К вечеру я выгляжу, словно принцесса, а чувствую себя с точностью наоборот.

Вчера банкет, сегодня банкет.

Мне страшно представить, что с этим мужчиной меня ждёт завтра.

Но в одном я уверена точно – в этом «завтра» мы будем вместе, а остальное не так уж важно.

***

Когда я думала, что этот безумный день, наконец, закончился, то даже не представляла, что он перетечёт в такую же безумную ночь.

Каким чудом Кирилл уговорил родителей остаться у Анны Фёдоровны, я не знаю.

Но факт остаётся фактом – в его доме мы одни.

Это так странно. Ещё вчера я хотела подарить ему себя без остатка, а сейчас боюсь даже представить, как это будет.

Мои руки и ноги холодеют, и, кажется, я вряд ли буду в состоянии самостоятельно дойти до комнаты.

В гостиной царит полумрак. Лишь тусклый свет множества свечей освещает огромное помещение.

Кирилл подхватывает меня на руки и несёт до самых дверей спальни.

Мы молчим.

Да и к чему слова, когда даже стук наших сердец сливается в унисон.

– Я люблю тебя, – шепчет любимый, опуская меня на кровать.

Покрывало, пол – всё усыпано лепестками роз. Их сладкий аромат проникает в лёгкие и заставляет отвлечься немного от волнения, которое сжимает внутренности.

– Не бойся, – гипнотизирующий шёпот мужа отдаёт вибрацией в грудной клетке.

Кирилл помогает подняться и расстегнуть платье, не переставая при этом покрывать мою шею и плечи нежными поцелуями.

Издавая лёгкое шуршание, платье медленно стекает вниз и касается пола.

Я ещё не до конца обнажена, но мои руки уже инстинктивно пытаются закрыть тело.

– Не надо, – просит любимый.

Разворачивает меня лицом к себе, с восхищением гладит взглядом каждый контур, каждый изгиб. Кажется, что он уделяет внимание даже самым незначительным деталям, вселяя в меня уверенность в себе. В своём решении.

Его горячие губы, сбивчивое дыхание…

Бесконечно «люблю» и лёгкие поцелуи на каждом сантиметре моего тела.

Они становятся всё порочнее, Кирилл вновь подхватывает меня на руки и опускает на кровать.

Его пиджак летит куда-то в сторону, сбивая по пути что-то тяжёлое с комода, но нам плевать.

Один стон сменяется другим, отключая мозг. Блокируя способность думать о чём-то, выходящем за пределы этой спальни.

Рубашка, брюки… Несколько пуговиц становятся маленькой жертвой, принесённой на алтарь нашей страсти.

Есть только мы вдвоём во всей вселенной. И это прекрасно.

Но ещё прекраснее, когда из двух влюблённых друг в друга до сумасшествия людей мы сливаемся в одно.

Неделимое. Целое.

Кажется, я даже не чувствую боли.

Только лёгкий дискомфорт, который мгновенно перерастает в нечто совершенно прекрасное.

То, о чём нельзя говорить вслух. Что могут чувствовать лишь двое.

То, что станет навеки нашей общей сокровенной тайной.

Мы засыпаем в объятиях друг друга.

Но стоит первым лучам солнца проникнуть сквозь полосы между неплотно сдвинутыми шторами, мы просыпаемся.

И этот новый день дарит новые ощущения. Ещё прекрасней и ярче прежних.

Такие острые, такие правильные.

Бесконечные признания в любви и пьянящие ласки.

– Я тоже тебя люблю! – срывается с языка в самый важный момент.

Мы вместе улетаем и вместе приземляемся вновь и вновь.

До вечера отключив телефоны. Заблокировав все двери.

Пусть не ищут нас, всё равно не найдут.

Мы сбежим ото всех далеко.

Туда, где море, где жаркое солнце, где океан.

Туда, где будем только мы…

Год спустя…

– Любимая, – ласковый шёпот медленно проникает сквозь тонкую завесу сна. – Просыпайся, солнышко.

Солнышко. Да, мне снится солнце и пляж. Наш медовый месяц. Короткий, но такой яркий, как и весь этот год после нашей спонтанной свадьбы.

Кирилл тогда бросил всё и увёз меня на море, подарив незабываемые мгновения счастья.

– Любимая…

Размыкаю веки. Сладко потягиваюсь, пытаюсь перевернуться на другой бок.

С третьей попытки мне удаётся выполнить это нехитрое действие.

На краю кровати сидит Кирилл. Его рука поглаживает моё бедро через ткань одеяла, муж с нежностью смотрит на меня.

– Ммм, уже утро? – бормочу сонно.

Складываю ладони под голову и снова закрываю глаза.

– Алиска, не хитри, – его пальцы настойчиво сдёргивают с меня одеяло.

Сон отступает.

– Варвар, – бурчу обиженно, – мы вообще-то ещё спать хотим.

Смотрю на электронные часы, которые стоят на комоде. Половина одиннадцатого.

Перебор.

– Ну нет, – Кирилл тянет, категорично покачивая головой, – чтобы потом ты возмущалась, что я без тебя не тот цвет скатертей выбрал?

Словно огромный тяжёлый мячик, перекатываясь и вздыхая, я нахожу в себе силы подняться и сесть на кровати.

К этому дню я начала готовиться давно. Для меня важно, чтобы всё прошло на высшем уровне. И, разумеется, я хочу проконтролировать процесс подготовки лично.

Но спать хочу сильнее.

– Как дела у нашей малышки? – муж кладёт ладонь на мой выпирающий живот, поглаживает его. – Опять пинала маму полночи?

– Вот здесь, – накрываю его ладонь своей и прижимаю, слегка смещая в сторону.

Ощутимый толчок не оставляет любимого равнодушным. Муж улыбается и наклоняется, чтобы поцеловать живот.

Вчера у Кирилла был день рождения. А сегодня наша первая годовщина свадьбы. Мы решили объединить эти два праздника в один.

И именно на сегодня у меня назначена предположительная дата родов.

Но Кирилл не знает об этом, он думает, что до срока ещё минимум неделя. Я специально промолчала.

Если муж узнает обо всём, то отменит праздник. Ещё и меня дома сидеть заставит, а я не хочу. У меня впереди целых три года декрета, насижусь ещё вдоволь.

– Сегодня как-то слабо толкается, – хмурит брови любимый.

Ещё бы. Наша девочка готовится со дня на день появиться на свет, ей уже не до танцев внутри живота.

Но мужу о таких тонкостях знать не стоит, поэтому я просто мило улыбаюсь и целую его в колючую щёку.

– Подожди меня внизу, я быстро, – выпроваживаю Кирилла из спальни.

Быстро, насколько это возможно в моём положении, принимаю душ и надеваю своё любимое платье. Оно такое воздушное, лёгкое. Как раз под стать моей округлившейся фигуре.

В суете день пролетает незаметно, и когда к вечеру ресторан наполняется гостями, вместе с усталостью я испытываю удовлетворение.

Все рассаживаются за столы, я тоже опускаюсь на стул рядом с любимым.

Мои родители, Анна Фёдоровна и родители Кирилла сидят с другого конца стола.

Мамуля то и дело поглядывает на меня обеспокоенно, точно так же, как её дорогой зятёк.

– Чего тебе передать, Лиска? – спрашивает Настёна.

Она сидит слева от меня и активно пытается всех вокруг накормить. Такая же весёлая, как и раньше, за последний год она немного остепенилась. С головой погрузилась в учёбу и парней, как перчатки, менять перестала.

– Кирилл, я оставил в кабинет договор о поставке…

– Дим, – мой любимый останавливает брата взмахом руки, – давай сегодня не будем о работе.

Дмитрий сидит справа от Кирилла и не сводит глаз с моей подруги.

Баринов-младший, как я успела узнать за этот год, тоже не такой белый и пушистый, каким показался мне на первый взгляд.

Ещё до нашего знакомства с Кириллом у Дмитрия был роман с молодым шеф-поваром Каролиной. Девушка потом уволилась неожиданно, подставив весь ресторан.

А всему виной были Димкины выкрутасы. Он тогда взял на работу Маргариту в качестве администратора. И умудрялся обеим дамам одновременно мозги пудрить.

В итоге остался ни с чем. Девушки уволились одна за другой.

Поэтому я не в восторге, когда вижу, как этот ловелас подмигивает Настёне.

С другой стороны они оба взрослые люди, мне ли за них переживать?

Резкая боль внизу живота заставляет сморщиться, разгоняя стайки мыслей в моей голове в рассыпную.