, жители Японии демонстрировали феноменальную устойчивость. Причины:

Многоуровневая система йодной и микробиологической профилактики.

Генетически модифицированные продукты и адаптогены, ставшие нормой после первой аварии.

Массовые национальные программы селекции и эпигенетических тренировок.

Привыкание к микродозам радиации за десятилетия.

Особая национальная дисциплина и добровольное участие в программах терморегуляции организма.

5. Разделение эпох: от Старой к Новой Японии

Старая Япония — культурно-политический термин, обозначающий государство до Второй аварии. Ее столицей оставался Токио, большая часть населения жила в открытых поселениях.

Новая Япония — посткатастрофическая держава, управляемая технократическими кланами, опирающаяся на принципы цифровой изоляции, радиационной чистоты и техноконтроля.

6. Эйфукучо: столица под куполом

Эйфукучо (永福町) — мегаполис, построенный в центральной части бывшего Токийского региона, покрытый многоуровневым куполом из самовосстанавливающегося графенового композита. Особенности:

Многоуровневая атмосфера с системой контроля микроклимата.

Полная фильтрация радиационного и микробиологического фона.

Биометрическая и нейросетевая регистрация всех жителей.

Эффективная система классовой фильтрации граждан.

7. Мертвые зоны и система расплаты

За пределами купольных городов располагаются Мертвые Зоны — обширные территории, загрязненные радиацией. Там находятся:

Трудовые лагеря, где работают заключенные и добровольцы.

Фильтрационные карцеры для биорадиационного скрининга.

Пункты ликвидации, где ведутся бесперспективные, но высокооплачиваемые (посмертно) работы.

8. Мотивация ликвидаторов

Основную массу ликвидаторов составляют граждане, подписавшие контракт о «передаче компенсации семье в случае смерти». Деньги выплачиваются родственникам, в случае успешного выполнения квот работ. Некоторые добровольцы участвуют, чтобы дать шанс своим детям попасть на учебу в Эйфукучо.