Я потянулся к её руке и переплел наши пальцы. Дэш взглянула на меня, и тогда я сказал:

— Значит, нам просто нужно пожениться, и тогда проблем не будет.

Она разразилась смехом, вскакивая с кресла и высвобождая руку.

— Ну да, конечно. — Подойдя к раздвижной двери, она уставилась на панораму города. — Ты представляешь, каким неловким будет секс?

Она снова рассмеялась, качая головой. Я с тревогой спросил:

— Ты думаешь, это будет неловко? Почему?

Она обернулась и округлила глаза:

— Серьезно? Ты еще спрашиваешь? Одного взгляда на мой лифчик хватило, чтобы ты сбежал сверкая пятками.

— Это было один раз, и я просто не ожидал, — возразил я. — А ты... ты когда-нибудь думала об этом?

Я встал, и Дэш повернулась ко мне лицом.

— О чем? О сексе с тобой?

— Да, — пробормотал я, сокращая дистанцию.

Её брови взлетели вверх, она отвела взгляд.

— Когда была подростком. Может быть.

Что ж, с этим уже можно работать.

— И? — спросил я.

— Что значит «и»? — пробормотала она с явным дискомфортом на лице.

— Было ли это «неловко» даже в мыслях? — мне нужно было знать, вызывает ли у неё эта идея отвращение.

— Ты серьезно спрашиваешь меня об этом прямо сейчас? — она ахнула, а затем перевела стрелки: — А ты? Ты об этом думал?

— Конечно. И меня всё устраивало, — честно ответил я, останавливаясь прямо перед ней.

Она несколько раз открыла и закрыла рот, а затем резко вдохнула.

— Мы правда ведем этот разговор?

— Правда, — отрезал я, понимая: сейчас или никогда. — Подумай об этом, Дэш. Всё, что ты сказала — правда. Мы в ловушке. Либо мы женимся, либо нашей дружбе придется отойти на второй план ради тех, с кем мы решим встречаться.

— Мы в заднице, — пробормотала она, делая глоток вина.

— Я никогда не смогу перестать быть твоим лучшим другом. Для меня это не вариант, — признал я.

— Для меня тоже, — согласилась Дэш. Подняв на меня глаза, она спросила: — И что нам делать?

Мы можем стать отличной парой. Дэш безумно красива, умна, забавна, преданна, и с моей стороны влечение определенно есть.

— Давай подумаем над этим, — ответил я, хотя внутри себя уже всё решил. Но это зависело не только от меня. — Неужели наш брак — это худшее, что может случиться?

Дэш долго смотрела на меня, а затем произнесла:

— Нет, думаю, нет.

Она обошла меня, пошла на кухню и снова наполнила бокал. Медленно вернулась ко мне.

— Ты сказала, что думала о сексе со мной. Это было неловко? — снова спросил я. Прямота — единственный способ пройти через это.

Дэш осушила половину бокала, прежде чем я забрал его у неё. Я поставил вино на столик и снова повернулся к ней. Она выглядела чертовски смущенной, что заставило меня напрячься. Я ожидал услышать «да», но она прошептала: — Нет.

Мне потребовалось пара секунд, чтобы осознать ответ.

— Было не неловко? — переспросил я, чтобы убедиться, что не ослышался.

— Нет, не было, — сказала она с обреченным вздохом. — Но это было много лет назад.

Уголок моего рта пополз вверх.

— Значит, фундамент у нас есть. — Понимая, что Дэш нужно время привыкнуть к этой мысли, я добавил: — Давай возьмем неделю на раздумья. В следующие выходные поговорим снова и решим, куда двигаться дальше.

Она кивнула и, встретившись со мной взглядом, призналась:

— Я просто боюсь, что это ударит по нашей дружбе. Что если мы в это ввяжемся, и кто-то из нас захочет большего, чем другой готов предложить?

Я смотрел на неё, гадая, говорит ли она о себе или обо мне.

— Большего? В каком смысле?

Она вздохнула, её плечи опустились.

— Я, может, и завязала со свиданиями, но это не значит, что я не хочу «всего и сразу». А вдруг мне захочется романтики, свиданий, чтобы меня носили на руках?

Я поймал её взгляд.

— Тогда я дам тебе всё это.

Губы Дэш приоткрылись, я увидел, как на её лице промелькнуло удивление.

— Вот так просто?

Желая, чтобы она услышала каждое мое слово, я положил ладони ей на шею и шагнул еще ближе.

— Дэш, ты идеальна. Ты понимаешь меня как никто другой. Мы подходим друг другу.

— А что будет, если мы согласимся? Как нам перейти от лучших друзей к... романтике? — она нервно рассмеялась.

Это совсем другая тема. В прошлых отношениях я сдерживался, потому что... честно говоря, я просто ничего к ним не чувствовал. Но с Дэш я не смогу сдерживаться.

Отпустив её, я пробормотал:

— Если мы согласимся, то это будет игра по-крупному. Никаких расставаний, никаких разводов.

Я дождался её кивка.

— Ты знаешь мое отношение к этому, так что здесь мы на одной волне.

Я смотрел на Дэш, осознавая, насколько она, черт возьми, красива. Я вспомнил, как у меня всё внутри перевернулось только от вида её в одном лифчике. У меня не получится «не спешить». Черт, была не была.

— Если мы перейдем черту, я не смогу сдерживаться, — предупредил я её.

На её лбу появилась складка.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты ведь знаешь, какой я на работе? — спросил я, подготавливая её к той своей стороне, которую она еще не знала.

— Контролирующий придурок, который правит «Indie Ink» железной рукой? — хмыкнула она.

Стоило мне кивнуть, как улыбка сползла с её лица. Она уставилась на меня так, будто у меня выросла вторая голова, а затем её глаза расширились:

— Ты пытаешься сказать, что тебе нравится всякое «доминантное»?

Мои губы изогнулись в безмолвном смехе.

— Доминантное — да. Всякое — нет.

Она выдохнула с облегчением.

— Хорошо, потому что как только ты достанешь плетку, я тебя ею же и придушу.

Её комментарий заставил меня рассмеяться, а затем она спросила:

— И что тогда значит «не смогу сдерживаться»?

Став серьезным, я объяснил:

— Это значит, что я не буду относиться к тебе как к лучшему другу, Дэш. Я буду относиться к тебе как к женщине, на которой собираюсь жениться. И мы обручимся немедленно.

Её глаза снова расширились.

— О...

ГЛАВА 4

ДЭШ

Глядя на закрытую дверь кабинета Кристофера, я то и дело возвращаюсь мыслями к тому, что он сказал в субботу. Мы договорились, что оба возьмем время на раздумья, прежде чем

принимать окончательное решение.

Дети. Брак. Мы.

Я вспоминаю, как Кристофер встречался с девушками в прошлом. Если это вообще можно назвать свиданиями. Во время учебы он был королем связей на одну ночь. Я никогда не видела его в серьезных, длительных отношениях. Дольше всего он встречался с одной и той же девушкой... сколько? Три недели? Черт, я уже и не помню.

Дверь внезапно открывается, и я быстро перевожу взгляд на лежащий передо мной контракт. Кристофер кладет на мой стол папку с документами по последней сделке.

— С этим всё в порядке, можно пускать в работу.

— Хорошо. — Я забираю папку и, отодвинув стул, поднимаюсь.

Когда я собираюсь отойти от стола, Кристофер спрашивает:

— Организуешь нам обед?

Оглянувшись через плечо, я отвечаю:

— Конечно. Есть особые пожелания?

Его глаза прикованы ко мне, и в них читается выражение, к которому я не привыкла. Это что, интерес?

Уголок его рта приподнимается: — На твой вкус.

— В час? — спрашиваю я, улыбаясь в ответ.

— Пожалуйста.

Подойдя к лифту, я нажимаю на кнопку. Заметив, что Кристофер всё еще смотрит мне вслед из конца коридора, я спрашиваю:

— Что-то не так?

Он медленно качает головой, пока двери лифта открываются передо мной.

— Мне нравится это платье.

— Спасибо, — хмыкаю я, заходя в лифт и нажимая кнопку этажа Райкера.

Я улыбаюсь ассистентке Райкера: — Привет, Доррис. Как дела?

Она окидывает меня взглядом с ног до до головы и вскидывает бровь:

— Ого, ну разве ты не красотка сегодня? Платье — просто блеск, дорогая.

— Благодарю. — Протягивая ей папку, я говорю: — Передай это