Мне нужно посмотреть, как она теряет контроль над собой, так же, как мне нужно дышать.

Ее лицо покраснело, но Элоди раздвинула ноги.

Я отпустил её волосы и опустился на колени, устремив взгляд на её горячее, влажное лоно.

Выражение её лица стало немного смущённым, и она снова начала сжимать ноги, но я подхватил её колени, удерживая их на месте.

— Ты самое сексуальное, что я когда-либо видел, Огненный Шар. Не прячься от меня.

Лицо Элоди покраснело, но она склонила голову, открываясь шире.

Ее пальцы скользнули по складкам, и я с жадностью наблюдал, как она обводила по кругу выступ, который, должно быть, был ее клитором.

Её прикосновения были медленными, но не нежными.

Плавными, но не мягкими.

Я изо всех сил старался сдержаться, но от неё слишком приятно пахло.

Рука схватила её за запястье, наши пальцы переплелись, и мой рот нашёл её лоно.

Элоди ахнула, свободной рукой схватив мои волосы и запутавшись в прядях.

Я сосредоточилась на клиторе, имитируя ее движения, изо всех сил стараясь не потеряться в ее вкусе.

Она была чертовски восхитительна.

Я поглощал её.

В момент оргазма Элоди вскрикнула, ее тело дернулось, а лицо исказилось от экстаза.

С каждым разом ее крики становились громче, а мой язык ласкал ее сильнее и быстрее.

И в третий раз моя пара закричала от удовольствия. Я кончил вместе с ней, сжимая второй рукой свой член — ее вкус довел меня до предела.

Элоди слабо оттолкнула мое лицо от своего лона с ошеломленным выражением на лице. Её затылок уперся в стену, а ноги так сильно дрожали, что я не смел отпустить.

— Ну, ты быстро учишься, — выдавила она из себя. — Не могу сказать, что ожидала этого.

В груди у меня заурчало.

— Я мог бы поглощать тебя весь день, Огненный Шар.

Она провела пальцами по моим волосам.

— Думаю, что я к этому пока не готова.

Возможно, и нет, но будет еще до того, как горячка спадет.

И мне этого никогда не будет достаточно. Не хватит на всю оставшуюся бессмертную жизнь.

Я её почти не знал, но уже понимал, что расставание с Элоди причинит мне адскую боль.

Наш, э-э, душ стёр всю неловкость, оставшуюся между нами после разговора на веранде.

Больше не было дискомфорта.

Больше не было неопределенности.

Мы на четыре недели застряли вместе в хижине и собирались извлечь из этого максимум пользы.

…И, конечно же, закончить учебу. Мне тоже нужно было это сделать.

Август проводил меня до моей комнаты и сел на край кровати, обернувшись полотенцем вокруг талии. Он наблюдал, как я роюсь в корзине с бельем, а затем одеваюсь.

Надевать много одежды не имело смысла, потому что нам нужно было много физического контакта, чтобы успокоить магию. Поэтому я надела обтягивающие шорты из спандекса и простой черный бюстгальтер. Выглядело не очень красиво, но удобно.

Август хищным взглядом наблюдал, как я одеваюсь.

— Я снова надену на тебя свою футболку, прежде чем ты увидишь моего брата.

— Вероятно, это правильное решение. Не хотелось бы, чтобы тебе пришлось его убить.

Его глаза загорели ещё сильнее.

Этот мужчина был ненасытным. Как он мог оставаться возбужденным после того, что случилось в душе? Возможно, через четыре недели я уже не смогу ходить.

По крайней мере, я уйду с треском.

Буквально.

— Элай, наверное, сейчас на улице. Он и Гордон знают, что не стоит подниматься на крыльцо, — сказал Август, когда я подошла к нему и положила руки ему на плечи. Его руки скользнули вверх по задней поверхности моих бедер, и он притянул меня ближе. — Я проверю.

— После того, как наденешь штаны?

Он усмехнулся.

— Ты уже хочешь, чтобы я прикрылся, Огненный Шар?

— У меня есть работа, которую нужно сделать. Всё это немного отвлекает. — я указала на его грудь.

— Полагаю, мне лучше надеть футболку.

— Думаю, да.

Он скользнул руками по моей заднице, сжимая её.

— Насколько часто мне сегодня разрешено тебя трогать?

Моё лицо покраснело.

— Зависит от того, сколько работы я успею сделать.

— Тогда мне лучше идти. — Август наконец встал, не отпуская меня до самой последней секунды.

Мы ненадолго заскочили в ванную, чтобы я могла собрать волосы в спутанный пучок, прежде чем отправиться в его комнату. Там Август оделся, а затем, как и обещал, натянул мне на голову одну из своих футболок.

Я снова попыталась вдохнуть его запах с ткани, но почти ничего не почувствовала.

— Улучшится ли мое обоняние, если мы скрепим связь?

Он кивнул.

— Оно станет не таким хорошим, как у меня, но значительно улучшится. Ты почувствуешь разницу после того, как я тебя укушу.

Учитывая, что я встречалась с вампиром, мысль об укусе не казалась мне странной. Он кусал меня много раз, и это всегда доставляло удовольствие. Я не видела причин, почему с Августом не должно быть так же.

Наши руки соприкоснулись, когда мы вышли на крыльцо. Я позволила себе немного подумать об этом, сильно прикусив губу, прежде чем наконец просунула свою ладонь в захват Августа. Он слегка сжал ее, и я переплела пальцы с его.

Когда в его груди довольно заурчало, я с трудом сдержала улыбку.

Это было приятно.

Очень, очень приятно.

И не только потому, что сдерживало жар и боль. Его рука была сильной и теплой, и прикосновение казалось правильным.

Ладно, может, дело было просто в связи.

Впрочем, меня это вполне устраивало.

Мы вышли на улицу и, как и ожидалось, Элай и Гордон вытащили часть садовой мебели на землю перед домиком. К счастью, это были не мои любимые качели. Я уже достаточно узнала об Августе, чтобы понимать, что моя задница и близко не подойдет к креслу, от которого пахнет его братом.

Элай лениво ухмыльнулся. В его глазах мелькнул озорной блеск.

Август заговорил первым.

— Забудь всё, что ты собирался сказать, придурок.

Элай громко рассмеялся.

Гордон усмехнулся.

По-прежнему можно было с уверенностью предположить, что Элай из трех братьев Скай самый веселый.

— Рад, что ты еще не сошел с ума, Агги, — сказал Элай.

— Ты же знаешь, я тебе скажу, если это начнётся, — проворчал Август.

— Он хорошо к тебе относится, Эл? — спросил Элай, наконец взглянув на меня. В отличие от своего брата, он не пялился на меня и не пытался мысленно меня оценить. Его внимание было уважительным.

— Ты, должно быть, разговаривал с Бринн, — сказала я.

— Да. Она приготовила нам ужин. Кстати, ты ей очень нравишься.

— Она мне тоже нравится. И Август настоящий джентльмен. — я похлопала его по бицепсу свободной рукой, так как другая все еще была переплетена с его. — Мы просто идеально подходим друг другу.

Улыбка Элай снова стала зловещей, и Август рявкнул на него:

— Заткнись!

— Я ничего не сказал.

— Твое лицо сказало за себя.

Я прикусила губу, чтобы скрыть улыбку.

Мне очень нравилось наблюдать за их общением. Как у обычных людей, обычных братьев и сестер.

— Твой запах говорит о…

— Мы возвращаемся внутрь. Я в здравом уме. Отвали, — прорычал Август.

Элай засмеялся, когда Август прижал меня к себе и проводил обратно на крыльцо. По пути его грудь касалась моей спины, и это было приятно.

Действительно приятно.

Он закрыл за нами дверь и глубоко вздохнул.

— Прости.

— Не извиняйся. Никто не погиб, так что это уже победа, верно?

Его взгляд смягчился, губы неохотно изогнулись.

— Конечно, Огненный Шар.

Я улыбнулась.

— Не мог бы ты помочь мне перенести качели с веранды на другую сторону домика? Я хочу работать на улице, но, думаю, тебе не понравится, если я буду работать лицом к твоему брату.

— Ты всё правильно думаешь. — он слегка сжал мою руку, а затем отпустил. — И я готов.

— Спасибо.

Он вышел обратно на улицу, и я услышала его тяжелые шаги на крыльце. Я схватила свой ноутбук и встретила его у задней двери, когда Август легко поставил качели на новое место.