— Ты даже не знаешь, о чём я собираюсь спросить.

— Ладно, давай.

— Что нового по телу в воде?

— Прежде чем я отвечу, как ты узнал, что я здесь?

— Просто тусовался и увидел, как ты зашёл.

— Серьёзно?

— Да, серьёзно. Так… тело в воде?

— Без комментариев. Не моё расследование.

— Это не так, судя по тому, что я слышал.

— Да, что ты слышал?

— Что ты на днях просматривал все записи с камер гавани. Наверное, поэтому ты только что был там.

Вопрос подсказал Стилвеллу, что у МакКи есть источник. Только Деннис Лафферти, Хайди Аллен и Таш Дано знали, что он просматривал камеры, и Стилвелл не думал, что утечка была от Таш.

— Я просто уточнял насчёт причалов на эти выходные, — сказал Стилвелл. — Но у меня есть вопрос к тебе, Лайонел.

— Ладно, задавай, — сказал МакКи.

— Как мэр воспринял первую полосу в субботу?

— Ух. Отвечаю тебе тем же: «Без комментариев».

— Теперь видишь, как это работает.

— Но, раз уж заговорили о мэре, ты проверяешь предложение с «Большим колесом»?

Это было как гром среди ясного неба. Стилвелл заинтересовался, но не хотел это показывать.

— А мне стоит его проверять?

— Ну… похоже, в этой сделке замешаны какие-то близкие родственники.

— Что значит «близкие родственники»?

— Просто газетный термин, наверное. Но я покопался, кто именно стоит за «Большим колесом», и там есть дым.

— И ты надеешься, что я клюну и проверю, есть ли там огонь? Тогда ты получишь заголовок, не делая работу.

— Ну, есть некоторые барьеры, которые я не могу преодолеть, но человек со значком может. Ты всегда можешь сливать мне инфу неофициально, знаешь.

Стилвелл остановился и повернулся лицом к МакКи.

— Хочу прояснить, чтобы это не попало в газету, — сказал он. — Я не проверяю проект с «Большим колесом». Если ты напечатаешь, что я это делаю, у нас будут серьёзные проблемы. Понял?

— Понял, — сказал МакКи. — Я не пытаюсь тебя подставить. Просто говорю, что… там есть дым, вот и всё. И, может, правоохранительным органам на острове стоит обратить внимание.

— Но, насколько я знаю, быть близкими родственниками — не преступление. Так что занимайся своими делами, а я займусь своими.

— Ладно, ладно. Я просто поддерживал беседу.

Они были у входа на пирс. Стилвелл увидел Лэмпли и Рамирес на четырёхместном УТС[25], едущих по Кресчент к участку. Мужчина, он предположил, что это мог быть Дункан Форбс, сидел во втором ряду, его руки были прикованы к перекладине за передними сиденьями.

— Мне пора, Лайонел, — сказал он.

— Конечно, — сказал МакКи. — Но ещё одно. Что нового по делу о нападении? Я слышал, ты вчера ездил на материк. Интересно, связано ли это с…

— Нет, это не связано ни с чем. Это было личное дело, которое мне нужно было уладить, и я вернулся первым паромом сегодня утром. По делу о нападении ничего нового. Всё ещё работаю, но сейчас без комментариев. Поговорим позже.

Он оставил МакКи и направился в участок, чтобы допросить Дункана Форбса.

ФОРБС УЖЕ БЫЛ в комнате для допросов, когда Стилвелл добрался до опен-спейса в участке. Лэмпли включил камеру в комнате и смотрел на Форбса на экране компьютера за своим столом.

— Записываешь? — спросил Стилвелл.

— Пока нет, — сказал Лэмпли. — Сейчас?

— Да, сейчас. Где Рамирес?

— Она ушла обратно. У Мерси был вызов для неё.

— Какой вызов?

— Кто-то сбежал, не заплатив счёт в «Блюуотер», и она пошла составить отчёт, может, поймать парня, пока он не сел на паром.

— Тогда ей может понадобиться подмога.

— Сомневаюсь. В любом случае, я хочу посмотреть, как мастер проводит допрос.

— Просто будь готов. Если она позовёт, я хочу, чтобы ты был там.

— Принято.

Стилвелл посмотрел на экран Лэмпли. Форбс сидел за столом, но спиной к камере.

— Ты посадил его не на то место. Камера должна быть направлена на его лицо, не на моё. И он не должен быть у двери. Ему нужно пройти мимо меня, чтобы добраться до двери.

— Чёрт, точно, — сказал Лэмпли. — Я не был уверен, где там камера — мы не использовали эту комнату с тех пор, как я здесь. Я вернусь и…

— Нет, я сам разберусь. Убедись, что Ильзе не нужна помощь. Видео можешь посмотреть позже. Оно записывается.

— Принято.

Стилвелл зашёл в свой кабинет, запер табельное оружие в ящик и взял ноутбук. Затем он направился в комнату для допросов, где его встретила табличка на двери с надписью «НЕ ХРАНИТЬ ЕДУ». Он пожалел, что не снял её, когда расчищал комнату.

Он вошёл, напугав Форбса, который теперь положил голову на стол.

— Пора бы, — сказал Форбс. — Я тут засыпаю.

— Извини за ожидание, — сказал Стилвелл. — Встань, Дункан.

— Куда мы идём?

— Просто на другую сторону стола. Вставай.

Форбс медленно поднялся с места, озадаченный необходимостью пересесть. Стилвелл увидел, что он не крупный мужчина. Максимум метр семьдесят, худощавого телосложения, с длинными кудрявыми каштановыми волосами и тёмным цветом лица.

Его руки были скованы спереди, что было ещё одной ошибкой Лэмпли. Но Стилвелл не беспокоился. Он оценил Форбса и знал, что справится с любой конфронтацией. У него было как минимум десять сантиметров роста и килограммов двенадцать веса преимущества над младшим по возрасту мужчиной. К тому же он прошёл тренировки департамента по физическому противостоянию.

Форбс обошёл стол и сел.

— Это чушь собачья, чувак, — сказал он. — На меня нет никакого ордера. Это старое дерьмо.

Стилвелл занял место напротив.

— На самом деле ордер всё ещё действителен, — сказал он.

— Да ну нафиг. Трава теперь легальна, если ты не в курсе.

— Насчёт этого ты прав. Но ты нарушил пробацию до того, как это случилось. Ордер не за обвинение за травку. Он за нарушение пробации. Понимаешь? Ордер всё ещё в силе, и поэтому ты здесь сидишь.

— Я понимаю, что это полная чушь.

— Ну, не могу сказать, что не согласен с тобой, но суть в том, что есть ордер на арест с твоим именем. Я думаю, есть способ разобраться с этим, чтобы не отправлять тебя в окружную тюрьму. Но ты должен работать со мной, Дункан.

— Работать с тобой как? Что за хрень?

— Дай мне руки, я сниму наручники. Тогда сможем говорить.

Форбс протянул руки через стол, и Стилвелл достал ключи и освободил его.

— Ладно, давай говорить, — сказал он. — Во-первых, я сержант-детектив Стилвелл, и…

— Говорить о чём, чувак? — сказал Форбс. — Я занимался своими чёртовыми делами, когда они заявились и утащили мою задницу.

— Сначала о главном. Если хочешь говорить со мной и вернуться в Ту-Харборс сегодня вечером, ты должен отказаться от своих прав.

— Какого хрена? Ты серьёзно? Это ловушка.

Стилвелл не ответил. Он перевернул лист бумаги, который положил на стол после уборки комнаты. Он зачитал предупреждение по правилу Миранды с листа и посмотрел на Форбса.

— Понимаешь ли ты свои права, как я их тебе зачитал? — спросил он.

— А если я скажу нет? — спросил Форбс.

— Тогда ты едешь на паром на материк и в окружную тюрьму. Я уведомлю отдел пробации, и они разберутся с тобой дальше. Тебе придётся найти адвоката.

— Ох, чувак, я не могу этого сделать. У меня нет таких денег.

— Ты слушал, что я тебе только что зачитал? Если ты не можешь позволить себе адвоката, тебе его назначат.

— И сколько времени займёт эта хрень?

— Несколько дней, как минимум.

— И я буду сидеть в окружной за какой-то дебильный ордер? Не, чувак, я не буду заниматься этим дерьмом.

— Слушай, всё, что я могу тебе сказать, — я не могу говорить с тобой или помочь тебе, пока ты не скажешь, что понимаешь свои права и отказываешься от них.

— Ладно, похер, я отказываюсь.

— Ответь на вопрос, Дункан. Понимаешь ли ты свои права, как я тебе их зачитал?

— Да, да, понимаю. И отказываюсь. Давай закончим с этим, что бы это ни было.