Стилвелл достал ручку из кармана и сказал Форбсу, что тот должен подписать форму прав, с которой он только что читал. Форбс схватил ручку и нацарапал подпись.

— Норм? — сказал он. — Можем теперь это сделать?

— Конечно, попробуем, — сказал Стилвелл.

— Тогда задавай свои вопросы.

— Начнём с Ли-Энн Мосс. Расскажи, откуда ты её знаешь.

— Кого?

Форбс покачал головой и развёл руками. Стилвелл изучил его реакцию. Он не увидел никаких признаков, которые указывали бы на то, что Форбс знает это имя или что его удивило что-то, кроме самого вопроса.

— Ли-Энн Мосс, — повторил Стилвелл. — Ты её знаешь.

Он снова не задал это как вопрос.

— У меня для тебя новости, помощник Ду-Да, — сказал Форбс. — Я не знаю никого по имени Ли-Энн Мосс. Это было легко. Можно мне идти?

— Не совсем, — сказал Стилвелл. — Ты работаешь на «Изумрудном море», верно?

— Иногда, да. Когда нужен. Это подработка.

— Что ты делаешь на этой подработке?

— Держу лодку в чистоте и помогаю владельцу перегонять её туда-обратно из Марина-дель-Рей. Вот и всё. Какое это имеет отношение к этому дебильному ордеру?

Стилвелл проигнорировал вопрос. Он открыл ноутбук и вывел на экран фото Ли-Энн Мосс из базы ДТ[26]. Он повернул экран к Форбсу.

— Узнаёшь её? — спросил он.

— Извини, нет, — сказал Форбс. — Это та девушка? Ли-Энн?

— Ты уверен, что не знаешь её, Дункан? Если солжёшь мне, я просто засажу тебя в окружную. Пусть твой надзорный офицер разбирается с ордером. У этих парней, знаешь, офигенные нагрузки. Повезёт, если твой надзорный до тебя доберётся через месяц.

— Отлично, это округ с нулевым залогом. Они ещё не изменили это.

— Приятно, что ты это знаешь, Дункан, но на ордере стоит запрет на залог. Ты будешь сидеть, пока твой надзорный не решит явиться. А он торопиться не будет.

— Они не могут так делать. Это нулевой залог.

— Могут, за нарушения условно-досрочного. И с тобой они это сделают.

Стилвелл видел, как в глазах Форбса начала появляться паника.

— Слушай, я не вру, чувак, — сказал Форбс. — Я её не знаю. Если бы знал, сказал бы, но я никогда в жизни не видел эту девчонку!

— Фиолетовая прядь в волосах? — подсказал Стилвелл.

— Нет, чувак, я, черт, не знаю её.

— Ладно, мы к ней вернёмся. А пока поговорим о тебе. Два уик-энда назад, где ты был?

— Не знаю. Я был здесь. Нет, две недели назад я рыбачил. У нас была бронь на выходные перед Днём памяти.

— Мы говорим о субботе, семнадцатого мая.

— Да, семнадцатое. Я рыбачил.

— Где рыбачил?

— У нас были клиенты. Мы были в море все выходные. Вокруг Анакапы. В субботу ночью встали на якорь у Френчи. У меня есть фотки на телефоне.

Анакапа была одним из Нормандских островов, куда входила Каталина. Она находилась севернее, была необитаемой и одной из меньших в цепи, но Стилвелл знал, что бухта Френчи — популярное укрытие, где ночуют на якоре.

— Ладно, где твой телефон? — спросил Стилвелл.

— Не знаю, — сказал Форбс. — Эти два помощника забрали его у меня. И, кстати, ни один из них ни хрена не знает, как управлять тем «Зодиаком». Повезло, что они его не перевернули. А я был в наручниках. Я мог утонуть, чувак.

— Забудь про лодку, Дункан. Ты здесь, ты в безопасности. Когда говоришь «у нас были клиенты», о ком ты?

— Я в экипаже на лодке в Ту-Харборс. Как с «Изумрудным морем», но там больше работы. Это рыбалка, не парус.

— Какая лодка?

— Называется «Морская хозяйка». Капитан — парень по имени Трейси Боннетт. Он за меня поручится. Мы были в море все выходные.

Стилвелл встал.

— Я сейчас вернусь, — сказал он.

Он вышел из комнаты и закрыл дверь. Подошёл к столу Лэмпли и увидел сумку с вещами, в которой лежали телефон, кошелёк, ключи и тонкая пачка денег. Он открыл сумку, взял телефон и вернулся в комнату для допросов. Садясь, он подвинул телефон через стол к Форбсу.

— Разблокируй, — сказал он.

— Я покажу, — сказал Форбс.

— Просто разблокируй и верни. У меня такой же телефон. Я найду фотки.

Форбс ввёл комбинацию, чтобы открыть телефон. Стилвелл уловил последовательность — 112392 — и понял, что это его день рождения. Форбс подвинул телефон обратно через стол, и Стилвелл открыл приложение «Фото». Он нажал кнопку «Все фото» и увидел сетку изображений, которые можно было прокручивать по датам. Дойдя до 17 мая, он открыл одно из фото и увидел корму спортивной рыболовной лодки, заполненную улыбающимися мужчинами, держащими свой улов. Камбала, желтохвост, лингкод и кальмаровый окунь — у них был хороший день на воде. Стилвелл пролистал другие фотографии с той рыбалки. Форбса не было ни на одной, но это был его, и, вероятно, он был фотографом. На одном из снимков угол был сверху вниз, и на нём был запечатлён капитан лодки — предположительно Боннетт, предположительно смотрящий вниз с мостика. Он был в зеркальных очках. Стилвелл пальцами увеличил фото, и в отражении зеркальных линз увидел фотографа. Это был Форбс.

Последнее фото в серии за день показывало закат, предположительно, предположительно, с бухты Френчи. Метка времени гласила: 17 мая, 19:52. Стилвелл перешёл к фотографиям, снятым 18 мая, и нашёл снимки с мужчинами, держащими рыбу и банки пива. Также попалось селфи, сделанное Форбсом на мостике, где он управлял лодкой. Метка времени на этом снимке — 18 мая, 10:36.

Стилвелл подумал, что это почти идеальное алиби, хотя между закатным снимком в субботу и первыми фотографиями рыбалки в воскресенье было несколько часов. Можно было бы утверждать, что Форбс вернулся в Авалон за эти часы, взял шлюпку из клуба «Чёрный Марлин» и отправился к «Изумудному морю» посреди ночи, а затем вернулся в Анакапу к утру для рыбалки. Но Стилвелл оценил вероятность этого как минимальную. Он поверил, что Форбс говорит правду.

ФОРБС БОЛЬШЕ НЕ был подозреваемым, теперь он стал свидетелем. Стилвеллу пришлось переосмыслить и перестроить свой подход. Допрос превратился в интервью. Он начал с того, что сказал Форбсу то, что тот хотел услышать.

— Я собираюсь за тебя заступиться, Дункан, — сказал он. — Я поговорю с надзорным офицером и офисом окружного прокурора, чтобы этот ордер аннулировали. Я скажу им, что ты очень помогал в этом расследовании.

— Это полная чушь, — сказал Форбс. — Им лучше это исправить.

— Чем больше ты мне помогаешь, тем больше шансов, что это произойдет.

— Но я же сказал, я ничего не знаю об этой девушке.

— Ничего страшного. Но я хочу поговорить с тобой о лодке «Изумрудное море».

— И что с ней?

— Ты приплыл на ней обратно в Марина-дель-Рей в прошлый понедельник, верно?

— Утром в понедельник, да.

— Как это было организовано?

— Как обычно. Владелец, мистер Колбринк, просто позвонил мне и сказал, что хочет вернуть лодку. Это было в воскресенье — он хотел плыть в воскресенье. Но я работал на «Хозяйке» и сказал, что не могу. Тогда он сказал, что в понедельник утром, и я согласился.

— Почему он хотел уехать посреди праздничного уик-энда?

— Он просто сказал, что там слишком многолюдно.

— Итак, в понедельник вы были на лодке только вдвоем?

Форбс замялся. Он откинулся назад и оглядел комнату, его взгляд в итоге остановился на камере, установленной в углу над левым плечом Стилвелла.

— Чувак, это может стоить мне работы у мистера Колбринка.

— Все, что связано с расследованием, остается конфиденциальным, Дункан.

— Это ты так говоришь, пока оно не перестает быть таковым.

— Послушай, я же сказал. Ты хочешь, чтобы я помог с ордером, ты должен помочь мне. Я спрашиваю, вы были только вдвоем с Колбринком на обратном пути в Марина-дель-Рей?

— Нет. У него была подруга, которая плыла с нами.

— Кто она?

— Не знаю. Я просто наемный работник. Он не представлял нас. Я слышал, как он называл ее Бри, кажется. Или Бризи. Пожалуй, и то, и другое.