Быть может, этот Захар задумается и не захочет со мной связываться? Неужели, ему мало женщин в столице? Я почему-то уверена, что такой нехватки у него нет.

На секунду меня пронзает уколом ревности. Странное и непривычное чувство.

– Как вы это допустили? – рявкает на своих охранников Захар.

Меня от его голоса вновь пробирает до мурашек…

Но я вдруг замечаю скрывающегося в кустах Володю. И мне все сразу становится ясно.

Боже мой!

Когда я просила меня спасти, то имела в виду не это. Вот же дурак! Хотя, с другой стороны, на войне все средства хороши.

Вот только, к несчастью моего парня, верзилы-охранники тоже обнаруживают его присутствие:

– А, ну, иди сюда, гаденыш! – тут же соображают в чем дело громилы.

Они несутся к кустам, откуда дает деру мой Вова.

Закрываю лицо руками. Шансов у него нет, я уверена. Если даже не поймают, то запросто вычислят позже. Адрес им уже известен, да и вообще, у нас тут село, а не город, все друг друга знают. Про любой твой чих здесь уже известно на другом конце деревни.

– Все, пожарных вызвал! – возвращается в строй мой запыхавшийся отец.

Московский жених стоит молча, засунув руки в карманы. Наблюдает за горящим автомобилем.

Замечаю у него на запястье золотые часы. И вообще почему-то не могу отвести взгляда. Все глядят на происшествие, взывая и охая, а я, как дурочка, разглядываю спину бизнесмена, что приехал за мной.

Представляю почему-то, как он прижимал меня к себе, и как жгло кожу от прикосновения горячих пальцев.

С Володей я никогда такого не испытывала.

И внутри не трепетало.

И живот вот так не крутило, что хотелось глухо застонать.

Размашисто мотаю головой, чтобы выкинуть из головы эти дурацкие мысли. Я сейчас вообще не в той ситуации, чтобы чем-то наслаждаться.

– Захар Вадимович, вы только не переживайте! – берет в оборот мужчину моя мама. – Дом у нас большой, здесь всем места хватит! Или, если хотите, Коля вас отвезет?!

И пучит глаза на отца, чтобы поддержал.

Тот не сразу понимает, захваченный беспокойством и пылающим зрелищем, но все же поддакивает жене.

– Сам разберусь, – сухо отвечает им наш гость. – Сейчас вызову другую машину.

– Надеюсь, наш договор остается в силе?! – кажется, это все, что интересует папу. А я так сильно злюсь на него за это, что в груди разрастается тревога и напряжение. – Это недоразумение ведь ни на что не повлияет?

– Нет. Поджог не имеет отношения к нашим с вами делам.

Бессилие кажется таким ощутимым, что все мое тело превращается в тяжелый камень.

Всем плевать на меня.

Даже родителям.

А я то думала, что они меня любят… Что у нас счастливая и дружная семья. Что мы будем стоять друг за друга горой в любой ситуации.

Но все оказалось лишь иллюзией.

А я – товаром.

Причем, отданным за бесценок, ведь родители ничего не получат с этой сделки, как я понимаю.

Получается, единственный человек, которому тут есть до меня дело, – это Володя. Которого, кстати, прямо сейчас тащат охранники, а он едва успевает перебирать ногами.

Его бросают прямо в ноги миллиардеру, и никто из присутствующих даже ухом не ведет.

И только я не могу на это смотреть. Подбегаю к Володе и падаю рядом с ним на колени.

– Да, что вы делаете? – обращаюсь ко всем сразу. – В вас вообще что ли ничего человеческого нет?

В носу начинает щипать, и на глазах выступают первые слезы.

– Малышка, это ради тебя, – улыбается мой парень, обнажая окровавленные зубы.

Мне плохо становится.

– Знаешь, сколько моя тачка стоит, Ромео?

– Да срал я, сколько она стоит! – уверенно заявляет Вова и сплевывает кровь изо рта. – И вообще – это не я. Вы ничего не докажите!

И я в этот момент тоже поднимаю глаза на Захара. И весь его вид заставляет меня сжаться. Я ведь тоже теперь перед ним на коленях, и образ мужчины кажется отсюда еще более властным и внушительным.

Хозяин мира.

А сейчас еще и хозяин наших жизней.

– Тебя в тюрьму посадят. Ты не понимаешь что ли? – миллиардер поднимает бровь.

А у меня так сильно сжимается сердце, что больно становится и дышать нечем. Не хочу, чтобы Володю посадили из-за меня!

– Вы… вы этого не сделаете! – выпаливаю, стараясь быть увереннее, но мой голос все равно звучит забито и испуганно.

– Я нет. Судья решит.

– Дочка, да вставай уже! – ко мне подбегает мама. Хватает за плечи, чтобы поднять. Но я вырываюсь. – Чего ты защищаешь этого уголовника?

– Потому что он хоть что-то сделал, пока вы тут торговали мной!

– А, ну, замолчи! – ругает меня отец.

Он боится этой правды, потому что люди смотрят. Но мне плевать на это! Решается судьба Володи, единственного, кому до меня есть дело.

– А, ну, разошлись все! – папа, как глава поселка, грозным голосом разгоняет зевак.

– Присмотрите за ним, пока не придет машина, – отдает распоряжение своим псам Захар. – А девчонку в дом!

– Нет! – хватаюсь за Володю. – Отпустите его! – молю. – Это все из-за меня! – слезы уже не получается удержать.

– Да не ссы, малая, ничего они мне не сделают, – усмехается своим красным ртом мой парень.

– А ты вообще молчи! – меня впервые охватывает ярость, направленная именно на него. – Как ты мог такое учудить?

– Я ради тебя и не такое сделаю! – заявляет этот придурок.

– Хочешь, чтобы я от него отстал? – вдруг обращается ко мне «жених». Его взгляд темнеет, и мне становится не по себе. – Тогда тебе придется выполнить одно условие.

4

Катя

Не могу передать, что чувствую в этот момент. Я ведь прекрасно понимаю, чего попросит этот человек. И оттого паника липким холодом скручивает живот.

– Я согласна… – выдыхаю.

Не прощу себе, если Вова сядет в тюрьму по моей вине. Буду мучиться совестью потом всю жизнь… Хоть он и дурак, что поджег машину! Как ему вообще такое пришло в голову?!

– Я ведь еще ничего не предложил, – бизнесмен поднимает бровь с удивлением. И так смотрит на меня, что хочется сжаться в малюсенький комок под этим взглядом.

– Вряд ли есть хоть что-то страшнее, чем стать вашей женой! – выпаливаю со злостью. – Но лучше уж так, чем… – поворачиваюсь на Вову.

Поверить не могу, что мне придется пойти на такое. Что вся моя жизнь так вот запросто перевернется из-за какой-то глупости.

И дальше все как в тумане. Глаза снова застилает слезами, и я забываю, что обещала себе быть сильной. Что слабых сжирают, растаптывают и уничтожают. Просто даю волю всему, что творится внутри.

Володя что-то там кричит, рвется в бой, но его подхватывают бугаи и куда-то утаскивают. Зеваки потихоньку расходятся, или я просто не замечаю уже происходящего вокруг. Зато вижу Захара. Чувствую его ауру, что теперь окутывает меня будто с новой силой.

И, похоже, мы остаемся один на один возле догорающего автомобиля, когда мужчина поднимает мою голову за подбородок, вынуждая посмотреть ему в глаза. В холодные, даже ледяные глаза.

– Ты очень красивая, Катя… – произносит мой будущий муж, и тембр его голоса сейчас обманчиво нежный. Словно не происходит ничего ужасного. Будто жуткая история моего неожиданного замужества мне просто приснилась.

Но я то знаю, что скрывается за всем – я стану невольницей, облаченной в дорогие тряпки. Игрушкой для олигарха, которую он сможет использовать по своему желанию. А какие у него желания я знать совсем не хочу.

И сейчас он оценивает меня как вещь. Выгодное приобретение в виде красивой мордашки.

Он точно не хочет ничего хорошего. У таких на уме всякие извращения, потому что обычная жизнь их уж не вставляет. Я про такое в интернете читала.

Иначе, зачем я ему?

Но я вновь как-то странно реагирую на эту близость. На тепло, источаемое мужчиной. Будто не испытываю неприязни, а, наоборот, жажду испытать нечто новое, неподвластное мне ранее чувство.