Совершенно неожиданно муж нежно обхватил меня со спины и глубоко вдохнул мой запах у шеи, когда я стояла у кроватки спящего сына. Я вздрогнула и попыталась отстраниться, понимая его очевидные намерения.

— Херр Маршал фон Стейнвегг, как Вы можете? Вы же разбудите сына.

Мои слова не произвели ровно никакого эффекта, а вот руки мужа стали нетерпеливо гладить меня везде.

— Мы тихо.

Сомнений никаких не было — муж желал близости. Это я понимала, как и то, что нам предстоят супружеские отношения, которых мне не избежать, но как могла, отдаляла это время.

— Херр Маршал фон Стейнвегг, ещё нельзя, я всё ещё кормлю малыша.

Ответом послужил скептический хмык и лёгкое покусывание уха.

— Не увиливайте, Фрау Ингвар фон Стейнвегг, Херр Доктор сказал, что Вы восстановились. Так что я осторожно.

— Херр Маршал фон Стейнвегг!

От подобных откровенных речей мужа я невольно вскрикнула, но тут же была вовлечена в поцелуй со спины. Его руки крепко и в тоже время нежно держали меня, медленно поглаживая. Не было никакого напора, однако чувствовалось, как Херр Маршал фон Стейнвегг с трудом сдерживался.

— Т-ш-ш… Пойдём, я изголодался.

Неужели я всё ещё привлекала его как женщина? Хотя, глядя на себя в зеркало, с неким удовольствием замечала, что роды ничуть испортили мою фигуру, послеродовая полнота постепенно сходила, а округлые формы делали меня ещё более женственной.

Хоть я и старалась смириться со своим положением, вечером, перед сном, мысли о побеге всё же посещали мою головушку. Внешне всё также изображала покорность, но чем больше сближалась с работниками и жителями дома, стараясь притупить их бдительность, тем тяжелее было на душе. Ко мне все относились очень по доброму, а после инцидента с той няней вообще были за меня горой. Было очень приятно с одной стороны и стыдно с другой от мыслей, что получалось, я их предам.

С другой стороны удивил Херр Маршал фон Стейнвегг. Вопреки ожиданиям, супруг воспитывал в нашем сыне мужчину прямо с колыбели, не забывая при этом дарить ему любовь. Кто знает, может, восстановившийся сад на него так повлиял?

С саможалением я наблюдала, как Херр Маршал фон Стейнвегг в редкие дни, вырвав их из плотного рабочего графика, играл с подрастающим сыном в мячик и страховал на лазилках.

Нельзя не признать — это дорогого стоило.

С тех пор прошло целых два года. Так долго, но пролетели так быстро. Теперь я всё чаще старалась отмести от себя прилипчивые мысли о побеге (да и как это можно было совершить, ведь на руках у меня был маленький ребёнок?) и менее резко относилась к мужу, стала чаще улыбаться, но всё равно скучала.

А ещё не могла не заметить, что Херр Маршал фон Стейнвегг был крайней степени доволен моими изменениями, тем, что я вела себя тихо и достойно, что хорошо исполняла свою роль хозяйки поместья, как была приветлива со всеми, и как заботилась о нашем сыне, что однажды решился взять меня с собой в город.

От такой неожиданной новости я даже растерялась. За неполных три года я ни разу не покидала поместье дальше его окраин. Было радостно, конечно, что Херр Маршал фон Стейнвегг сделал такой смелый поступок, ведь я в таком случае вполне могла сбежать, но всё равно немного боязно.

Всё чаще и чаще я стала задаваться вопросом, почему же позволяла Херр Маршалу фон Стейнвеггу делать всё, что заблагорассудится, и совершенно перестала сопротивляться? Когда и каким образом он успел усыпить, сломить мою волю к свободе?

Неторопливым движением я поправила свою причёску и надела очаровательную тёмную шляпку с опушкой. На улице ярко светило солнце и было достаточно тепло, однако я не стала изменять своему стилю, который напоминал, что мой родной дом не здесь, а в любимом Ордене Глендстория.

— Фрау Тайлетта, экипаж готов, — Шарлотта отошла от окна и повернулась ко мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Что ж, вот и мой выход в «свет». Какая ирония. Я вновь ощутила себя пленницей, которую вывели на прогулку в сопровождении конвоира. На самом деле это было совершенно не так, но внутреннее состояние было именно таковым.

Вместе с Шарлоттой мы спустились вниз, и когда я залезла в салон, девушка закрыла за мной дверь и помахала рукой на прощание, унося на руках подросшего сына за дом.

Это было впервые, когда я расставалась с сыном. Никогда бы не подумала, что начну скучать уже тогда, когда мы ещё не тронулись с места. А может быть ну её, эту поездку? Здесь, в поместье герцога Киорлийского было настолько красиво, что и не передать. Наряды их было у меня предостаточно. А с жителями Эволетта признаться, общаться не хотелось. Но никуда уже не деться — наш экипаж тронулся с места.

С какой-то детской горечью я наблюдала, как мой сынишка побежал с новой игрушкой к витиеватому фонтану-бассейну в сердце Азуми. Херр Маршал фон Стейнвегг баловал своего отпрыска и, дабы наследник не скучал без матери, подарил ему новый кораблик.

Надеюсь, плакать не будет. Без меня.

Мы ехали довольно долго. Природа Эволетта была великолепна, дороги идеально ровные в отличие от родной Иосфании. Как бы я не любила свою страну, но наш Кайзер не очень-то уделял внимание благоустройству страны. Лишь только его резиденция, столица и несколько крупных городов блистали великолепием, а вот небольшие городки и деревни порой застревали в грязи и нечистотах. Здесь же, проезжая мимо крестьянских поселений, внимание привлекали аккуратные домики и мощёные дороги. Было чисто и красиво.

На мужа я сейчас внимания не обращала, полностью погрузившись в изучение красивой местности. Кажется, он что-то говорил, но я не слушала.

Вскоре показался город. Его высокие шпили было заметно издалека. С одной стороны это выглядело очень красиво, с другой — это говорило об укреплённости города, окружённого высокой стеной с башнями.

Внутри мне тоже понравилось: высокие здания были украшены многочисленными кованными балкончиками, с перил которых свисали цветущие цветы. От обилия красок рябило в глазах — но как же они были очаровательны.

Экипаж постепенно углублялся к центру, и населения на улицах становилось заметно больше. Херр Маршал фон Стейнвегг дал распоряжение кучеру остановиться, дальнейшее знакомство с городом мы стали проделывать пешком. Муж услужливо предложил мне руку.

Это было столь непривычно для меня — идти с ним под руку. Уж лучше бы шли порознь, но этикет нужно всё же соблюдать. Неожиданно для себя стала замечать, что возникло чувство некой гордости что ли, когда прохожие кланялись моему мужу, а иногда со счастливыми улыбками жали ему руку.

Херр Маршал фон Стейнвегг был популярен у народа Эволетта. Ну да, кумир, герой войны, в конце концов — правая рука Кайзера, который позволял себе вот так запросто пройтись со своей супругой наравне с обычными горожанами.

Я долго ещё поражалась всему, пока мы не остановились у аллеи с лавками.

— Куда пойдём? За платьем или шляпкой? — учтиво спросил Херр Маршал фон Стейнвегг.

Поразительно — неужели этот харрон способен на учтивость?

На самом деле у меня была одна мысль.

— Здесь есть прилавок с сувенирами? Мне бы хотелось бы взять что-нибудь для Фрау Гризель, Фройлен Шарлотты и Херра Рафаэля с остальными.

— Мне всегда казалось, Вам нравится одежда, — удивлённо посмотрел на меня муж.

— Ах, оставьте свои шутки, Херр Маршал фон Стейнвегг. Мне не перед кем красоваться.

Разумеется я лукавила. Красоваться мне очень хотелось, потому как моему гардеробу могла позавидовать любая девушка. Вот только мне не хотелось лишний раз привлекать к себе внимание мужа.

— Вы поразительная женщина, Фрау Ингвар фон Стейнвегг. И необыкновенная.

Тон мужа был располагающим к продолжению беседы, и я даже хотела поддержать его, если бы только не…

— Вы с лёгкостью могли бы затмить своей красотой всех прелестниц при дворе. Могу поспорить, что даже алчная до нарядов Фройлен Ирма Линда фон Брандиштенс и красотка Фрау Димария фон Жофрелизин вызовут Вас на дуэль при случае.