— А мы уж думали, что померла. Сердце не билось, — довольно сказал кто-то рядом. — Потерпи, сейчас полегчает. Только немного. Мне ещё это… жену сегодня ночью… ну это.

Прошелестел металл, Мальдира услышала недовольное шипение и почувствовала запах крови. Солёный, желанный. Неизвестный мужчина поднёс запястье к её рту, и девушка каким-то невероятным образом нашла в себе силы вцепиться в его руку ладонями, присосаться к открытой ране. Спустя десяток глотков мир перестал быть кошмарным местом. С трудом заставив себя оторваться от желанной пищи, Мальдира резко оттолкнула от себя кровоточащую руку и открыла глаза.

Мужчина, сидящий рядом, отшатнулся, испуганно осенил себя знаком Всеблагой. Мальдира нахмурилась. Похоже, глаза опять выдали её голод.

— Живая я. Точнее не мёртвая. Не бьётся у меня сердце. Но ты лучше отойди. Я голодна.

Мальдира не спускала с него горящего взгляда, и мужчина поспешил выполнить эту нехитрую просьбу. Рисковать все только на словах горазды, а так от некромантов обычно держатся подальше.

— Где мы?

— В Кампер едем, — ответил ей другой мужчина, развалившийся у Маль за спиной. — Мы потом ещё три дня всякую мелочь от укреплений отгоняли, а там подоспели обозы с новой сменой, а нас вот везут узнавать, что же там такое было, и почему мы позволили умереть госпоже некромантке.

Фыркнув, Маль попыталась поплотнее закутаться в плащ. Разговаривать не хотелось. Каждое слово отдавалось эхом в голове, искажалось, и от привычного значения оставалось только одно: осознание, как силён голод. Даже не успокоить себя дыхательной гимнастикой, запах людей, сидящих рядом, дразнил нос.

Медленно проводя ладонями по телу, Мальдира отмечала, как сильно похудела, как истрепалась за время боя одежда. Похоже, лакримы пытались полакомиться. Но последнее не было проблемой, в деревне выдадут новую, делов-то. А вот кристалл вряд ли удастся получить так просто.

Шумно выдохнув через плотно сжатые зубы, Маль пыталась держаться. С каждой минутой жажда становилась всё сильнее. Голод пронзал тело судорогами, требуя впиться кому-то в шею, оторвать руку, сделать хоть что-нибудь. Голод нужно было усмирить, удовлетворить, чтобы он перестал так сильно терзать тот обрывок, что по недоразумению называется душой некроманта.

— Неразговорчивая какая.

— Ну да, спасла нас, вот и зазналась, чего со слабыми говорить.

Шепотки прокрались в сознание, вонзились в него раскалённым кинжалом и заставили вскрикнуть. Мальдира нащупала руками посох и сжала. Сдвинув капюшон так, чтобы были видны её обескровленные губы, она прошептала:

— Стараюсь вас, идиотов, не сожрать, — она довольно улыбнулась, показывая ровные белые зубы с не по-человечески острыми клыками.

Разговоры тут же стихли. Парочка мужчин поспешила отодвинуться на безопасное расстояние. Глупцы, оголодавший некромант догонит человека, если потеряет контроль. Мальдира облизнулась. Совсем рядом сидел молодой парнишка, лет двадцать, не больше. Если закрыть глаза, распустить душу, облепить его всего, то можно будет почувствовать, как трепетно бьётся его сердце. Можно будет осторожно откусить кусок его жизненной силы, наполнить себя.

— Нет! — в ужасе закричала Мальдира. — Нет, нет!

— Что случилось?

— Мне нужна кровь. Ещё. Много крови, — коротко сказала она, сжимая ладони в кулаки. — Верёвки, конопляные, с нитью серебряной, которые в церкви продают. Есть?

Мысли начали путаться, Мальдира чувствовала, как подкатывает безумие. Сколько она ещё может сдерживаться собственными силами? Вряд ли долго. Нужно принимать контрмеры.

— Есть, — растерянно ответили ей.

— Вяжите. Быстрее. Сейчас… сорвусь. Быстрее!

Перед глазами начала подниматься кровавая пелена, жажда жизненной силы брала своё. Маль только и смогла, что схватить ближайшую тряпку, запихать в рот и протянуть вперёд руки. Толстая верёвка обвила запястья, и некромантка сдавленно застонала. Зачарованная специальным образом церковная верёвка не только была прочной на разрыв, но и причиняла мёртвым серьёзные неудобства, выжимала все силы. А в тот момент Мальдира была куда ближе к мертвецам, чем к живым.

— Что за?! — спросил глава каравана, медленно бредущего в сторону Кампера.

Завидев возню, он натянул узду, заставляя коня притормозить, и, когда повозка с некроманткой поравнялась с ним, бросил туда заинтересованный взгляд. Вид связанной спасительницы вызвал судорогу во всём теле. Это было слишком неправильно.

— Она приказала. Говорит, крови хочет, бросится на нас, — боязливо ответил Тацэк, один из самых молодых работников шахты. Парнишке, кажется, недавно минуло пятнадцать, и он отчаянно рвался в бой, доказать всем, что взрослый, но, стоило столкнуться с настоящей опасностью, трусливо поджал хвост.

— Почему меня не позвали? — сурово уточнил глава каравана, поправляя металлический значок на груди.

— Так не успели, — хмыкнул сидящий рядом с Тацэком Ларц. — Она кричать начала, требовать, чтобы вязали скорее. Пока за верёвкой, а то мало ли, некроманты, они такие, лучше не спорить, пока связали, а вот и вы.

— Что ж, дело дрянь. Эй ты, мелкий, хорошо в седле держишься?

— Я к ней не прикоснусь, — бледнея, ответил Тацэк.

— Да и не надо. Держи лошадь, — глава каравана уверенно спрыгнул в повозку, отдавая поводья юнцу. — Скачи во всю прыть в Кампер. Если священник там — проси задержаться, если уехал, вызывайте откуда угодно. Мы не должны потерять некроманта! Это слишком редкий дар!

Уговаривать Тацэка дважды не пришлось. Он ловко запрыгнул в седло, приосанился, кивнул, сжал бока лошади пятками и дал шенкеля, посылая лошадь вперёд.

Держаться подальше от подобных порождений истинного зла — хорошая идея. И кто бы что ни говорил, да, некроманты защищают их от нежити, но они сами зло не меньшее. А не становишься ли ты сам злом, когда принимаешь помощь от того, кому неведом свет?

— Что будешь делать, Грэг? — спросил главу каравана Ларц, подсаживаясь поближе.

Дорога обещала быть спокойной и размеренной. В низинах по обе стороны то тут, то там поблёскивала вода, лошади уверенно несли вперёд, не обращая внимания на сочную болотную траву, ведь обзор им загораживали шоры. После крупных вылазок нежить обычно затаивалась, так что ждать нападения было бы глупо. Нет мозгов у мёртвых, не сделают они нормальную засаду, а всякую мелочь вроде парочки зомби силами каравана уж как-нибудь одолеть можно.

— Следить, а что ещё? Девочка тогда хорошо выложилась. Я видел, как она показывала огромный кристалл вигоры. Такие в нашей шахте не добываются, у нас всё мелкое. А там…. у… отличный образец. Если она выпила его и находится в таком состоянии, то мы бы все не дожили до утра. Так что, если ей станет хуже, подарю свою жизнь. Мы ей все обязаны.

— Но у тебя же семья…

— Семья. И я, как никто другой, заинтересован в том, чтобы некромант был в Кампере. Её что-то держит у нас. И пусть держит дальше. Даже если она бесчувственная болванка, то явно не тупая. Понимает, что к ней относятся довольно хорошо. А так ещё и должна будет. Шансы на то, что не уйдёт в другое селение, вырастут, а значит, и моим детям будет спокойнее расти.

— Без отца? — хмыкнул Ларц, недоверчиво качая головой.

— Без отца, — угрюмо кивнул Грэг. — А что делать? Не в том месте мы живём.

— И как только дурак вроде тебя смог добиться каких-то успехов? — разочарованно спросил Ларц, перегибаясь через край телеги и сплёвывая в траву.

— Кто знает. Как-то вот дослужился, — ухмыльнулся глава каравана, косясь на временами завывающую некромантку. Зрелище не из приятных, но не на кого было её не оставить.

К воротом Кампера добрались к вечеру. Солнце наполовину скрылось за горизонтом, даря окружающему миру последние тёплые лучи. Караван ждали, ворота деревушки были распахнуты, возле них стоял вооружённый отряд и два клирика в белоснежных одеяниях. Проверяя на входе живых, некроманткой служители Всеблагой занялись в последнюю очередь. Тот, что был помоложе, потёр пальцами подбородок, закинул Мальдиру на плечо, словно мешок с картошкой, и понёс в сторону единственного трёхэтажного здания.