Знал ли Страйф по-настоящему Лайтнинг или обманывал и себя, и её ?

И Лайтнинг... Пыталась ли она узнать больше того, что скрывалось за его одеждой?

Они познакомились почти три года назад. До того, как Фэррон пришла на работу в Банк Люцис. До того, как Страйф устроился туда вслед за ней. Кажется, раньше их отношения были лучше. Они виделись почти каждую неделю в компании байкеров. Общались. Теперь встречались только урывками, как воры. В этом была виновата только Фэррон, старательно скрывающая на работе их связь.

И его снисходительное, почти оскорбительное понимание.

«Я лучше него», — голос мальчишки, которого злит, что Фэррон не разрешает ему называть себя Лайтнинг.

«Чем?» — её насмешливый вопрос, в тайне требующий доказательств.

Лайтнинг поцеловала Клауда в противовес всем путающим мыслям, мечась от настойчивости к бессильной нежности. Назло себе с разбуженным желанием и отрицанием его. Назло Кладу с пониманием её эгоизма. Назло Кэлуму с его требовательным взглядом.

Дальше были только обрывки, моменты близости за туманом в голове и между поцелуями. Тяжелая броня одежды, из пут которой Лайтнинг вырывалась нервными движениями. Терпеливые руки Клауда. Соприкосновение голой кожи с чужой. Снаружи, внутри. Так близко, что можно было поверить на мгновение, которое длилось вечность — они одно целое. Жар и пот, выступающий на теле от каждого движения.

Её желание драться, странным образом перетекающее в желание проигрывать и прогибаться. Лайтнинг бросало из крайности в крайность, словно флаг под порывами ураганного ветра. Это длилось до тех пор, пока она не получила от Клауда того, что хотела, пока не почувствовала успокаивающее прикосновение его губ к своему влажному виску.

После она сидела на краю чужой кровати, смотря в пустоту.

— Ты почему-то злишься на меня? — спросил Клауд. Даже не видя его лица, Лайтнинг чувствовала, как он грустно улыбнулся.

— Нет, конечно. Просто последние пару недель были паршивыми.

Она злилась на кого угодно, но не на него. На себя с этими мыслями, на Кэлума с его словами.

«Я лучше него».

«Чем?»

Черт побери, как паршиво было осознавать, что в каждом движении Клауда, в каждом его прикосновении она ищет ответ. Словно в этой гребанной постели их было трое.

…Самая страшная измена рождается не в теле, а в голове…

— Фанг говорила, что у вас завал на работе, — признался Клауд. Лайтнинг откинулась назад, головой на кровать, смотря в потолок.

— Фанг слишком болтлива в последнее время, — Клэр улыбнулась. Клауд коснулся её волос.

— Лайт… — он вдруг замолчал, будто не решался что-то сказать.

Она просто прикрыла глаза, хмурясь. Лайтнинг понимала его так, как и он её. Для этого не нужны были слова. Они оба уже почувствовали, что все катится к чертям. Клэр должна была либо перебороть себя, наконец взять обязательства за их отношения, признать их и бороться за Клауда с самой собой, либо наконец отпустить его. Он ведь достоин лучших отношений, чем Фэррон дает ему. Но как же цинично будут звучать эти слова сейчас.

— Клауд, прости, — сказала она, поймав его руку и положив себе на глаза.

— Это должен был сказать я, — хмыкнул он. Лайтнинг свела брови из-за очередной волны чувства, что поступает с Клаудом неправильно. И в этом вовсе не был виноват мальчишка Кэлум. К нему она все равно не хотела приближаться дальше положенной начальнице дистанции, как бы сильно их не тянуло друг к другу. Просто то зерно сомнений, что он посадил, вскрыло проблему: оставлять всё как есть — несправедливо по отношению к Страйфу.

— Лайт… — тихо повторил Клауд. — Меня иногда придавливает чувство вины за то, что я не борюсь за наши отношения, — сказал он наконец.

Лайтнинг пронзило этим признанием, будто он давно уже все понял. А она лишь сейчас открыла для себя это.

— Мне кажется, если я начну, ты возненавидишь меня.

По её горлу прошла какая-то дрожь. Клауд будто спрашивал у неё разрешения. Она молчала.

— Ты настолько любишь решать все сама...

Лайтнинг убрала руку Клауда и посмотрела ему в лицо. Он грустно ей улыбался, взгляд казался уставшим.

«Я лучше него».

«Чем?»

Вопрос всё ещё бился в её голове.

Мелкие пузырьки искрились в бокале с вином, который Лайтнинг полчаса грела в руках, даже не пригубив. Паршивое настроение, несмотря на маленькую победу на работе, не покидало её. В прошлую пятницу она отдала отчёт об утечке средств из двух фирм, который так старательно готовил её отдел. Даже чертов мальчишка Кэлум принял в этом участие. На этой неделе банковский юрист — Шиенция выиграл дело. И в благодарность за хорошую работу руководство устроило небольшую вечеринку для сотрудников в зале на верхнем этаже.

Фэррон обычно не пила на таких мероприятиях, хотя пропускать их не могла. Она бдительно смотрела, чтобы никто из её ребят не перебрал и добрался до дома в целости. Но сегодня хотелось поскорее уйти или выпить этот чертов бокал залпом до дна.

В конференц-зале выключили верхний свет, так что за окном виднелись силуэты домов, подсвеченные ночной иллюминацией. Стулья убрали, оставив только длинный стол, на котором теперь красовались бокалы и закуски. Какое паршивое зрелище. Почти святотатство по отношению к её работе, к деловым переговорам и общим собраниям, что обычно проходили здесь. Весь этот золотистый и пурпурный блеск вин и стёкла в полумраке, запах еды и чего-то более дурманящего. Будто это уже иное место, а не храм, в котором она иступленно приносит свою личную жизнь в жертву работе.

Лайтнинг в порыве злости впервые за вечер коснулась губами бокала. Злилась она по нескольким причинам, что снежным комом накатывались одна на другую.

Фанг все эти дни с раздражением рассказывала о поведении Амицитии, который преследовал её после свидания. Сейчас ж она щебетала с Гладиолусом в темном углу зала. И теперь Лайтнинг понимала, что нотки восхищения громилой в ругани подруги ей не показались.

Фэррон не выдержала и снова приложилась к бокалу, запивая горечь предательства, маячившего на горизонте.

Гордость не разрешала Оэрбе спокойно пережить первое свидание с Гладиолусом, организованное из-за сбора информации. Она мстила за это унижение. Вдоволь наигравшись, Фанг теперь принимала от Амицитии заслуженные извинения и купалась в его внимании. Единственное, что успокаивало Лайтнинг — если уж начальник отдела безопасности выдержал это испытание, не отступил и до сих пор вьётся льстящим псом у ног Фанг, значит Оэрба была права. Интерес Гладиолуса шёл далеко не только от желания собрать информацию о Фэррон.