閲覧制限 [ДОСТУП ОГРАНИЧЕН]

***

Старшая школа Нихоммацу была заброшена задолго до Второй Фукусимской аварии. Уже после катастрофы 2011 года начался отток молодежи — дети уезжали с семьями, взрослые искали работу в мегаполисах, и город постепенно пустел. К моменту второй аварии Нихоммацу напоминал город-призрак: окна темных домов смотрели пустыми глазницами, а былое умиротворение оборачивалось отчаянием.

Остались только те, кто не мог или не хотел уезжать: старики, привязанные к родной земле, и малообеспеченные семьи, которым некуда было идти. Город постепенно захватывали мародеры и вандалы. Они разоряли здания, выламывали провода из стен, сжигали мебель на кострах, оставляли после себя руины и страх.

Репутация криминального анклава появилась у Нихоммацу еще до прихода таких, как Хондзё или Ноппэрапон.

Теперь в этом полуразрушенном здании трудно было узнать место, где когда-то звучал школьный звонок. Все, что могло пригодиться или принести хоть какие-то деньги, было давно унесено — мародерами Старой Японии, криминальными группами Новой, кем угодно. Остались лишь обугленные стены с рваными кусками плакатов и карт, щербатые ступени и мертвое эхо пустых коридоров.

Когда Касэн училась в школе, среди детей ходили хайкон кайданы [廃校怪談 — буквальный перевод с японского «истории о привидениях заброшенной школы»], а иногда в руки попадал потрепанный сборник, который был строго запрещен в школах Новой Японии. Доподлинно не было известно, кто его составил, снимал копии и распространял, но за обнаружение сборника у кого-либо из учеников следовало строгое наказание. На время хайкон кайданы пропадали, но всегда возвращались. Как правило — с новыми историями.

***

最後のチャイム. «Последний звонок»

В некоторых школах Мертвых зон звучит звонок, хотя электричества там давно нет. Когда он звенит, по коридорам бегут дети в сэйфуку [制服 — школьная форма]. Если вы не успеете выбежать из школы до того момента, как они займут классы и начнут учиться, вы навсегда останетесь в этой школе. Как только ваша одежда изменится на сэйфуку, это будет означать, что вы стали одним из учеников. Тот звонок был для вас последним при жизни и стал бесконечным после смерти.

Примечание: если вы не верите в это, найдите в даркнете запись «Последний звонок в Нихоммацу». Один сталкер решил записать на видео, что происходит в этой школе на самом деле. На записи, которая дублировалась в открытый облачный сервер, отчетливо слышно звонок и топот множества ног. Запись трясется, будто автор видео от чего-то убегает. Затем камера падает и остается лежать на полу. На изображении не видно, что происходит, только слышны звуки, далекие от человеческих. Запись обрывается, когда кончается заряд камеры. А тот сталкер так и не вернулся домой.

みないで. «Не смотри»

Когда случилась вторая авария, многие дети находились в школе, и их эвакуировали прямо с уроков. Но не всех удалось спасти. Самые пугливые прятались в шкафчиках и запирались в туалете. В суматохе их так и оставили в стенах школы, а родителям не удалось пробиться через охраняемую зону отчуждения, чтобы найти своих детей.

Выжившие сталкеры рассказывают, что находили надписи на дверях и шкафах «Не смотри». Те, кому хватало смелости или глупости открыть дверцу, видели запуганного мальчика или девочку в сэйфуку. Они выглядели так, будто только-только спрятались и спрашивали, плача: «Почему вы меня не спасли?». Стоило встретиться с ними взглядами, как дети превращались в демонов и кричали: «Вас теперь тоже никто не спасет!».

Примечание: если вы когда-нибудь увидите такую надпись в одной из школ Мертвых зон — не проверяйте, что скрывается за дверцей. Иначе вы навсегда останетесь запертым теле брошенного ребенка с десятком несчастных душ, которые решили рискнуть взглянуть ему в глаза.

時間割. «Расписание»

Большинство школ в Мертвых зонах подчистую разграблены. Кроме тех, что находятся в охраняемой зоне отчуждения. В них до сих пор сохранилось все в таком виде, что хоть сейчас запускай учителей и детей. Протереть пыль, и можно проводить уроки. На стенде даже вывешено расписание:

書写. Каллиграфия

倫理. Этика

華道. Искусство икебаны

茶道. Искусство чайной церемонии

理科. Естественные науки

国語. Родной язык

Ниже от руки написано: «Вы не сможете прогулять уроки».

Примечание: доподлинно неизвестно, что происходит потом. Выбравшиеся сталкеры предпочитают об этом молчать. В дурдоме.

プール. «Бассейн»

Ходят слухи, что в одной из школ до сих не испарилась вода в бассейне. Она позеленела, стала мутной и грязной, радиоактивной. И в ней до сих пор проходят занятия по плаванию. Если подойти к краю бассейна, можно увидеть, как дети плавают под водой. Они уже мертвы, им не нужен воздух, поэтому они плавают туда… сюда… туда… сюда… И не выплывают на поверхность. Но если выдать свое присутствие, то они затянут за собой в воду. Из бассейна уже не выбраться.

Примечание: как только вода полностью испарится, аномалия прекратит свое действие, оставив на дне бассейна трупы тех, кто осмелился подойти слишком близко.

おんみつごっこ. «Онмицу-гокка»

Одной из любимых школьных игр Старой Японии была онмицу-гокка — игра в ниндзя. Призраки детей из Мертвых зон до сих пор играют в нее в школьных руинах. Сталкеры рассказывают, что слышали зов, приказывающий присоединиться к игре. Тот, кто отказывался, умирал на месте. Тот, кто решался вступить в игру, должен был следовать правилам и пройти по школе, оставаясь незамеченными. Загвоздка в том, что стражи, от которых нужно скрываться, невидимы. Невозможно спрятаться от того, как не видишь и не слышишь. Если вам удастся сбежать из школы, вы выиграете. Если вас заметят, вы навеки станете стражем.

Примечание: перехитрить стражу невозможно. Если вас втянут в онмицу-гокка, готовьтесь проиграть.

[Это еще не конец сборника]

***

— Фудзивара-сан, ты слышишь это? — Касэн остановилась, как вкопанная.

Химэка замерла рядом, прислушиваясь. Ее взгляд заскользил по полуразрушенным коридорам первого этажа, сканируя тени и темные проемы. Трудно было поверить, что когда-то это здание было наполненно голосами учеников, их смехом, спорами, торопливым топотом опоздавших.

— Что именно тебя насторожило, Ягами-сан? — любезно уточнила Химэка, не отрывая взгляд от темноты впереди.

— Вода, — тихо проговорила Касэн.

Где-то в впереди монотонно капала вода, как будто протекал кран. Этот звук вернул ей воспоминание, пылившееся на задворках памяти: хайкон кайдан про бассейн, что когда-то рассказывали в классе. После этой истории Касэн долго боялась ходить на уроки плавания. Каждый поход в школьный бассейн превращался в испытание и сопровождался приступами паники. Хотя страшилка касалась школьного бассейна в Мертвых зонах, а не в Эйфукучо, детское воображение оказалось сильнее логики.

Теперь же, когда в ней накопились стресс, хронический недосып, эмоциональное выгорание и усталость, все это вернулось и решило сыграть на нервах. Мозг подсовывал пугающие образы неспасенных детей-утопленников и школьников, застрявших в вечности.

— Здесь никого нет, — успокоила ее Химэка. — Ты хочешь проверить, откуда доносится звук?

Касэн мотнула головой. Несколько часов назад ее любопытство заперло их в бункере, и, если бы не люди Хондзё, они бы до сих пор гадали, как из него выбраться.

— Пойдем отсюда, — попросила она, поежившись. Ускорив шаг, Касэн проворчала: — Зачем мы вообще потащились через школу?

— Мы следуем проложенному маршруту.

— Будто если мы от него отклонимся и обойдем руины, а не пройдем через них, чайная не появится! — в сердцах прошипела Касэн.

То, как Химэка старалась следовать протоколам, ее порой раздражало. В их деле невозможно было положиться на одобренные руководством сценарии. Иногда приходилось импровизировать, иногда — быть прямолинейными. Касэн был важен результат, а не путь. Судя по показателям, которые были одними из лучших, ее тактика была верна. Возможно, поэтому руководство держало ее в Департаменте и соглашалось на уступки.