Тяжелый запах сырого мяса витал в доме, пронизывая стены до последнего кирпича.

Море крови покрывало пол, и только прыжок с парашютом рядом с трупом мог бы спасти инспектора от грязных ботинок. Но и в этот раз не повезло, был прилив.

— Здравствуйте, инспектор... Неприятное зрелище, не так ли? — сказал судмедэксперт, снимая загрязненные пластиковые перчатки, чтобы надеть новую пару.

— Добрый день, господин Легал... Действительно, в прошлый раз это было не самое приятное занятие.

— Этого можно сразу положить в посылку и отправить в морг, — объявил он с лукавым взглядом.

— Давайте перестанем шутить... Всему свое время. Итак, с чем мы имеем дело?

— Мужчину снова ударили по голове, но на этот раз наш зверь не пощадил его. Посмотрите, брусчатка все еще торчит из черепа, мы ее не трогали...

Инспектор этого не заметил.

Камень размером с сжатый кулак был не виден спереди, и нужно было обойти вокруг туловища мужчины, похожего на бук, выкорчеванный ураганом, чтобы увидеть его под лучшим углом. Он заменил мозг, выпавший из черепа и разбросанный по бороздкам дивана, а также по экрану телевизора 16/9, который все еще был включен.

— Черт возьми!

Он прижал ладонь ко рту, как лопату, готовую парировать капризы его желудка.

— Извините меня на минутку, — прошептал он взволнованным голосом.

Он скрылся в туалете, а через минуту, после рвоты, вернулся, бледный, как альбинос в холодильной камере.

— Извините, я только что встал с постели, сегодня утром даже кофе не пил, — оправдался он. — Мой желудок играет со мной в игры. Но уже немного лучше...

— У нас здесь есть термос, хотите? Он еще теплый...

И даже если у вас нет чашки, вы можете использовать кусок черепа в качестве крышки, подумал он с отвращением.

— Нет, спасибо. Честно говоря, я сейчас не очень хочу. Но продолжайте, пожалуйста.

— Человек, и я думаю, это очевидно, не успел и глазом моргнуть! Он умер быстрее, чем успел это понять. Повторяю, чтобы пробить черепную коробку таким образом, нужна геркулесова сила...

Давайте теперь посмотрим на нижнюю часть тела... Сдвигаясь с места, Легал продолжил. Нижние конечности были отрезаны с помощью больших клещей, что видно по следам краски. Кроме того, пила или любой другой инструмент разбудил бы его семью... Он протянул руку. Посмотрите на заднюю стену...

Оба наблюдателя повернулись на четверть оборота.

— Брызги крови? Что они там делают? — удивился инспектор, потрясенный впечатляющим расстоянием между телом и следом.

— Наш мясник не смог отрезать ногу одним резким движением. Ему пришлось несколько секунд с силой давить на зажим. Давление крови в бедренной артерии становилось все сильнее, как когда затыкаешь открытый шланг. Когда он наконец одолел конечность, кровь хлынула, как из пожарного шланга.

— Какая бойня… Какая бойня… Черт возьми…

Он качал головой, прижав обе руки ко лбу.

— В теле почти не осталось ни капли крови. Все семь литров здесь, вокруг нас…

Вероятно, от усталости, глаза инспектора с трудом вращались. Каждый раз, когда он смотрел в другое место, он обнаруживал следы крови или дополнительные фрагменты мозга, спрятанные как пасхальные яйца посреди большого сада.

Казалось, что Зорро, Пикассо и стая голубей объединились, чтобы украсить комнату по своему вкусу, не забыв забросать массивный сосновый столик, восточный ковер и двойные занавески с веселым цветочным узором.

— Мулен, вы обыскали дом? Никаких следов ног, я полагаю?

Старший сержант, который делал записи у двери гостиной, резко поднял голову.

— Нет... И на этот раз не обнаружено никаких отпечатков. Только здесь, кусок подошвы на краю лужи крови. Это не те же ботинки, что в прошлый раз, и невозможно определить размер, отпечаток неполный! Но посмотрите сюда...

Как голодный ворон, набрасывающийся на червя, инспектор бросился вперед, а за ним — судмедэксперт. Король скальпеля чуть не оказался вверх ногами, поскользнувшись на луже. Однако, ловко вывернув руку, он исправил ситуацию.

— Будьте осторожны, господин Легал, не стоит рисковать жизнью! — улыбнулся инспектор, забыв на мгновение о том, где он находится.

— Посмотрите, следы птицы, — объявил Мулен, указывая пальцем на пол. — Вероятно, он прошел через открытую дверь. Следы хорошо видны, они высохли в крови.

— Что вы хотите, чтобы я с этим сделал, Мулен? — ответил инспектор, разочарованный скудностью улики и ее явной бесполезностью.

— Ничего... Я просто... просто хотел вам об этом сказать, — пробормотал Мулен, смущенный. Но все же поразительно, что птица может так просто войти в дом...

— Да, вы правы, может быть, это и есть убийца!

Судебный медик фыркнул, уткнувшись носом в халат.

— Ничего больше? — продолжил инспектор раздраженным голосом.

— Нет... Свидетелей нет. Ближайший дом находится в трехстах метрах, там живет пара пенсионеров, но они ничего не видели и не слышали.

— Вы думаете, старики! — воскликнул Шарко, пожимая квадратными плечами. — Они спят как сурки. Даже землетрясение их не разбудит!

В отчаянии судмедэксперт не упустил возможности встрять.

— Землетрясение, вы шутите? Можно было бы провести через их комнату весь карнавал в Дюнкерке с барабанами и трубами, а они бы продолжали храпеть, как стадо свиней!

— Стадо свиней!

Карнавал в Дюнкерке в их комнате! Хорошая шутка!

Трое мужчин хохотали, хохотали до слез. Их насмешки, которые были столь же уместны в этом месте, как женщина в постели папы, доставили им огромное удовольствие, хотя, вероятно, их бы повесили, если бы их застали в таком положении.

— Более… более серьезно…

Инспектор снова опустился на пол, а его сообщники подхватили его с новым энтузиазмом, выдав прекрасную ритмичную канонаду. Как фокусник, судмедэксперт достал сотни носовых платков из своих бездонных карманов. С глазами, влажными и большими, как луковицы, трое друзей наконец оправились от своих эмоций.

— Более… более серьезно… Я говорил, прежде чем нас прервали… Он взял себя в руки, глубоко вздохнув, чтобы не наложить еще одну порцию.

— Он унес с собой что-то еще, кроме... ног?

— Да. Он украл деньги. Мы нашли пустой кошелек судебного пристава. Он всегда носил с собой тысячу или две тысячи франков. Никаких украшений или ценных вещей.

Только деньги.

— Не убивают же за такую мелочь. Зачем такая бессмысленная кража? — задался вопросом инспектор, положив руку на подбородок.

Судебный медик поднял голову, вытирая уголки глаз.

— Да ладно! Он просто воспользовался случаем, чтобы взять себе немного. Кто бы не сделал так?

— Да, возможно, вы правы, месье Легал. Мулен, как он проник внутрь?

— Все очень просто. Задняя дверь была открыта.

Человек закрывал ее только перед сном. Ошибка, большая ошибка...

— Да, фатальная. И ни одного отпечатка... Ганнибал добился прогресса.

— Кто? — спросил судмедэксперт, уверенный, что пропустил какой-то эпизод.

— Ганнибал, Ганнибал-каннибал! Вам это ничего не говорит?

- Молчание ягнят, - знаете?

— Ах да, конечно, — ответил он, выглядя идиотом.

— На этот раз он не пощадил нас. И никто не видел парня, который ходил с двумя ногами вместо костылей. Я просто в шоке! Наш человек еще и невидимый! Невидимый и чрезвычайно организованный.

— А если это не один и тот же человек?

Хотя Мулен и бросил эту фразу на скорую руку, она на мгновение заставила всех замолчать.

— Совершенно верно! — признал инспектор, стыдясь того, что даже не задался этим вопросом. Ноги, конечно, отрезаны, но не съедены... Кража денег... Наступила долгая пауза, а затем инспектор продолжил, отвергнув эту версию.

Что касается способа убийства... Все-таки метод идентичен. Никто об этом не знает. Согласитесь, это большая случайность... Почему бы не убить ножом?

Кроме того, такие убийцы не растут как грибы. Чтобы сделать такое, нужно иметь большие яйца... Нет, это обязательно один и тот же человек... Ладно, здесь больше нечего делать.