— Возможно, — Ухмыльнулся, и наконец складка на его лбу разгладилась. — Но не суть, она отсыпается и просто в восторге. Передавала тебе пламенный привет и то, что её голубцы нас жду в морозилке.

— А чего это нас? — Куприн, наконец, сел за стол, и мы приступили к завтраку, хотя по времени уже был почти полдник. Ужас… — Я же здесь жить буду, значит, только меня.

— Нет, — Хорошо, что я уже проглотила бейгл с лососем, иначе бы на это твёрдое отрицание ответила плевком в лицо вновь хмурому Сергею Викторовичу. — На время ремонта мне придётся перебраться сюда.

— И кто тебя заставляет? — Что-то цепляло в его словах, и просто невозможно остановиться кусаться в ответ на его слова.

— В смысле? — Женатый мужчина искренне не понимает рода моего вопроса. Удивительно? Нет.

— Придётся? Ты серьёзно?

— С вами всё хорошо?

Словно сквозь вату до меня доносится мужской голос. После того, как мы доехали с Сашей с больницы до её дома, я перестала притворяться, что всё прекрасно.

— А?

— С подругой вы выглядели живее. — Осторожный тон таксиста вызывал благодарность, а не раздражение, как обычно.

Моя подруга провела несколько дней в не самой комфортной палате с очень специфичными соседями и сотрудниками, поэтому я пыталась развеселить и поделиться новостями, что происходили, пока она вынуждена была подлечиться. А всё из-за тупых крысок, что толкнули Миронову в фойе нашего филиала.

Чисто физически не успевала помочь, и мне оставалось только мучительно смотреть на то, как две тупые швабры гасят словесно и толкают в плечо мою подругу. Саша неудачно упала и почти вырубилась на скамейке, куда мне помогла охрана, её оттащить, пока мы ждали скорую.

Боже, как я перепугалась в тот момент не описать словами. И так же промолчу, как настойчиво я выбивал… ой, вышибала из тех дур извинения и заявления по собственному. Ни того ни другого я не получила, только эстетическое удовольствие от плохо замазанных синяков, но сегодня всё изменится, я это чувствую…

— Всё хорошо, спасибо. — Поняла, что от меня всё ещё вежливо, с некой тревогой и участием ждут ответ.

Даже таксист заметил, что из меня как будто выкачали всю жизнь. Надо просто отвлечься от навязчивых мыслей. Думай-думай-думай, что прямо сейчас приходит в голову как ассоциация, к слову, удовольствие?

Ремонт.

На самом деле я люблю заниматься ремонтом. Возможно, правда, и не только из-за самого процесса, может дело в компании…

Нет-нет-нет, не люблю женатых, мне не нравятся женатые мужчины, нет-нет-нет.

…Мне нравится подбирать без ограниченного бюджета вещи и обставлять комнаты, но…

Всегда есть гребанное «но»!

Не могу отделать от мысли, что своими руками привожу в порядок гнёздышко для голубков Куприных. Слава всем курортам, что сейчас сезон и жёнушка моего босса улетела на Карибы с подругой, а может, и нет, и не приходится жить одной большой дружной шведской семьёй.

Ладно бы ещё на моей стороне была бы Валентина, а так… Хотя нет, эта милая женщина обиделась бы на меня за наше враньё и попросту бы стала игнорировать всех. Осталось бы только слушать стоны за стенкой и глотать слёзы, чтобы никто не понял, как это унизительно — представлять себя на месте другой…

— Вот, за тем поворотом у меня дочка в садик ходит. — Показывает небольшой закуток и глядя в зеркало осторожно, немного смущённо спрашивает. — Вы не против заехать на пару минут, она забыла свой журнал с наклейками?

— Всё в порядке. — Пожимаю плечами и не нахожу причин отказывать в такой милой просьбе человеку, особенно когда я прямо сейчас никуда не спешу. Свои часы я отработала ещё с утра, как только босс покинул общую территорию. Приём у одной очень известной женщины, что отпускает у людей очень много проблем и вообще безоплатная система воодушевляет, ещё только через час, успеем.

Возвращаюсь к своим тараканам, пока таксист быстро направился к цветастому двухэтажному зданию. Небо хмурое, и никто из ребятишек не гуляет…

Это же ещё и скоро наверняка у них будут дети. Пора уже обзаводится потомством, а мне нагадали, что я рожу, только когда вместе с подругой забеременею… У Миши уже есть ребёнок, куда ей второго одной, а у Саши… Эх, что за день такой? Пмс, что ли? Хандра лютая какая-то…

— Это вам передала моя Сонечка, улыбнитесь. — Протягивает запыхавшийся водитель какую-то бумажку. На деле это милая открытка, нарисованная ребёнком. — Вам идёт улыбка.

— Спасибо, передавайте дочке, что это очень красиво.

Да похожие поделки мы нашли в ящике стола деда Куприна. Там всё было подписано мелким несуразным почерком, но настолько меня растрогало, что и сейчас этот рисунок солнышка с синей лужайкой вызывают похожие чувства.

Поднимаюсь на приём у Владлены Инессовны, да матчество наше всё, и замираю от увиденного.

— Не стой, — Полный блэкаут и единственная свеча перед женщиной завораживает. — Сегодня не так много времени у нас осталось. Спрашивай и помни, что всё безоплатно с тебя добро… Хотя я вижу, что ты уже оплатила свой первый вопрос.

Ви, как её коротко зовут на аккаунте, сидит в позе лотоса в костюме для йоги с забранными волосами в пучке и главный атрибут — это повязка на глазах. Красная лента, что скрывает от меня пол лица Владлены, сбивает с толку. Пытаюсь не пялиться, но не особо выходит. Прослеживаю её взгляд, ну как взгляд, скорее наклон головы и вижу, что из сумки торчит та самая открытка от Сони. Сглотнув, начинаю мямлить что-то:

— Но как…

— Время. — Одно слово чётко поставленным глубоким голосом и у меня как будто проясняется и появляется ощущение, что всё происходит как надо, в порядке вещей.

— Будет ли всё хорошо у Саши с Ярославом Дмитриевичем? — Первый пришедший вопрос, который обещала спросить подруге и своё слово держу.

— Неправильный вопрос, следующий.

Что? Как так? Я… вижу едва заметный кивок в отблеске пламени небольшой свечи. О-ке-е-ей, допустим.

— Буду ли я счастлива в ближайшие два года? — На формулировку ушло не больше пяти секунд, а перед глазами не странная, загадочная женщина, а Сергей Викторович в белой рубашке, ну прям жених…

— Дальше.

Да, как так-то даже кивка на этот раз не было, ни мотания головой, ничего!

— Не получится ли так, что я невольно что-то разрушу? — Последний вопрос вырывался словно сухой кашель, неприятно и урывками.

— Наконец-то.

— И это всё? — Возмущённый голос Мишель раздаётся из динамиков моего телефона. Сразу набрала ей, как вышла, отчиталась о нашей поездке с Сашей и не смогла промолчать — выдала всё как на духу про эту… эту неповторимую женщину. Та, из клуба, у которой отец Карп или Карл, укравший кораллы, не помню, и то была поприятнее.

У меня был точно такой же вопрос после того, что я услышала от Владлены Инессовны:

— Вы издеваетесь?! Просто «наконец-то», и всё?! — У меня даже голос сорвался от бурлящих внутри эмоций.

Всё так же безмолвно продолжала сидеть, не шевелясь в позе лотоса, женщина с повязкой на глазах. Смотритсквозь меня, просто как будто комната уже пуста или мнит себя тибетским монахом, я не знаю.

— Мария, — Отворяется дверь, заглядывает девушка с ресепшен. Полумрак рассеивается из-за пробравшегося света в этот маленький приёмный зал. М-да, а стены-то неровные и потолок кривоват, а вон там в углу, кажется, плесень, и теперь ясно для чего шторы блэкаут и всего лишь одна свеча. — Ваш сеанс подошёл к концу. Поблагодарите мастера и ещё раз напомню про нашу безоплатную сист…

— Да-да, твори добро и не жди взамен ничего от тех, кому помогаешь. — Бросила последний взгляд на невозмутимую недомонахиню и вдруг резко замечаю, что лента-то просвечивает. Я вижу направленный на меня взгляд. Конспирация на все сто… — Я помню, спасибо, все вы довольны?

— Мы понимаем, — Начинает успокаивать меня девушка, пытаясь сгладить конфликт. Хочет было коснуться моего локтя, чтобы вывести, прервав контакт — не даюсь, отхожу на пару шагов в сторону двери. — Не всегда ответы находят своего адресата в нужный момент, но помните, что случайности неслучайны…