Я поднёсла рубашку Августа к носу и глубоко вдохнула.

У меня сжался желудок.

Его запах исчез с ткани.

Я скучала по этому.

Благодаря сну и еде, которые помогли мне прийти в себя, я наконец-то смогла снова мыслить рационально.

Элай был прав. Для Августа вполне естественно уйти, не попрощавшись, если он решил вернуться. И он бы не оставил меня без домика и денег.

И он бы точно меня не укусил, если бы не собирался возвращаться.

Но он меня укусил.

И я была для него важена.

Поэтому он вернется за мной, когда сможет.

Входная дверь снова открылась, в этот раз чуть громче, и Элай, пошатываясь, вышел наружу. Он с облегчением вздохнул, увидев меня, выглядывающую с балкона.

— Думал, что снова тебя потерял, — пробормотал он. — Август бы меня убил.

Он бы так не поступил, но точно бы разозлился.

— Со мной все в порядке, — сказала я, снова подняв голову к небу.

Август бы меня уличил во лжи.

Он бы сказал, что мы были командой.

Но его здесь не было.

У меня перехватило дыхание, но слезы не потекли.

Элай подошел ко мне и тоже прислонился к перилам.

— Он должен сидеть в тюрьме шесть месяцев?

— Такова была договоренность.

— Договоренность? Был другой вариант? — я резко повернула голову в его сторону.

Элай на мгновение замолчал.

Долгое мгновение.

— Ему пришлось выбирать между шестью месяцами тюремного заключения и тем, чтобы навсегда покинуть Гору Пар.

Оооо.

У меня ещё сильнее запершило в горле.

— Это очень жестоко.

— Согласен, — Элай провел рукой по волосам. — Если бы нам с Джасом разрешили отсидеть срок, мы бы согласились не раздумывая. Он заключил эту сделку с Виллинами только потому, что нас там не было. Хотя должны были.

— Где вы были?

— Мы не хотели уходить из дома. — в его голосе слышалось сожаление. — Мы не думали, что Бринн в реальной опасности. И боялись приближаться к другим женщинам. Мы вечно об этом беспокоились. Он всегда рисковал ради нас, водил её на танцы, в школу и всё остальное.

— Как иронично, что связался со мной после стольких лет риска, — тихо сказала я.

— Это была судьба, Эл. Не ирония.

— Тогда судьба действительно испортила ему жизнь.

— Нет. Это сделали мы с Джасом.

Наступила минута молчания.

Долгая, затянувшаяся.

— Я хочу его увидеть, — наконец сказала я. — В тюрьме. Мне нужно знать, действительно ли он вернется. Я не могу следующие шесть месяцев надеяться, а этого не произойдет.

— Это невозможно. — Элай даже не раздумывал. — Гром никогда не согласится впустить тебя, это слишком опасно. Даже если бы это было не так, Август прикончит меня, если я приведу тебя туда.

— Мне нужно с ним поговорить, Элай.

— Попробую уговорить Гром на звонок. — по его голосу я поняла, что он не верит в это.

Я мало что о них знала, но и не думала, что у него что-то получится.

— Я не знаю, что мне делать, — сказала я, всё ещё глядя в небо. — Для вас шесть месяцев это недолгий срок, но для меня они покажутся вечностью. Я должна радоваться окончанию учёбы и новой работе. Должна разобраться со своей жизнью.

— Он всего этого хочет для тебя.

— Но я не хочу это делать без него. — в моем голосе слышалось раздражение, но при этом искренность. — Больше нет. Мы должны действовать командой.

— Это помогло тебе пережить горячку?

— Он помог нам пережить горячку. — я закрыла глаза и глубоко вздохнула. — Я бы сдалась на полпути. Боль была невыносимой. Только благодаря ему мы не скрепили связь.

— Он знал, что ты не выживешь в тюрьме, — сказал Элай.

— Не знаю. Наверное.

— Это был не вопрос, Эл. Он знал, что ты там не выживешь. Даже с ним, который тебя защитит. Он станет мишенью просто потому, что дракон, но пара дракона в сверхъестественной тюрьме? Будет кровавая бойня. Человека, который лишит тебя жизни, сочтут героем. Тебя придется поместить в одиночные камеры, а никто не выживает в одиночных камерах, сохранив рассудок.

— Думаешь, в другой ситуации Август бы скрепил связь?

— Только он может ответить на этот вопрос, но я бы сказал, что шансы чертовски высоки.

Мы оба замолчали, глядя вместе в небо.

— Ты скучаешь по полетам? — спросил он меня через несколько минут.

— Больше, чем я могу объяснить. — мой шепот был тихим, но уверенным.

— Мне жаль, — сказал Элай.

— Мне тоже.

Мы оба простояли там, пока солнце не взошло над горизонтом, а затем незаметно вернулись в квартиру, которая больше не казалась мне домом.

* * *

В тот вечер состоялся выпускной.

Ранда забрала мою мантию и шапочку, поэтому, когда она вывела меня из квартиры, я пошла с ней в университет.

Никто ничего не сказал об огромном блондине, который за мной ходил, поэтому я предположила, что кто-то рассказал о моей ситуации с драконом.

Я стояла в очереди, когда мне велели, шла, когда положено, и без особого энтузиазма слушала нелепые речи о стремлении к звездам и достижении того, о чем мы никогда не смели мечтать.

Я получила свой диплом в положенное время, пожала руки людям, от которых неприятно пахло, и обняла других студентов, которых смутно узнала. Моя семья не пришла, потому что я не сообщила им о разрыве нашей связи.

Это будет непростой разговор. Впрочем, об этом можно будет подумать позже.

Когда церемония наконец закончилась, я была совершенно измотана и готова отправиться домой.

Вместо этого я позволила Ви и Ранде вытащить меня в ночной клуб.

Близняшки смеялись над нелепыми вещами, которые были сказаны во время церемонии, пока Виола вела машину, а Элай ехал за нами на машине Августа.

Это был первый настоящий момент нормальной жизни с тех пор, как началась горячка, но он не ощущался как нормальный.

Он казался пустым.

И я понятия не имела, что с этим делать.

Музыка была настолько громкой, что у меня разболелась голова еще до того, как я вошла в клуб. От обилия запахов у меня еще и живот заболел.

Однако я натянула на лицо улыбку и последовала за подругами в бар.

Когда Ви купила три порции напитков по завышенной цене, я выпила их так, будто внутри меня ничего не сжималось.

Как будто не тосковала по домику, который оставила.

Как будто я не скучала по Августу так сильно, что от этого было больно.

Было нелепо с моей стороны так сильно к нему привязываться. Я это знала.

Но это не изменило моих чувств.

Я провела с ним месяц… и этот месяц изменил для меня всё.

Но я заставила себя танцевать.

Улыбаться.

Смеяться.

— Ты отлично выглядишь, — поддразнила меня Ранда, покачивая бедрами, а какой-то очаровательный незнакомец крепко обнимал ее. Ее глаза сияли, а лицо раскраснелось. И, несмотря на собственные эмоции, я была безумно рада, что ей было весело.

— Ты тоже, — я тоже покачала бедрами, но остановилась, когда чьи-то руки легли мне на талию.

Они были неправильного размера.

Недостаточно большими.

Недостаточно жаркими.

А тот, кто появился позади меня, определенно был не тем, кого я хотела там видеть.

— Эй, — окликнул меня парень через плечо. — Хочешь потанцевать?

Ранда показала мне большой палец вверх, когда ее кавалер увел ее от меня.

Ви вернулась к бару и спорила с Элаем о чём-то. Казалось, они всегда готовы оторвать друг другу головы.

Я была сама по себе.

У меня сжался желудок при одной мысли о том, что мое тело может прижаться к кому-то, кроме Августа.

Но прежде чем я успела сказать «нет», парень уже сам начал двигать моими бедрами, прижимая мою попу к себе.

Ощущение было настолько неприятным, что у меня буквально сжался желудок.

Я вырвалась из его объятий и бросилась через все помещение, чувствуя, как меня тошнит.

Мои колени ударились о холодный кафельный пол, а подбородок о ледяной фарфор, и все, что находилось у меня в желудке, вышло наружу.