Я сыт по горло этой дерьмовой страной! Днем сорок градусов, а ночью мороз!

— Нет, на самом деле не холодно... Но эта влажность, она везде! Настоящая гниль!

— У меня ботинки промокли, спина размокла, а ноги в крови! Какая дерьмовая страна! Не хватало бы еще, чтобы нас съел тигр или укусили эти грязные муравьи, которые больше моего кулака! Он высунул голову из своего ложа и направил факел на землю. Только посмотрите на этот размер! Я понимаю, почему здесь нельзя спать на земле!

Четыре огромных муравья несли пробитую раковину улитки, опережая отстающую, которая тащила голову таракана. Инспектор огляделся по сторонам, а затем испуганно нырнул обратно в свое гнездо.

— Мне все это не нравится! Нас здесь так мало! — пожаловался он, проверяя предохранитель своего револьвера. Подумать только, что после всего этого придется уходить!

— Я знаю, но если мы хотя бы получим ответ, будет лучше... А если мы ничего не найдем...

Они замолчали. Краткая тишина, которая воцарилась вокруг лагеря, была очень быстро нарушена шумом существ, роящихся на земле и в воздухе. Усталость быстро взяла над ними верх...

Они встретили первого монга только около 13 часов следующего дня. Отряд переместился немного дальше на север, и, к счастью, эти два проводника были настоящими компасами. Никто не знал этого языка, кроме Нила, который подготовился за несколько дней до отправления. Этот парень действительно обладал даром, так что он вышел вперед и легко договорился с часовым, который увидел в нем своего рода полубога. Впервые в жизни его небольшой рост стал его самым большим преимуществом. Их провели в племя, и там Нила прозвали «маленький белый с гигантскими руками. -

— Они нас приняли? — спросил инспектор, не очень уверенный в том, что его окружают вооруженные копьями карлики.

— Да, они приглашают нас встретиться с их вождем. Пойдем за ними, но будем начеку. И, главное, никаких неосторожных движений, я не хочу попробовать эти клинки!

— Ты видел все эти уши у них на шеях? — пробормотал инспектор.

— Да, это уши животных. Смотри, у одного из них уши тигра. Похоже, то, что написано в книге, подтверждается. Надеюсь, мы сможем переночевать здесь.

Я хочу увидеть это своими глазами!

Четырем исследователям подарили одинаковые ожерелья в качестве приветственного подарка. Нил взял на себя инициативу и объяснил, что они прибыли с мирными намерениями и хотели бы воспользоваться их гостеприимством, прежде чем продолжить свое путешествие. Их поселили в бамбуковых хижинах, которые были далеки от роскоши, но несравненно удобнее, чем гамаки, ломающие спину.

Наконец наступила ночь. Приглашенные к большому костру, который освещал только лица альбиносов, сидящих в огромном кругу, они погрузились в атмосферу, ритмичную благодаря каббалистическим ритуалам и черной магии. Обнаженные и в трансе, под действием неизвестных веществ, безумные танцоры топали по углям, не обжигаясь, размахивали костями животных в качестве палок и перерезали горло игуанам, чтобы насытиться их кровью. Приключенцы, урбанизированные до последней клетки и не привыкшие к подобной жестокости, были напуганы до смерти. Толстый шерстяной свитер обволакивал плечи Нила, два гида прижались друг к другу, как пара голубков, а Шарко дрожал как лист.

— Посмотрите... посмотрите на их глаза, — прошептал он на ухо своему соседу.

Нил с трудом ответил.

— Я... я видел... У этого нет зрачков... а у него — две длинные щели, как у кошки...

Он еще сильнее закутался в свой свитер. Вождь, лицо которого было накрашено белой краской, что делало его похожим на труп, произнес непонятные слова, после чего все подняли свои копья к небу и закричали.

— Что... Что он сказал?

— Я ничего не понял... Смотрите, эта группа уходит!

Трое танцоров углубились в чащу, даже не вооруженные и голые, как черви, в то время как их заместители заняли их место в центре большого человеческого круга, чтобы продолжить это столь необычное представление.

— Куда... Как вы думаете, куда они ушли?

Нил наклонился к нему.

— На охоту! Они ушли на охоту, убивать животных, как рассказывается в книгах!

— У вас есть эта книга с собой?

— Она в моей сумке, в хижине. Сейчас определенно не время показывать ее им, лучше подождать до утра...

Через час охотники вернулись.

— Черт возьми!

Посмотрите на это! — прошептал инспектор.

Да! Впечатляет!

Окровавленные, они появились снова, словно рожденные джунглями. Самый коренастый из троицы, тот, что нес на спине крокодила с вдавленным черепом, имел порез на щеке. Другой появился сзади, держа под мышками двух макак, а за ним следовал третий, у которого на шее висела анаконда. Стопятидесятикилограммовое животное, казалось, не доставляло ему никаких хлопот, его челюсть была раздвинута пополам. Им оказали честь, они подсели поближе к костру, а затем бросили свои трофеи на землю. Около тридцати человек бросились к добыче. Присев на корточки, как звери, они начали пожирать свежее мясо, не используя рук. Многочисленные крики, ржание, кваканье и рычание доносились до верхушек деревьев, вызывая панику у двух проводников.

Твердо убежденные, что они попали на бал вампиров, они спрятались в глубине хижины, держась за руки и дрожа от страха. Охваченные любопытством, Шарко и Нил не шевелились, и хищники, пожиравшие кожу и внутренности, их не замечали. Они съели все: шерсть, кости, жир, мышцы. Насытившись, они снова сели в круг, как в начале, и праздник, сопровождаемый заклинаниями и вуду, продолжался до рассвета, после чего все разошлись спать.

А в стране власти продолжали искать простую организацию, группу, секту. Секту! Но что это было по сравнению с тем, что происходило на самом деле? Рождался муравейник, и королева, хорошо спрятанная в глубине колонии, не собиралась прекращать откладывать яйца...

— Нил, я думаю, что страна потеряна! Если эти люди... эти звери не предоставят нам информацию, которую мы ждем.

— Я прекрасно понимаю. Один человек сумел заразить здесь целое племя. Он превратил их в псевдомутантов, а затем исчез, чтобы заняться гораздо более амбициозным проектом. Человек, обладающий такой властью над душами, — это сам дьявол!

— Вы... вы думаете, что мы такие же, как они? Я имею в виду... что в нас тоже спит животное? И оно только и ждет, чтобы... вырваться на свободу?

— Конечно, я так думаю! Мы все произошли от животных, так решила природа. И эту глубокую, первобытную сущность нам никогда не удастся из себя изгнать! Мы — не что иное, как звери! Это общество, эволюция, наука обезболили это животное сознание...

— Да, но не убийц, черт возьми! Как можно так убивать? Вырывать ноги, пальцы у наших кровных братьев?

— Вы рассуждаете как человек, — спокойно продолжил Нил, скрестив руки между короткими ногами, раскинутыми на земле. Животные просто реагируют по-другому. Но, к сожалению, я не могу вам этого объяснить...

— Решение должно быть здесь, вокруг нас. Нам остается только его найти! Надеюсь, они будут разговорчивыми!

Сэм нашел предателя, который его сдал! Да, это мог быть только он! И он убьет его. За кого его принимают? Дружбе конец, ее больше нет. Они осмелились бросить ему вызов, попытались скомпрометировать его, и он заставит их поплатиться за этот жалкий акт предательства. Он вызвал своего правую руку.

— Лионель, мой Лионель! — Он положил руку ему на плечо. — Мне нужно попросить тебя об одолжении...

О, как понравился этот план Лионелю! Без сомнения, это была его лучшая миссия, настолько многообещающая, что он заранее радовался ей.

Имея в своем распоряжении все необходимые ресурсы, он оставался скромным и отправился в дорогу только с одним помощником. На этот раз он смог бы добиться своего, и такой момент был столь же ценен, как расцвет эдельвейса на вершине Монблана.

Устроившись в своей сине-белой металлической оболочке, дежурные полицейские не успели даже попробовать пиццу, которую им только что доставили. Первый закончил с носом в анчоусах и киркой вместо мозгов, а второй, его сосед, даже не успел распаковать свой обед. Его голова аккуратно уложилась в бардачок, а его мозг занял место компакт-дисков.