Спасительные свойства этого процесса были действительно реальными и благотворными. В экваториальной Африке пигмеи, проживающие в глубине джунглей, использовали его для лечения больных, которые ежедневно страдали от вирусов и других тропических микробов. С помощью тонкого смешения колдовства, вуду и ритуалов они поддерживали здоровье и процветание в общине, и Сэм, как авантюрист, имел счастье быть частью этого. Будучи внимательным наблюдателем, он впитал в себя всю науку, необходимую для контроля над процессом, а затем, позже, в Гвиане, наткнулся на людей, достаточно глупых, чтобы экспериментировать с его открытиями. После многочисленных проб и ошибок, благодаря тренировкам и подопытным кроликам, он создал грозное оружие. Его рассуждения были детски просты: у него был набор ингредиентов, и ему оставалось только составить бесконечное количество рецептов. В конце концов, он обнаружил, что, препятствуя выходу животного потока из катализатора, а лучше, убивая второе животное, чтобы создать своего рода необъяснимый конфликт внутри самого человека, он пробуждал животное сознание, дремлющее в глубине души. Фактически, этот процесс лишь разбил дверь, запечатанную человеческим разумом по неизвестной причине с незапамятных времен. Как только он освоил эту технику, он применил ее к себе. С того момента появился второй Сэм, зачатый в недрах ада. Несравненно более острые чувства, десятикратно усиленный интеллект, не говоря уже о непреодолимом желании охотиться, поселились в нем, как животное, которое постепенно захватывало его. Он до сих пор не понимал, почему это состояние проявлялось только после захода солнца, но, в конце концов, ему это вполне устраивало. Благодаря животной части Лионеля, его многообещающее предприятие наконец-то начнет процветать?

Не подозревая о том, что замышлял давний друг ее мужа, Бет и дети уже давно спали, в отличие от инспектора Шарко, который барахтался в яме с навозом, пытаясь разобраться в истории с пожираемой ногой.

Уоррен же все еще не мог успокоиться, его мучила неуемная жажда потревожить писателя посреди ночи, только чтобы узнать, на каком этапе он находится с книгой. Он был убежден, что ключ к разгадке загадки скрывается в этой мистической книге. Поглощенный историями, которые постоянно напоминали ему о его собственном опыте, он проглотил сборник рассказов до конца и заснул на диване, зная, что над его головой висит тяжелый дамоклов меч. Он поставил будильник на 6:45, за четверть часа до того, как Бет, запертая в комнате, проснется. Так он сможет спрятать мертвую рыбу и позволить своей жизни течь спокойно, как тихая река...

Лионель наконец проснулся от вынужденной дремоты. Когда первое, что он сказал, было «Я голоден, - Сэм почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

— Как ты себя чувствуешь? — нетерпеливо спросил он.

— Я... я слышу, как кровь течет по моим артериям! Я слышу, как бьется мое сердце! Оно гудит в ушах!! Он поднялся, не опираясь на руки. Я даже могу видеть снаружи, в темноте!

Посмотри на мышь вон там, ты ее видишь?

Сэм, который считал свое зрение одним из своих лучших достоинств, не мог ее разглядеть.

— Нет! А ты ее видишь, уверен?

— Иди за мной!

Он выскочил во двор и придавил полевку, не дав ей даже поднять усы. Он поднял ее и проглотил за один раз, смеясь над тем, как ее хвост шевелится у него во рту.

— Видишь, теперь ты мне веришь! Я голоден!

— Отлично, отлично! Ты — лидер! Пойдем со мной в сарай!

Внутри этого ветхого здания он поднял над головой пластиковый плакат.

— Лайнель, представляю тебе мое новое предприятие! Ты — мой первый сотрудник! Добро пожаловать!

— «Сердцеразрыватель»? Забавное название! И чем оно занимается?

— Сначала наедайся, я тоже голоден, не могу больше терпеть. Объясню тебе, когда набьешь живот.

Он вытащил из холодильника две почти неповрежденные руки, похожие на батоны. Лионель бросился на конечность, не задавая вопросов. Когда Сэм едва прикоснулся к локтю, он уже обглодал его до кости.

— Какое удовольствие! Ты не представляешь, как я насладился! — воскликнул он, громко облизывая пальцы.

— Рад, что тебе понравился ужин! И это еще старый, полусгнивший чудак. Подожди, пока не попробуешь молодого или женщину! Но сначала иди помойся, ты весь в крови... Тебе нужно научиться контролировать себя и быть осторожнее. Потом ты пойдешь со мной, чтобы научиться азам профессии... Уверен, тебе понравится...

Его смех, к которому присоединился смех Лионеля, спугнул стайку воробьев, которые сидели на верхушке камина.

- Разбиватель сердец» только что открыл свои двери и обещал весьма процветающее будущее.

Когда в субботу в 8:25 зазвонил его телефон, инспектор Шарко, вырванный из кошмаров, злобно зарычал. Он любезно подарил себе утро, чтобы наверстать часы сна, которые у него украла администрация, и, судя по всему, решили преследовать его до самого конца. Он всегда обещал себе, что, когда будет дома, не будет общаться с племенем усатых в форме, но его профессиональное сознание, тоже ставшее теперь более усатым, всегда брало верх.

— Да!

— Инспектор Шарко? Это комиссар Малабранш.

— Э-э... извините, комиссар, но я... я еще не проснулся...

Он чесал волосы, или, вернее, думал, что чешет, поскольку на его черепе почти не было волос. Просто глупый рефлекс человека, который еще не проснулся.

— Ничего страшного, — продолжил комиссар. — Мне жаль, что приходится звонить вам, когда вы отдыхаете. Но наш человек снова нанес удар!

Вскочив с постели, инспектор бросился в ванную, одной рукой эффективно убирая с лица волосы, которые щекотали его.

— Как? Убийца из дела Саррадина? — встревожился он, прижав ухо к трубке.

— Да! Тот же год, но на этот раз хуже. У жертвы просто нет ног. Их оторвали...

— Черт! И где это произошло?

— В Радоль-ле-Лак. Вы должны поехать на место. Сельские жители уже очень возбуждены. Они знают о деле Саррадина и сразу же установили связь, хотя эти два места разделяют пятьдесят километров!

— И кто был убит на этот раз?

— Человек по имени Гуссар. Он был судебным приставом в Париже. Убит в своем загородном доме... Его дети обнаружили останки тела, когда проснулись утром. Я вам не описываю, что там было!

— Какой ужас... А его жена? — тихо спросил он, услышав, как его жена зашевелилась в постели.

— Больше я вам ничего не скажу. Выезжайте как можно скорее, там уже находятся судмедэксперт и трое полицейских. Они вас проинформируют. Думаю, мы наткнулись на грязное дело.

— Рассказывайте!

— До скорой встречи, Шарко, жду твой первый отчет вечером! — сказал он перед тем, как повесить трубку.

Инспектор приблизился к лицу своей половинки.

— Дорогая, я должен идти... Знаешь, эти убийства возобновились. Человека убили недалеко отсюда...

— Жаль, — вздохнула она.

Я думала, что мы проведем все утро вместе, только вдвоем, ведь ты не на работе... Но ладно, иди... Не забудь одеться!

Поцеловав ее в щеку, он отступил назад, так возбужденный этим делом, что ему было обидно снова оставлять ее одну.

Через час он прибыл на окраину столицы, раскинувшейся, как осьминог. День обещал быть необычайно жарким для конца сентября, так что прогнозировали уровень загрязнения, способный взорвать все измерительные приборы. И действительно, еще не было и 10 часов, а густой слой углекислого газа уже скрывал Эйфелеву башню.

- Эти парижане действительно сумасшедшие, раз живут в таком дерьме, — подумал он, подняв глаза к небу.

Чтобы проникнуть в дом, ему пришлось пробиваться ледорубом сквозь толпу журналистов, жаждущих сенсаций, и деревенских жителей, ставших туристами на один день. Получив пожизненную травму, женщина и двое детей были срочно доставлены в больницу, где их ждала целая плеяда психиатров и армия охотников за мрачными мыслями, и, без сомнения, эти аптекари душ не будут без дела.