Гена больше ничего не спрашивает и не пытается поддержать разговор, давая мне время сосредоточиться и собраться с мыслями.
Спустя полчаса мы приезжаем к отделению полиции и после непродолжительных переговоров и формальностей проходим в комнату с железной дверью, где стоит только стол и два стула.
Оглядываюсь, ежусь и обхватываю себя руками в подсознательном жесте уберечь себя от чего-то пугающего. Поскольку ощущения от нахождения в этом помещении ужасные. Я свободолюбивая женщина, и здесь бы сразу зачахла.
Гена сокращает расстояние между нами, слегка обнимает за плечи и смотрит в глаза, пытаясь понять, как я.
— Все нормально, — отвечаю и ему, и себе, пытаясь поверить в сказанное.
Внимание привлекает грохот открывающейся двери, и я смотрю на входящего в сопровождении конвоира мужа.
Пиджак порван, брюки запачканы… Поднимаю глаза выше. Лицо помято, глаз заплыл от удара... Жуткая картина.
Он внимательно смотрит на меня, потом на Гену, и удивленно восклицает:
— Таксист?!
Какая хорошая память.
Понимая, что я приехала играть финальную партию и можно больше ничего не скрывать, заявляю ему в глаза:
— Частный детектив.
Челюсть у Родиона, конечно, не падает, но удивление муж скрыть не может.
— Может, объяснишь?
Усмехаюсь. Как это в его духе: перекладывать свою вину на других.
— Думаю, объяснять нужно тебе, а не мне. Знаешь же, что чистосердечное признание смягчает наказание.
— Кто ты такая, чтобы меня наказывать?! — вопит он, продолжая считать, что лучшая защита — это нападение.
— Во-первых, я пока еще твоя жена, хотя ты, наверное, забыл об этом, связавшись с секретаршей, а во-вторых, собственница фирмы, которую ты собирался отжать, — бросаю ему в лицо холодно и твердо показывая, что его приемы со мной не прокатят. Муж смотрит на меня ошарашенно.
Неужели думал, что я блефую?! Ну это же смешно.
Молчу, ожидая его хода, и вижу, как он буквально на глазах сдувается. Думаю, мои слова, напоминающие расклад в нашей игре, и заявление о частном детективе сбили с него спесь.
— Я зря приехала, или ты воспользуешься шансом и все расскажешь? — давлю на него, пытаясь заставить его говорить.
— Что тебе рассказывать, если тебе все уже нарыли?!
— У меня все равно есть вопросы.
Он бросает недовольный взгляд на Гену и требовательно заявляет:
— При нем говорить ничего не буду.
Оборачиваюсь к своему ручному Крокодилу и прошу:
— Гена, выйди, пожалуйста.
Частный детектив смотрит на меня взглядом «ты уверена?», и я добавляю:
— Не переживай. Все под контролем.
Кивает, идет к двери и произносит, скорее всего, устрашая моего мужа.
— Я буду за дверью.
— Хорошо.
Сажусь за стул и жду, когда Родион сядет напротив.
Немного помешкав, он все же делает это, и мы встречаемся глазами.
Как так происходит, что двое любящих людей, прожившие вместе много лет бок о бок в любви и согласии, расходятся, становятся чужими, а потом вообще переходят черту невозврата и предают физически и эмоционально…
Не удерживаюсь и озвучиваю наболевший вопрос:
— Почему?
Молчит, смотрит, а потом произносит:
— Я совсем перестал тебя интересовать! Вся твоя вселенная сосредоточилась на Олесе и ее семье, а я еще не старый мужчина! Мне нужно внимание, забота, любовь…
— Седина в бороду, бес в ребро, — усмехаясь шепчу я.
— Она слушала с открытым ртом, она смотрела восторженными глазами…
— Хорошая актриса. Теперь ты понимаешь это?!
Хмурится и не говорит «нет».
— Почему все мужчины, старея, всегда попадаются на одну и ту же уловку?! Ну априори не может молодая красивая девушка любить мужчину, годящегося ей в отцы. Она может имитировать чувства в обмен на какие-то блага. Но каждый считает, что так с другими, а он особенный.
Родион молча слушает и даже не возмущается в своей привычной манере. Неужели согласен?!
Вздыхаю, отступаю от лирики и понимаю, что приехала сюда к нему, чтобы собрать недостающие кусочки пазла, что почти сложил частный детектив.
— Что случилось в тот день, когда ты упал и потерял сознание в своем кабинете? — спрашиваю у Родиона и смотрю на него внимательным взглядом, чтобы не упустить ни малейшей детали.
Он мрачнеет еще больше, и я понимаю, что он знает ответ на этот вопрос, и я должна убедить его рассказать мне всю правду.
18 глава
— Что случилось в тот день, когда ты упал и потерял сознание в своем кабинете? — спрашиваю у Родиона и смотрю на него внимательным взглядом, чтобы не упустить ни малейшей детали.
Он мрачнеет еще больше, и я понимаю, что он знает ответ на этот вопрос, и я должна убедить его рассказать мне всю правду.
— Я убедился, что Карина меня обманывает, — устало выдыхает он.
Молча смотрю на него, говоря взглядом «продолжай».
Он тяжело вздыхает и выдает:
— Я застал ее в объятьях…
Фразу Родион не договаривает, но я сразу понимаю, почему, и делаю это за него:
— Кирилла, человека, которого Карина предлагала как покупателя фирмы.
Муж смотрит на меня немного ошарашенно, а потом то ли мне, то ли себе выдыхает:
— Частный детектив…
Мне не терпится узнать финал этой драматичной истории, и я тороплю его:
— И что было дальше? Ты же не упал сам?
— Нет. Мы сцепились, он меня толкнул, и из-за этого я упал.
Сразу всплывает сцена в больнице. Барби поехала с Родионом именно поэтому. Она боялась разоблачения первого любовника и должна была знать, как обстоят дела. Не напишет ли заявление старый любовник на молодого.
Молчим какое-то время, смотря друг другу в глаза, после чего Родион произносит:
— Прости меня. У меня было какое-то помутнение рассудка. А когда пришел в себя — не понял, как такое вообще могло произойти.
Пропускаю его первые фразы и цепляюсь за последнюю, к еще одному волнующему фрагменту.
— Ты правда не помнил то, что произошло после юбилея, или обманывал?
Муж не отводит глаза, выдерживая мой сканирующий взгляд, а потом кивает.
— Правда. Сначала я услышал разговор в больнице, где медсестра упомянула другой год, чем я предполагал. Заставил ее показать смартфон и убедился, что упустил из жизни несколько лет. Неприятное ощущение.
Родион останавливается кривится, словно проживает его заново, а я просто жду, когда он продолжит.
— Потом все подтвердилось дома, и я спросил у тебя, что произошло за это время. Ты обманула меня.
Пожимаю плечами:
— Тогда я еще не могла открыть тебе карты. Ты сам встал на противоположную сторону баррикад.
Муж не комментирует мои слова, а продолжает.
— Тогда я решил поехать на работу, но с первого раза доехать дотуда не смог. Твой детектив вернул меня домой, и я решил все разузнать через Олесю, но у той в голове только памперсы, детское питание и игрушки.
Я бы могла сказать, что это прекрасно, что дочь так любит своего сына — нашего внука, но сейчас мне не до посторонних разговоров.
— Когда я наконец встретил Карину, я кое-что вспомнил… — произносит Родион задумчиво.
— А когда проследил и нашел ее в кафе с Кириллом, вспомнил все, — предугадываю продолжение.
Снова смотрит на меня внимательно и кивает:
— Ты все знаешь.
— Многое, — произношу спокойно и добавляю. — Могу, например сказать кто такой Кирилл, и что тебя развели как лоха. На удивление проглатывает обидные слова и интересуется:
— Кто он?
— Он внук жены моего отца, решивший, что тот неправильно распорядился наследством, и собирающийся вернуть свою справедливость.
Родион кривит губы.
Думаю, мужское эго заметно покорежило. Ну как же, он же посчитал, что он супермужик, способный привлечь молоденькую красивую девочку, а ее привлекли совершенно другие цели. Уж не знаю, слепая любовь к своему бойфренду или тоже жажда наживы, но точно не любовь к годящемуся в отцы мужчине.
Понимая, что все, что хотела, я выяснила, поднимаюсь из-за стола.
