Пауза.

— Вы уходите.

Тишина.

Настоятельница замерла.

— Простите?

— Вы уходите.

— Это абсурд.

— Нет.

Пауза.

— Это конец.

Клара тихо выдохнула:

— Господи, я хочу попкорн.

Фиби бы сейчас перекрестилась.

Настоятельница медленно сказала:

— Вы не имеете власти.

Элеонора посмотрела на неё.

— Уже имею.

И кивнула на Натаниэля.

Он спокойно добавил:

— И подтверждение придёт сегодня.

Пауза.

И в этот момент впервые…

страх мелькнул.

На лице настоятельницы.

Коротко.

Но достаточно.

— Вы… не посмеете.

— Уже.

Тишина.

И потом…

она опустила глаза.

Чуть.

— Что вы хотите?

Элеонора ответила спокойно:

— Порядок.

— И?

— Честность.

— И?

— И чтобы дети здесь жили, а не выживали.

Пауза.

Долгая.

И вдруг…

настоятельница устала.

Это было видно.

— Хорошо, — сказала она тихо.

— Я уйду.

Клара прошептала:

— Я в шоке.

Элеонора не улыбнулась.

— Правильное решение.

Настоятельница посмотрела на неё.

— Вы думаете, вы лучше?

— Нет.

Пауза.

— Я просто не такая.

Когда они вышли, воздух показался другим.

Легче.

Клара шла рядом.

Молчала.

Что было редкостью.

Потом сказала:

— Это было… мощно.

— Это было нужно.

Натаниэль остановился.

Элеонора тоже.

Он посмотрел на неё.

— Всё.

Пауза.

— Все арки закрыты.

Она усмехнулась.

— Ты уже говоришь как я.

— Я быстро учусь.

Пауза.

И потом он сказал тихо:

— Осталось только одно.

Она посмотрела на него.

— Да.

И впервые…

не отвернулась.

Потому что теперь она могла выбирать.

И не бояться.

И это было самым главным.

Возвращались молча.

Не потому что нечего было сказать.

А потому что слишком многое уже было сказано.

И сделано.

Город остался позади — шумный, чужой, уже не опасный.

Дорога к ферме тянулась ровно, спокойно, как будто сама подводила итог всему произошедшему.

Клара не выдержала первой.

— Я хочу отметить.

— Что именно? — спросила Элеонора, не поворачивая головы.

— Ты развелась, выгнала настоятельницу, поставила на место свекровь, унизила мужа и устроила скандал на весь город.

Пауза.

— Это вообще один день?

— Нет.

— Тогда почему ощущение, что я прожила три жизни?

Элеонора чуть улыбнулась.

— Потому что ты слишком много говоришь.

— А ты слишком много делаешь.

Натаниэль тихо сказал:

— И это идеальное сочетание.

Клара вздохнула:

— Всё, я третья лишняя.

— Ты лишняя всегда, — спокойно ответила Элеонора.

— Я обиделась.

— Не верю.

— И правильно.

Когда показалась ферма, Элеонора впервые за весь день выдохнула по-настоящему.

Дом.

Двор.

Люди.

Работа.

Это было…

её.

И теперь — окончательно.

Том первым заметил их.

— Мэм!

Он почти выбежал навстречу.

— Всё нормально?

Элеонора спешилась.

— Всё закончено.

— Правда?

— Да.

Пауза.

— Мы остаёмся здесь.

Том улыбнулся.

Широко.

— Тогда… тогда мы сделаем всё как надо.

— Уже делаем.

Фиби вышла из дома.