— Нас уже ждут, — прокомментировала Мальдира.

— Ждут?

— Да. Кажется, лич собрал свою свиту. Будь осторожен. Я не хочу отвлекаться на спасение тебя, пока не убежусь, что мальчишка мёртв.

Федель замер, шумно воткнув шест в болотную жижу.

— Что ты сказала? — прошептал он.

— Пока не убежусь, что мальчишка мёртв, — спокойно повторила Мальдира. — Не думай, что его мать не знала, куда нас посылает. Она надеялась, что это будет какая-то другая нежить, да. Но предполагала, что это именно лич. Мы должны были собраться ковеном и уничтожить его через два месяца. Из-за недавнего эфирного шторма всё отложится, к сожалению.

— Но почему… почему мёртв? Разве ты не идёшь его спасать?!

Федель сжал кулаки в бессильной злобе. Он понимал, что спорить с опытом некромантки бесполезно, но сердце разрывалось от пронзившей его боли. Это было жутко, осознание реальности накрыло свинцовой вуалью и прибило к земле. С самого начала они шли не спасать, а увериться в том, что… Сглотнув, клирик бросил короткий взгляд на некромантку, убеждаясь, что та, как и прежде, мертвецки спокойна.

— Вероятность того, что от души мальца что-то осталось, невероятно мала. Видишь ли, у лича, который, напомню, добровольно превратился в нежить, есть два пути. Путь первый: медленно угасать, сходя с ума и превращаясь в жуткого монстра. Путь второй: периодически поглощать чужие души, чтобы подлатать собственную. Кстати, молодые, детские и подростковые, подходят для этого лучше всего. Особенно, если не провели ритуал посвящения…

Мальдира сжала ладони в кулаки и с вызовом посмотрела на выглянувшую из-за облаков луну. В болотах она казалась намного больше. Огромный белоснежный сияющий блин с капельками черничной карамели.

— Обряд для Эрнике и ещё двух парней должны были провести на следующей неделе. Идеальные кушанья, — со вздохом прокомментировала Мальдира. — Смирись. Мальчишка может превратиться в нежить, а может обрести покой. Он знал, на что шёл.

— Но… зачем? — растерянно спросил Федель.

— А это, я думаю, нам нужно узнать лично. Пока будем пробираться, можем поиграть в угадайку. Например, лич мог пообещать ему силу некроманта, — хмыкнула Мальдира, покрутив в руках посох.

— Но кто в здравом уме согласится на подобное? — обречённо спросил Федель.

— Тот, кто желает власти и обожания. Это для тебя я чудовище, для них, — Маль кивнула в сторону Кампера, — я спасительница. И получить мои силы хотели бы многие. Даже отдав за это солидный кусок души.

У юного клирика не нашлось слов. В очередной раз его макнули лицом в то, что он пришёл из другого, невероятно простого мира. И ведь не докажешь, что в Бенифтерре своих проблем достаточно! Рядом с тем, что творится в Мортерре, они кажутся несущественными.

— Думаешь о том, что проблемы родины кажутся мелочными? — спросила Мальдира, заметив, что Федель замешкался. — Зря. У каждого свои проблемы. И они для любого самые важные. Не обесценивай ни своих, ни чужих трудностей.

— Откуда ты?..

— Все думают об этом, столкнувшись с мраком Мортерры. Что вы, светлые, что дети, которых впервые выпустили за стены города. Чего греха таить, я… тоже испытала нечто подобное, когда всё то, что беспокоило меня, отошло на второй план.

Предупреждающе подняв ладонь вверх, Мальдира перехватила поудобнее посох и в два по-мужски широких шага оторвалась от Феделя, подпрыгнула в воздух, разжигая голубой огонь в навершии посоха, и клирик невольно отшатнулся.

Прямо перед лицом некромантки завис очередной костяной монстр. Этот напоминал молодого дракона, вот только Федель прекрасно знал анатомию разумных ящеров и мог поставить годовой заработок на то, что это никогда не было драконом. Череп ящерицы-переростка, задние лапы от коровы, передние от какой-то крупной кошки, хвост, судя по всему, самая настоящая змея.

“Костяная химера. Может быть как самозародившейся, так и созданной. Опасность средняя”, — пронеслись в голове слова давно забытой лекции. Тогда Федель был юн и свято верил, что нежить — совершенно несерьёзная проблема, что он с ней вряд ли столкнётся и вообще, откуда в Бенифтерре живые мертвецы, если все ритуалы проводятся правильно.

Увы, он ошибся и впервые повстречал костяную химеру в катакомбах на седьмом году обучения. Один на один. Шансов на спасение было мало. Но он справился, неожиданно ярко вспомнив всю лекцию, посвящённую этим тварям.

Монстр из воспоминаний был мельче и слабее, но и сам Федель набрался сил, а Мальдире явно требовалась помощь… Химера оказалась куда больше, чем обычно. Размером, пожалуй, с двух, а то и трёх племенных быков. И характером такая же. Так и норовила поддеть некромантку выступающими по бокам головы шипами. Пока Мальдире удавалось уклоняться, но на сколько её хватит?

Удар — отскок в сторону — удар хвостом — некромантка подпрыгнула вверх — химера побежала вперёд — Мальдира уклонилась.

И не было в этом обмене колкостями ни мгновения для того, чтобы провести контратаку. Хорошая тактика для того, кто надеется измотать противника, а уже потом с наслаждением над ним поиздеваться.

“Не трусь! Самое время показать ей, да что ей, себе, что ты не просто так приехал в Мортерру! Что ты не изнеженный солнечный мальчишка, только и умеющий, что восхвалять богиню! Ты священник, защитник от сил зла!” — мысленно приобадривал себя Федель, пробираясь вперёд к твари.

Его посох был обычной палкой, но и он сослужит свою службу, отвлекая монстра в нужный момент. Осталось только найти, где у этой химеры сердце мертвеца, в котором сосредоточены остатки жизненной силы, и наполнить её живительным светом Всеблагой.

— Назад, безумец, назад! — закричала Мальдира, увидев его боковым зрением.

Дыхание сбилось, и это стало причиной первой раны некромантки. Недовольно рыкнув, она направила внутренние резервы к левому бедру и залатала сочащийся сукровицей порез.

— Проваливай! — зло шикнула Мальдира, уклоняясь от очередного удара химеры.

Федель отметил, что за три минуты этого напряжённого боя движения некромантки стали менее резкими. Усталость брала своё. А значит, нужно действовать как можно скорее.

— Аккорджере, — прошептал клирик, надеясь, что богиня не оставит его.

И она действительно не оставила. Или дело было в том, что чары, усиливающие внимательность, он запросил ещё там, в храме? Времени на эти размышления не было. Всмотревшись в монстра, несущегося прямо на некромантку, Федель увидел его синее сердце, едва заметно пульсирующее за рёбрами.

— Ложись, — крикнул Мальдире, устремляясь к нежити и на ходу шепча слова целительного заклинания.

Под ногами неприятно чавкало, болотная жижа норовила стащить сапог, но Федель справился, коснулся левого бока чудища, и с пальцев клирика сорвался поток ослепляющего света.

Химера закричала, полоснула когтями там, где ещё мгновение назад стояла Мальдира, и осыпалась пеплом.

— А это было неплохо, — хмыкнула некромантка. — Ты не так уж и бесполезен.

Федель не нашёл, что ответить. Для него весь бой смазался в одно мрачное чёрное пятно, из которого нельзя было вырвать ни один цельный образ. Тяжело дыша, он опустился на землю.

— Эй, а ну не расслабляться! Нельзя! — Мальдира подошла к нему, села на корточки и похлопала по щекам.

От прикосновения холодных тонких пальцев стало немного легче. Клирик поднял на неё затуманненный взгляд и выдавил слабую улыбку.

— Что, не привык убивать? — с лёгкими нотками понимания спросила Мальдира. — Так ты не убил, ты подарил покой. Именно этим и должны заниматься жрецы, разве нет? — она резко поднялась и протянула ему руку. — Идём. Мы у одного из дольменов. Если ты дошёл до этих мест, то тебе, пожалуй, стоит узнать об этих странных землях побольше.

Федель с трудом поднялся и, тяжело опираясь на посох, пошёл за некроманткой. Уверенности в том, что он всё делает правильно, прибавилось, но вот хватит ли сил дойти до конца?

Отдышавшись, Федель набрался уверенности и поравнялся с Мальдирой, самостоятельно выбирая свой путь. Некромантка бросила на него короткий взгляд, едва заметно повернув голову, но промолчала. В конце концов, пока опасность не чувствуется, пусть…