Херр Маршал фон Стейнвегг с такой лёгкостью рассказывал о светских львицах своего государства, что казалось, он был не просто с ними знаком, а лично, причём очень тесно. Мне должно было быть всё равно, но разве можно вот так запросто разговаривать со своей супругой о своих любовницах? Конечно, я не могла знать наверняка, но было довольно неприятно слышать подобное.

К счастью, Херр Маршал фон Стейнвегг сменил тему разговора.

— Что призадумались, моя дорогая? Раз не хотите пополнить свой гардероб, тогда значит, идём за безделушками?

Это лучшее, что он изрёк за последние полчаса. Только вот, что в его понимании означает слово «безделушки»? эта запоздалая мысль появилась лишь только тогда, когда мы остановились возле ювелирного салона.

До этого мы не спеша проходили мимо торговцев, я с интересом рассматривала витрины с игрушками, украшениями и прочей мелкой дребеденью.

Я буквально прилипла к стеклу, разглядывая красивую мелочь. Херр Маршал фон Стейнвегг сначала молча наблюдал за мной в отражение в стекле, а потом взял за руку и зашёл внутрь.

— Так лучше видно? — усмехнулся он.

Я фыркнула и продолжила рассматривать расписные заколки, после чего выбрала одну, по собственному мнению, самую красивую, и повернулась выбирать другие подарки.

Но когда Херр Маршал фон Стейнвегг провёл меня внутрь ювелирного салона, то я не смогла скрыть восторга от увиденного. «Лучшие друзья девушек — это бриллианты!»

Воистину это так! Сие великолепие, которое открылось моему взору, не могло не взволновать меня. Сердечко буквально разрывалось от восторга, и я даже забыла на какое-то время, что рядом стоял Херр Маршал фон Стейнвегг.

— Вам нравится? — поинтересовался он. Точнее не поинтересовался, вопрос выглядел утвердительным.

— Я просто рассматриваю великолепную работу мастеров, — сдержанно ответила я, стараясь выглядеть непринуждённо.

— Разумеется. Херр Юалд фон Кайленг — несомненно, выдающийся ювелир.

Херр Маршал фон Стейнвегг взял в руки короткое колье с маленькой круглой подвеской. С первого взгляда в нём не было ничего особенного, но когда оно оказалось на моей шее, то засияло лунным светом.

— Определённо, это колье Вас приняло. Вся особенность и ценность работ Херр Юалда фон Кайленга — это совместимость украшения и его обладателя. И это не магия, прошу заметить. Однако загадку его мастерства пока ещё никто не раскрыл, — муж улыбнулся краешком рта и передал колье для упаковки.

Эта покупка вызвала во мне бурю непередаваемых эмоций, но самое первое, что случилось со мной, так то, что нос защипал, а к глазам стали подкатывать горькие слёзы. Сдержать их мне едва удалось.

«За что Херр Маршал фон Стейнвегг так со мной? Неужели ему не надоело надо мной издеваться? К чему этот жест доброй воли? Чего он хочет добиться?» — эти мысли не отпускали меня всю оставшуюся поездку.

Всё было странно…

Чтобы хоть немного отвлечься, я решила ещё раз просмотреть покупки — их я выбирала тщательно, ведь повод был. Шарлотта по секрету сказала, что Херр Рафаэль сделал ей предложение. Что ж, хоть у них всё идёт как у людей.

Я с горечью взглянула на своё золотое кольцо и антимагические браслеты. С виду они выглядели, как дорогое украшение, только вот функцию носили совершенно иную. Они останутся со мной на всю оставшуюся жизнь, другого варианта не было. Настроение упало ещё ниже, и я, не желая показывать это, просто закрыла глаза, откидываясь о мягкую спинку сиденья.

Херр Маршал фон Стейнвегг сегодня был особенно чуток со мной, он даже сжал мою ладонь в своей руке, тем самым обращая внимание на себя.

— У меня… болит голова. Херр Маршал фон Стейнвегг … мне очень нехорошо.

Не выдержав обеспокоенного взгляда супруга, я отвернулась к окну, замечая, что экипаж подъезжает к дому. Нет, я его уже не ненавидела, но и не любила. Время от времени мы вступали в отношения уже без угроз с его стороны. Я же себя ненавидела, потому как иногда мне даже нравилось быть в объятиях мужа, и что самое постыдное — Херр Маршал фон Стейнвегг это чувствовал и не упускал случая доставить мне удовольствие ещё и ещё.

Будто со стороны я наблюдала, как Херр Рафаэль, что-то вырезая ножиком, оставил своё занятие, и когда мы вместе с Херр Маршалом фон Стейнвеггом выбрались наружу, подошёл и поприветствовал нас. Этот молодой человек содержал в себе одновременно дерзость и галантность, и в этом было его очарование.

А вот сынишка решил устроить сюрприз — он выскочил из-за забора, надеясь напугать нас, родителей. Херр Маршал фон Стейнвегг так естественно изобразил испуг, что невозможно было не умилиться, когда ответной реакцией довольный малыш заливисто захохотал.

Постепенно я, наверное, привыкла к происходящему и заставила себя смириться или думать, что действительно смирилась. Неужели всё действительно закончилось, и я пропала здесь навсегда?

Видимо — да.

Привычно я сидела за столом в беседке, обрамлённой вьющимися цветами, и делала оригами вместе со своим маленьким сыном. Стефан внимательно смотрел, как ловко я складывала бумагу, превращая квадратный лист то в летающего ящера, то в лягушку-поскакушку, то в, как сейчас, очаровательный тюльпан. Когда же цветок был готов, я тут же вложила его в ладошку сына, и Стефан вставил в бутон стебель с накрученными листьями.

— Смотри, смотри, мама! — восхищённо закричал он. — Бабочка!

— Ш-ш-ш, не спугни.

Восторг сына был понятен, ведь на искусственный яркий цветок опустилась вполне живая бабочка. Стефан с любопытством рассматривал это хрупкое создание. Красивая, с крупными резными крыльями она шевелила хоботком, изучая цветок. Собственно и я тоже залюбовалась, и, искренне улыбнувшись, нежно погладила Стефана по светлой головке.

— Пойдём, милый, Херр Рафаэль вернулся.

— Ура! — обрадовался мой малыш и побежал к воротам.

Херр Рафаэль постоянно был чем-то занят, но всегда находил время поиграть с моим сыном.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Здравия желаю, Херр Стефан! — по-армейски поздоровался он. — Как протекает подготовка к бою?

— Солдаты долго трудились и теперь спят в коробке! Разбудить, командир? — сын вытянулся по струнке, отчеканивая каждое слово.

— Генерал прибудет через десять минут. Пойдёмте, построим их, чтобы встретить его.

Весь вид Херр Рафаэля выражал абсолютное погружение в образ. После отца этот мужчина был для моего сына непререкаемым авторитетом.

— А пушки готовить? — у Стефана аж глаза загорелись от предстоящих действий.

— Конечно, держи, — Херр Рафаэль протянул своему подопечному пёстрый пакетик с хлопушками.

Стефан обрадовался и даже несколько раз подпрыгнул от счастья, а затем убежал в своё любимое место, где у сына хранился весь «арсенал» его маленькой «армии», ну, а мне не оставалось ничего, как развести руками и всплеснуть ими.

— Ах, Херр Рафаэль, опять вы за своё! — возмущённо пожурила я его.

— Но-но, Фрау Тайлетта, — наигранно покачал головой мужчина и лукаво усмехнулся. — Сегодня будет солнечно, но ожидаются осадки в виде Херр Маршала.

«Неужели? А мне он ничего не говорил».

Я удивлённо изогнула бровь и направилась обратно в сад Азуми, где сын уже расставлял своих солдатиков.

Сегодня действительно была великолепная погода, поэтому я занялась садом. Пожалуй, поливать цветы мне нравилось чуть меньше, чем ухаживать за Стефаном. Плеск воды всегда успокаивал, а ежедневно заглатывающие влагу растения радовались жизни и цвели как никогда ярко. Это доставляло удовольствие, и я позволила себе закружилась в лёгком танце, поливая землю, замечая, как сын зазевавшись, смотрел на меня. В его глазах чувствовалось восхищение, и они словно говорили: «Всё-таки, какая же у меня красивая, добрая и замечательная мама!»

Окрылённая хорошим настроением, я не заметила, как подошёл Херр Маршал фон Стейнвегг. И когда только успел? Наверное я никогда не привыкну к его привычке ходить неслышно.